Элисон. – Вообще ничего. Рена Ханна, кому нужно, чтобы вы продали ваш дом?
– Н-никому. Разве что этому Пилхеру, кому ж еще?
– Вы точно не можете подняться на чердак?
– Ну… наверное, могу, но, если упаду, будет плохо.
– Не упадете, – пообещала Элисон. – Закрывайте дверь дома, чтобы никто сюда не мог попасть, и идемте.
– Зачем?
– Вам это надо видеть. Своими глазами, иначе вы мне не поверите.
– Ну… если ты так считаешь, идем, – согласилась рена.
По лестнице ей подняться и правда было очень и очень сложно, круглые бока мешали. Раньше-то туда муж лазил, а сейчас… сейчас – никак. Но взобралась. И стояла у окошка, которое отлично открывалось, пачкала пальцы в масле и разглядывала отчетливую дорожку в пыли.
– Это что? Элисон, вы можете мне объяснить? Я пока ничего не понимаю…
– А это вот что. Смотрите.
Окошко выходило на крышу.
Элисон аккуратно потянула за то, что казалось кусочком черепицы, тот остался у девушки в руках – и под ним оказалось несколько полых трубочек.
– Черепица отходит?
– Рена Ханна, вы с таким не сталкивались? Сейчас у вас ничего не воет. Но если подует ветер… – Элисон не договорила, она просто провела рукой над трубочками. И рена Ханна дернулась, отскочила от окна. Вой был именно тот самый, знакомый…
– Это… оно?!
– Да. В обычную погоду оно выть не будет, кстати, а вот в ветреную достаточно просто вытащить эти пробки. Дело двух секунд. И вставить их обратно – тоже. Вы часто бываете в этой части дома?
– Нет, зачем мне?
– Вот то-то и оно. И результат налицо. У вас что-то воет, воет жутко и страшно, магии никто не найдет, а чтобы найти ЭТУ причину – надо постараться. Полиция же сюда не лазила?
– Нет.
– Кто бывает в вашем доме?
Вопрос был самым логичным. Рена Ханна задумалась, а потом помрачнела на глазах.
– Я, Аделочка, еще я пару раз нанимала людей на поденную работу, еще ренты Эмма и Паула Пейпер, они нам по хозяйству помогают…
Элисон развела руками.
– Это много. Кто именно… я бы предложила вам сходить в полицию.
– Чтобы там меня опять на смех подняли? – надулась рена Ханна.
– А что вы предлагаете?
Рена задумалась.
По всему выходило, что ее хотели напугать. Дурой она не была, понимала, что вреда-то ей не нанесли, но если сейчас спугнуть злоумышленника… а кто его или ее знает, что оно в следующий раз придумает? И притравить могут!
А что делать?
Ответ нашелся быстро.
– Рента Баррет, Элисон, а вам деньги нужны?
Элисон подняла бровь.
– Смотря за что мне их предлагать будут.
– За то, чего я сама не смогу сделать, – решительно ответила рена Ханна. – Поможете?
– Ну… рассказывайте, что вы хотите?
* * *
Рена Шафф была планом не слишком довольна, но подыграть согласилась и вечером отправилась в гости к подруге.
Посидела у нее на кухне, порассуждали они на пару, что, наверное, и правда, продать бы рене Ханне этот особняк. Деньги-то она может и сыну отдать, когда тот приедет, и пусть строит себе жилье, где захочет. А если ей тут жить невмоготу, если мнится ей, что тут воет… а может, и нечисть какая? Или покойный муж знак подает, что уезжать ей надо?
Поди, он бы жену такой ужас терпеть не заставил!
Поговорили они, и пошла рена Шафф к себе домой. А ночью и началось.
Как взвыло… рена Ханна чуть с кровати не упала. А может, еще и фигура в дверях помогла.
Элисон подошла к кровати, кивнула, мол, видела она, кто на чердак лез. Рена Ханна вздохнула, откинула одеяло и встала, как была, одетая.
– Идем.
Ну не мог гаденыш, кто бы там ни был, не соблазниться такой возможностью!
Дожать!
Как есть – дожать упрямую старуху, которая сидит на деньгах и слезать с них не собирается! Начала она о продаже задумываться? Вот и ладненько, вот и пусть подумает дальше! Впере-о-о-о-од!
Элисон все это время просидела в кладовке, неподалеку от лестницы на чердак, и отлично видела, кто пришел. И сейчас он был там. А где ж еще быть человеку, которого там попросту заперли?
Пришел, вытащил кусок черепицы… потом ему надо будет все обратно вернуть и уйти. Или уйти, а вернуться под утро, чтобы повыло всласть, чтобы всю ночь, чтобы бабку напугало до смерти… нет-нет, не в буквальном смысле, но пусть пожалеет! Пусть как следует страху натерпится!
Тут и магии никакой не надо, подойти – да и задвинуть снаружи задвижку. Хотя меточку Элисон для себя поставила, если кто попробует выпустить негодяя…
Долго идти не пришлось, и явились они как раз вовремя. Задвижку на чердак отодвигала милая и нежная Аделочка, а с чердака спускался мужчина лет двадцати пяти, такой обаятельный, в поэтическом стиле. Золотые локоны, голубые глаза, словно извиняющаяся улыбка, рубашка на груди расстегнута… хоть ты картину с него пиши. Только розу в руку добавить.
Хотя Элисон бы ему тоже розу добавила. Но не в руку, а пониже, так, чтобы достать – шипы мешали.
– Вот ты дрянь, – с чувством высказалась рена Ханна. – Кривое семя, дурное племя.
– Это кто? – поинтересовалась Элисон.
– А это рент Клемент Майер, то самое пакостное ничтожество, которого я от дочери тряпкой гнала.
– Плохо гнали, если она его сейчас выпускает, – покачала головой Элисон. – Кстати, вы, двое, можете не стараться. На руки свои поглядите!
Адела и Клемент послушались, и Адела взвизгнула. Ее сообщник был поспокойнее, но все равно – неприятно же! Когда руки у тебя ярко-зеленого цвета.
– Этим заклинанием фальшивые деньги помечают или взятку… короче, только в полиции снимут, – пояснила Элисон. – Я его на люк поставила, вот вы и окрасились. Будете ходить как ворье.
– Ах ты…
Адела сверкнула глазами, собираясь проредить волосы наглой девке. Клемент придержал ее за локоть. Он-то сразу услышал сказанное.
Заклинание.
Маг?
Элисон зажгла на ладони самый свой мощный огонек. Аж с два ногтя размером.
– Пояснять надо?
Нет, пояснений не требовалось. Была бы тут одна рена Ханна… и то хватило бы у Аделы решимости? Она и сама не знала. А с магом связываться – точно идиотов нет.
– Мама…
Элисон опустила глаза и вздохнула:
– Я так понимаю, что мозгом всего была рента Адела? Она впускала сообщника, она его выпускала, она уверяла мать, что ничего не слышит.
Одного последнего довода хватило бы, чтобы утверждать со всей уверенностью причастность дочки. Ага, в доме воет, а она не слышит? Ну-ну.
– Неправда! – взвизгнула Адела. – Это все Клем придумал! Он сказал, что
