жителей низины от разрушительных наводнений, а стране дать водохранилище на то время, когда уровень воды в Ниле понижается. В V веке до н. э. Геродот посетил эти места и увидел обширную водную гладь — озеро Моэрис, как назвали его греки впоследствии. В те дни оно наполняло низину примерно до того места, где теперь находится столица провинции Мединет-эль-Фаюм, а тогда стоял египетский город Шедет. Жители приозерья поклонялись своему божеству — богу-крокодилу Себеку, который в иероглифике изображался с крокодильей головой. Крокодилы были для них священными, и одного крокодила держали в Шедете в качестве воплощения Себека. Жрецы украшали его драгоценными камнями и кормили, как и священного быка Аписа, который содержался в Мемфисе как воплощение Хапи. Когда Птолемеи заняли Египет, великое озеро все еще было на своем месте. Шедет греки переименовали в Крокодилополь, «город Крокодилов». Но когда греки увидели, что это прекрасная плодородная земля по ту сторону от окружавших Нил бесплодных холмов, они сочли возможным осушить большую часть воды в низине и отвести обнажившиеся широкие участки новой удобренной почвы под сельскохозяйственную обработку. Это был подвиг, достойный великого царя. Кроме того, Птолемей, как мы видели, следуя своему плану создания искусственной Македонии в Египте, получил бы здесь свободную землю для своих греко-македонских военных поселенцев, где они могли бы сформировать ядро жителей и где не нужно было бы для этого выселять египтян. Греческие инженеры при Птолемее I и Птолемее II взялись за работу над проектом, и через несколько лет там, где лишь недавно была водная гладь, раскинулись хлебные поля с новыми деревнями и поселками. Площадь озера уменьшилась более чем в два раза, и теперь оно покрывало только северную, самую глубокую часть низины, где и по сей день стоит вода в Биркет-эль-Карун, хотя она стала солоноватой и непригодной для питья, так как начала усиленно испаряться из-за уменьшения объема. На земле, отвоеванной Птолемеем II у озера, до сих пор простираются поля и стоят деревни египетской провинции Эль-Фаюм.
Слово «Фаюм» — это арабская транскрипция египетского (коптского) названия, означающего «озеро», и первое название, которое греки дали этому отдаленному ному, было простым переводом египетского названия — Лимне, что означает по-гречески «озеро»[221]. Хотя рабочие, как и везде, в основном были коренными египтянами, «Озеро» представляло собой более греческую провинцию, чем все остальные провинции Египта. Греческим поселенцам она даже казалась больше похожей на их родину, поскольку там хорошо прижились оливковые деревья, не принявшиеся в остальных частях страны. Ни одна другая провинция Египта не дала современному археологу более богатого урожая греческих папирусов, чем Фаюм. И не только потому, что большая часть тамошнего населения писала по-гречески, но и потому, что города на границе пустыни довольно быстро оказались заброшены, как только во время упадка римской империи прекратилась ирригация и началось наступление пустыни, и все отходы были быстро засыпаны слоем нанесенного песка.
Названия приозерных городов в основном были греческими, и некоторые из них были явно даны в честь представителей царской фамилии при Птолемее II. Собственное имя царя сохранилось в Птолемаиде-Гормос (Гавань), располагавшейся на берегу отходящего на запад рукава Нила непосредственно перед тем, как он впадает через холмы в низину, вероятно в районе современного Иллахуна. Это был порт, через который провинция сообщалась с водными путями Нила: зерно из «Озера» там грузилось на суда и перевозилось в Александрию. Прозвище царицы Арсинои Филадельфии снова появляется в Филадельфии (современный Рубайят), а родственные отношения божественных царя и царицы отразились в Теадельфии (Харит). Сестра царя Филотера дала свое имя Филотериде (Вадфа); особая связь царского рода с Дионисом отражена в Вакхии (Умм-эль-Атль) и Дионисии (Каср-Курун?). В конце царствования Птолемея II весь ном был переименован в честь великой царицы. Вместо «Озера» он превратился в Арсиноитский ном. Его столица, город Крокодилов, была переименована, вероятно, в период позднего эллинизма, в Птолемаиду-Эвергетиду (в честь Эверге-та II)[222], но в римские времена обычно звалась «городом Арсиноитского нома». Кроме уже упомянутых городов, чье местонахождение установлено, в провинции были и другие с такими же или похожими названиями. Там было по меньшей мере пять деревень, называвшихся Птолемаидами. Была еще одна Филотерида; две деревни Арсинои; две деревни Береникиды; деревня, называвшаяся «город Афродиты Береники», две деревни с названием Филопатор; Лисимахис; Магаис. Некоторым местам даны названия, образованные от имен греческих богов — Гефестия, город Латоны, Афинас, город Гермеса, Ареос, Гераклея, Полидевкия, или от имен греков — селение Евкрат, селение Филоксен, Андромахида, Архелаида, или просто греческие названия на добрую удачу — Эвемерия (современный Каср-эль-Банат). Множество населенных пунктов имеют египетские названия (которые мы знаем в греческой транскрипции) — Керкесуха, Керкеосирис, Псеуарион и т. д., — некоторые из них соответствуют названиям великих египетских городов за пределами Фаюма — Мемфис, Атрибис, Мендес, Бубастис, Танис (названный, как предполагает Ростовцев, в честь родного города переселившихся туда крестьян); а несколько называний указывает на семитских поселенцев — Магдола (еврейское слово «мигдол», «крепость»), Ханаанис, деревня Самария. Арсиноитский ном в целом делился на три мериды (области) — мериду Полемон на юге, мериду Фемист на западе и мериду Гераклида на севере и северо-востоке. Четвертая область меньшей величины, называвшаяся «Малым озером» и упоминавшаяся в ранние времена, в поздние, видимо, вошла в мериду Гераклиду.
Уже отмечалось, что Птолемей видел в отвоеванной территории землю, на которой он мог поселить своих греческих и македонских воинов. Как интерпретирует имеющиеся данные Ростовцев, сначала грекам и македонцам давали надел, который состоял из части поля, уже приведенного в состояние, пригодное для посева зерновых, египетскими крестьянами («царскими земледельцами»), и части земли, еще неорошаемой, которую при дополнительном вложении сил можно было превратить в виноградник, фруктовый сад и огород.
Среди найденных папирусов есть множество фрагментов официальной переписки и документов двух главных инженеров, руководивших новыми ирригационными сооружениями в Фаюме при Птолемее II и Птолемее III. Первый из них — Клеон, второй — Феодор, они носили звание архитектонов, что в данном случае означает не архитектора в современном смысле, а инженера. Архитектон получал инструкции непосредственно от диойкета — к примеру, Клеон получал их от Аполлония. Вероятно, Клеон спроектировал обширную систему каналов, которая впоследствии стала питать новые угодья в Фаюме. Но его жизнь складывалась не очень гладко. По-видимому, он враждовал с неким Клеархом, скорее всего одним из своих подчиненных[223]. У нас есть письмо от управляющего большим поместьем Аполлония, в котором содержатся угрозы в адрес Клеона, так как его работы в другой части провинции помешали ему побывать на каких-то ремонтных работах на канале в поместье великого диойкета[224]. Когда Птолемей II
