Глава четырнадцатая
6 октября 1823 года
Умение ориентироваться на местности не подвело Джима. Он оказался прав, когда убедил Фицджеральда срезать путь, отдалившись от реки Литтл-Миссури, там, где она поворачивала на восток. На восточном горизонте растаяли последние лучи солнца, когда парочка дала выстрел из винтовки, оповестив Форт-Юнион о своём появлении. Навстречу им капитан Генри выслал всадника.
Люди "Пушной компании Скалистых гор" встретили Бриджера с Фицдеральдом у ворот Форт-Юниона в мрачном почтении. Фицджеральд нёс винтовку Гласса, как гордое напоминание об их павшем товарище. Жан Путрин перекрестился, когда мимо него торжественно пронесли Анстадт, а кое-кто обнажил голову. Люди не могли смириться со смертью Гласса.
Они собрались неподалёку от бараков, чтобы услышать рассказ Фицджеральда. Бриджер подивился тому умению и ловкости, с которой Фицджеральд плел ложь.
- Говорить тут почти не о чём, - произнес Фицджеральд. - Мы знали, что все к этому идет. Я не претендовал на роль его друга, но уважал человека, который так сражался.
Мы вырыли для него глубокую могилу, забросали камнями, чтобы никто не тревожил. По правде говоря, капитан, я хотел сразу же выдвигаться, но Бриджер сказал, что мы должны сколотить крест для могилы.
Бриджер поднял взгляд, потрясенный последним куском лжи. Двадцать восхищенных лиц обратилось к нему. Господи, только не это уважение! Он получил то, чего так добивался.. Но ему этого не вынести. Какими бы ни были последствия, он должен избавиться от ужасного груза лжи - своей лжи.
Уголком глаза он заметил ледяной взор Фицджеральда. Плевать. Он раскрыл было рот, но прежде чем Бриджер подобрал слова, заговорил капитан Генри,
- Я знал, что ты покажешь себя, Бриджер.
Все одобрительно закивали. Что же я наделал? Джим потупил взгляд.
Глава пятнадцатая
9 октября 1823 года
Форт Бразо имел весьма хлипкие основания назваться фортом. Возможно, название было продиктовано тщеславием - желанием увековечить своё имя. Или, может, название должно было отпугнуть любые попытки нападения. В любом случае имя превышало свои возможности.
Форт Бразо состоял из одного деревянного сруба, грубой пристани и коновязи. Узкие бойницы служили единственным доказательством того, что при постройке хоть какое-то внимание было уделено боевым качествам форта. Но амбразуры скорее не пропускали свет, нежели стрелы
Разбросанные вигвамы, усеивавшие поляну вокруг форта, частично временно сооруженные индейцами, посещавшими форт ради торговли, частично проживающими тут пьяницами из племени янктон сиу [33]. Каждый путешествующий по реке останавливался здесь на ночь. Обычно приезжие располагались под звездами, хотя за цену в два доллара состоятельные могли заночевать на соломенных матрасах в срубе.
На одной половине сруба располагался магазин, на другой - салун. Тускло освещенный сруб в основном населяли запахи - въевшийся запах дыма, мускусный запах свежих шкур, открытых бочек с солёной треской. За исключением пьяных разговоров, тут стоял постоянный гул мух и временами храп, раздававшийся с чердака под стропилами.
Человек, в чью честь назвали форт, Кайова Бразо, всмотрелся в приближающуюся пятёрку всадников сквозь толстые стекла своего пенсне, делавшие глаза неестественно огромными. С заметным облегчением он разглядел лицо Жёлтой Лошади. Кайову беспокоили намерения сиу.
Уилльям Эшли провел большую часть месяца в Форте Бразо, планируя будущее "Пушной компании Скалистых гор" на фоне волнений в деревнях арикара. В битве против арикара сиу выступили союзниками белых. Или вернее будет заметить, что сиу были союзниками, пока им не надоели вялые действия полковника Ливенворта. В самый разгар осады Ливенворта сиу неожиданно ушли (хотя не раньше, чем прихватили с собой лошадей как Эшли, так и армии США). Эшли рассматривал дезертирство сиу, как предательство. Кайова втайне сочувствовал сиу, хотя не видел нужды обижать основателя "Пушной компании Скалистых гор". В конце концов, Эшли с его людьми были самыми лучшими клиентами Кайовы, скупая все его запасы.
Но хилая экономика Форта Бразо зависела от торговли с местными племенами. Сиу приобрели дополнительное значение после драматических перемен в отношениях с арикара. Кайова беспокоился, что презрение сиу к Ливенворту может перейти и на его торговый пост. Прибытие Жёлтой Лошади вместе с тремя другими индейцами было добрым знаком, в особенности после того, как стало понятно, что они привели белого человека, о котором, по-видимому, заботились.
Встретить новоприбывших собралась небольшая толпа проживающих здесь индейцев и вояжеров [34]. Особого внимания удостоился белый человек с ужасными шрамами на лице и скальпе. Бразо заговорил с Жёлтой Лошадью на беглом языке сиу, и Жёлтая Лошадь рассказал все, что знал про белого человека.
Под пристальными взглядами Гласс чувствовал себя неловко. Владеющие языком сиу слушали рассказ о том, как Жёлтая Лошадь нашел Гласса, в одиночестве и безоружного, тяжело раненного медведем. Остальным оставалось лишь гадать, хотя в том, что белому человеку есть о чем рассказать, никто не сомневался.
Кайова выслушал рассказ Жёлтой Лошади, прежде чем обратиться к белому человеку.
- Кто ты?
Казалось, белому трудно было подобрать слова. Решив, что тот его не понял, Кайова перешел на французский:
- Qui etes vous?
Гласс сглотнул и осторожно откашлялся. Он помнил Кайову по короткой остановке здесь "Пушной компании Скалистых гор" во время экспедиции в верховья реки. Кайова определенно его не вспомнил. Глассу казалось, что его внешность сильно изменилась, хотя ему так и не удалось толком рассмотреть свое лицо после нападения медведя.
- Хью Гласс, - речь причиняла ему боль, и голос выходил каким-то жалобным, скребущим писком. - Человек Эшли.
- Ты только что разминулся с месье Эшли. Он отправил Джеда Стюарта с пятнадцатью людьми на запад и вернулся в Сент-Луис, чтобы набрать новый отряд.
Кайова выждал мгновение, в надежде, что раненый предоставит дополнительные сведение о себе.
Но этот человек не выказывал никаких признаков, что собирается продолжить разговор, и одноглазый шотландец озвучил нетерпение собравшихся. С лёгким налётом грубого акцента он спросил:
- Что с тобой приключилось?
Гласс заговорил медленно и по-возможности скупо.
- В верховьях Гранд на меня напал гризли. - Жалостливый писк его голоса, был ему ненавистен, но он продолжил. - Капитан Генри оставил меня с двумя трапперами. - Он вновь сделал паузу, коснувшись рукой раненного горло.- Они сбежали и украли моё снаряжение.
