Читаем без скачивания Сценарий убийства - Д. Баффа

У ворот студии собралась толпа из фоторепортеров и десятка типов, что-то скандировавших. Они размахивали самодельными плакатами, в которых называли Стэнли Рота убийцей и женоненавистником. Вокруг мелькали фоторепортеры. Выкрики, приглушенные толстым стеклом, доносили до ушей непостижимые вопросы и лицемерные нелепые обвинения. Мы видели лица, нечеловечески перекошенные в борьбе за внимание того, кто решительно отказывался их замечать. Все напоминало снятые в толпе кадры из немого фильма.

За нами закрылись ворота. Умерив пыл, фотографы рассредоточились в ожидании дальнейших указаний. Растратив энергию и злость, протестовавшие лениво продрейфовали восвояси, волоча за собой плакаты. Стэнли Рот опустил стекло. Отвернувшись, он сделал глубокий вдох, набрав в легкие густого предвечернего аромата апельсиновых и лимонных деревьев.

Напряжение мало-помалу спадало. Так случалось каждый вечер, когда, возвращаясь на студию, мы проезжали через ворота «Блу зефир». Все напоминало возвращение домой после долгого дня, когда, освобождаясь от маски, Стэнли Рот наконец становился самим собой. Расслабив галстук, он вытащил его из-под воротничка, сложил несколько раз и спрятал в карман пиджака.

– Чарли отвезет вас в отель, – сказал Рот, когда машина подъехала к бунгало, в котором он не только жил и работал, но проводил теперь все свободное от судебных слушаний время.

Он собирался выйти из машины, когда мне пришлось напомнить:

– Вы не ответили на мой вопрос.

Остановившись, Рот посмотрел назад, ожидая еще раз услышать вопрос.

– Разве Крэншо не хотел знать, что произойдет с его сценарием? Разве не этого он добивался?

– Я не знаю, чего он хотел на самом деле. Знаю лишь, что Крэншо получил от меня то, что потребовал, – ответил Рот, жестко глядя мне в глаза. – Он взял деньги и, таким образом, сделал более чем достаточно для того, чтобы потерять всякий шанс на экранизацию.

– Он интересовался, будете ли вы использовать его идею? Разве он не звонил? Он что, не хотел знать, какая судьба ждет написанный им сценарий?

Рот пожал плечами.

– Да, звонил.

– И вы не поговорили с ним?

– Чего ради?

– А вам не кажется, что в тот вечер – в тот самый вечер, когда вы ударили жену и когда хотели ее убить, он мог прийти, надеясь сразу на две выгоды. Вам никогда не приходило в голову, что, обещая прочитать сценарий – тот самый, над которым он долго и напряженно работал, – вы дали некий аванс? И потом, когда Крэншо обнаружил, что продолжения не последует, он оскорбился, поняв, что вы заплатили ему как обычному копу, состоящему на содержании.

– Он взял деньги, – зло пробормотал Рот.

– Отчего ему не подумать, что деньги были за то, за что вы сказали – за авторские права? Считаете, он не хотел этого? Вы разве не помните, каково это – то есть как тяжело пробиться в звезды? Помните то, что написали вы? Сценарий «Блу зефир»? Вы хотели написать нечто достойное тягаться с «Гражданином Кейном»? Ричард Крэншо тоже хотел совершить нечто подобное. Вы не сказали ему «нет», но вы сделали куда хуже: сказали «да», а потом выкинули на помойку. Он получил деньги, верно. И сдержал слово… Но Бог мой, как он должен ненавидеть вас! А что сделали вы? Вы предоставили Крэншо самый лучший способ поквитаться: шанс содействовать выдвинутому против вас обвинению. Разве не забавно? Он не собирался оставаться полицейским и не хотел быть детективом. Крэншо мечтал стать писателем, сценаристом. Благодаря вам он вместо этого остался в полиции, остался детективом. Тем детективом, который помогает осудить вас, великого Стэнли Рота, за убийство кинозвезды Мэри Маргарет Флендерс.

Я насмехался над тем, что сделал Стэнли Рот. Вероятно, я был зол потому, что он не рассказал всего, что следовало рассказать гораздо раньше. Возможно, я полагал, что великий Стэнли Рот заслужил такое обращение, раз собирался купить путь к спасению, полагая, будто он чем-то лучше остальных. Как бы там ни было, чем больше я говорил, тем больше хотелось говорить. Я наклонился ближе к Роту.

– И если он сделает это, если поможет признать вас виновным… знаете, что произойдет потом? Пока вы будете сидеть в тюрьме, ожидая исполнения смертного приговора, гадая, могли ли вы создать нечто более великое, чем Орсон Уэллс, или нет, возможно, в это самое время Ричард Крэншо напишет другой сценарий, на сей раз о детективе, раскрывшем загадочное убийство одной из величайших актрис Голливуда.

Рот осторожно взял меня за рукав и сказал спокойно, без малейшего раскаяния, как какой-нибудь утонченный наемный убийца, не склонный испытывать ни страха, ни сожаления и точно знающий, что и как будет делать:

– Меня не осудят. Антонелли, вы никогда не проигрывали, а я не убивал Мэри Маргарет. Мне наплевать, что хотел Крэншо. Мне наплевать, что он чувствует. Я дал ему денег, и он их взял. Мы в расчете.

Спрыгнув с сиденья, Рот пошел прочь. Внезапно он остановился, вспомнив что-то смешное, вернулся и открыл дверь.

– Но если вы правы и если он так сильно ненавидит меня по этой причине, возможно, вы правы и в другом? В том, что предположили сегодня в суде. Что кто-то подложил испачканную кровью одежду в мою корзину и решил подвести меня под обвинение в убийстве.

По его губам прошла и моментально исчезла кривая язвительная усмешка. Теперь Рот смотрел на меня прямо, как убежденный в своей правоте человек, которого никому не обвести вокруг пальца.

– Помните, что я сказал вам тем вечером, когда дал прочитать сценарий «Блу зефир»? Что Мэри Маргарет убили, желая уничтожить меня. Утверждение мало отличается от ваших сегодняшних слов, не так ли?

Захлопнув дверь, Рот сделал водителю знак отъезжать. Лимузин начал разворачиваться на тесном пятачке возле дома. Засунув руки в карманы, Стэнли Рот шагал к своему белому оштукатуренному бунгало, похожий на уставшего после неудачного дня коммерсанта, старающегося не думать о дне грядущем. Едва он дошел до крыльца, из двери выскочила Джули Эванс. Преградив ему путь, она начала бурно жестикулировать. Секунду Рот слушал, затем, словно заканчивая разговор, категорически покачал головой и направился в дом, решительно отодвинув Джули в сторону. Мельком глянув на лимузин, она проводила Стэнли Рота взглядом, полным изумления. Затем, собравшись с духом, твердой походкой поднялась по ступеням и вошла.

Если Джули Эванс разозлилась или расстроилась, то через час, когда мы встретились в «Шато-Мармо», на ее лице не было и следа от недавно бушевавших эмоций. Джули обстоятельно расспросила меня о заседании: ей хотелось знать, что произошло за день. Она терпеливо слушала, но едва я начал пересказывать допрос свидетеля, детектива Крэншо, как Джули вдруг повернулась ко мне и задала вопрос: не стану ли я возражать, если мы пообедаем не одни.

– На студии проблемы. Льюис пригласил меня зайти. И просил привести тебя.

– Как насчет Стэнли?

Она отрицательно покачала головой:

– Нет. Похоже, там будет Майкл, и Льюис не считает это удобным.

– Но он хочет, чтобы я пришел?

– Вероятно, хочет, чтобы на встрече был кто-то, кому доверяет Стэнли и кто расскажет ему обо всем. – Секунду помолчав, она улыбнулась, глядя на дорогу перед собой. – Нет, думаю, причина в другом. Льюис некоторым образом на тебя рассчитывает.

– Рассчитывает на меня?

Подняв подбородок, она улыбнулась:

– В твоем присутствии он больше уверен в ситуации. Знаешь, ты благотворно воздействуешь на окружающих. – В мягком вечернем свете на ее лицо упала тень легкой грусти. – На меня ты оказываешь такое же действие.

Вокруг теснились автомобили, словно мотыльки в кромешной ночи, вновь и вновь появляющиеся ниоткуда.

Джули собиралась что-то добавить, но передумала. Некоторое время она молчала, а потом с неожиданно серьезным, почти совершенно деловым выражением лица объяснила:

– Майкл Уирлинг пытается уйти из бизнеса. Если он это сделает, студии «Блу зефир» придет конец. Без денег и без его умения обращаться с финансами студии не выжить.

– Ты об этом сказала Роту около бунгало?

Возможно, Джули не сообразила, кто сидел в лимузине.

Возможно, не хотела признаться в том, что понимала: я наблюдаю за ней из машины. Джули удивленно посмотрела на меня:

– Да.

– Как он отреагировал? – спросил я, когда Джули снова перевела взгляд на дорожную мешанину.

Неопределенно качнув головой, Джули попыталась изобразить улыбку.

– Сказал, что ему нет дела до Майкла Уирлинга. Он не верит, что тот выйдет из дела, пока не отчается прибрать к рукам всю студию.

– Другими словами, пока Стэнли Рота не признают виновным? Но если так случится, почему именно Уирлинг? А Гриффин?

– Майкл всегда полагал, что нет смысла бороться против Стэнли – потому что Льюис в любой ситуации выступит на его стороне. Но Майкл считает себя умнее Льюиса и думает, что, имея деньги и контролируя источники финансирования, не оставит Льюису шансов.