всех в угнетающее состояние.
– Рим еще не готов к новым формам правления, – с печальным голосом произнес Главций, – толпа попросту голодна, но этого не достаточно, чтобы они пошли воевать. Ведь это просто толпа, она не сможет противостоять регулярным войскам.
Сатурнин резко вскочил на ноги и с кулаками бросился на друга.
– Ошибаешься, Главций, эта толпа, стоящая сейчас на форуме, многочисленнее любой римской армии. Их сила – в их количестве, и этой силой управляем мы. Война так война, сейчас не время языком чесать. Все за мной!
Трибун в окружении своих соратников с шумом вышли из Гостилиевой Курии и от неожиданности замерли на месте: слезы выступили на глазах Сатурнина. Народ, где народ? Он разбежался. На опустевшем форуме осталось только три – четыре тысячи человек, которые размахивали руками и требовали дешевого хлеба.
В это время со стороны Велабри между Базиликом Семпрония и храмом Кастора и Поллукса показалась длинная колона легионеров. Манипулы организованно стали рассредотачиваться вокруг, перекрыв все улицы и подходы к Велии. Другая такая же колонна приблизилась к форуму со стороны Квиринила. Сатурнин выхватил меч и вместе с малочисленными сторонниками спустился к форуму.
Битвы как таковой не было: щиты легионеров просто проутюжили форум, и через пятнадцать минут остатки мятежников просто отхлынули к склонам Капитолия и укрылись в храме Юпитера. По приказу Мария к храму прекратили подачу воды, и на следующий же день измученный жаждой Сатурнин, Главций и четырнадцать их сторонников сдались старшему консулу.
.....................................................................................................................................
По городу поползли слухи, что Сатурнина и пятнадцать его сторонников как врагов Республики сбросят с Тарпейской скалы, находящейся на юго-западном склоне Капитолия и представляющей собой гладкий базальтовый гранит высотой двадцать пять метров, у подножья которой разбросаны камни и острые осколки скалы. У преступника, сброшенного отсюда, не оставалось шансов остаться в живых. Скала хорошо была видна с нижнего форума, и именно там с утра стал собираться народ, чтобы собственными глазами увидеть смерть своих вчерашних кумиров. Правда, необычным было то, что на форуме легионеры разбили военный лагерь, а по улицам ходили вооруженные патрули, но по Риму уже распространились слухи (Гай Марий позаботился об этом), что корабли везут зерно из Галии и Азии, и на днях оно появится в городе. Народ освободился от страха перед голодом, и поэтому люди без всякого сожаления и сочувствия взирали теперь на Сатурнина и его сторонников, которых под усиленной охраной привели на форум. В толпе послышались насмешливые выкрики и свист в адрес направлявшихся к Тарпейской скале смертников. Это была та же толпа, которая за день до этого с восторгом приветствовала и прославляла своих кумиров.
На трибуну форума поднялся Гай Марий. Ликторы заиграли в трубы, раздался бой барабанов, после чего вокруг воцарилась тишина.
– Римляне, вернитесь по домам, беда миновала город. С радостью сообщаю, что нагруженные зерном корабли уже пришли в Остию и стали на якорь. С завтрашнего дня зерно будет продаваться по цене 10 кг за один сестерций. Такую цену обещал вам Сатурнин, но он умер, не выполнив обещание. Это зерно даю городу я, Гай Марий, триумфатор, шестикратный консул и третий основатель Рима! Цена на зерно не будет меняться за весь период моего правления. Кроме того, в школах Капуи я закупил пятьсот гладиаторов, и завтра в городе в знак наступления гражданского мира на арене большого цирка будут устроены гладиаторские бои. Двести пятьдесят пар лучших бойцов будут драться друг с другом насмерть, чтобы усладить, квириты, ваш взор!
Форум был оглушен криком, вырвавшимся из нескольких сот тысяч ртов:
– Слава Гаю Марию!
– Слава нашему спасителю и кормильцу!
– Слава великому городу Риму!
Гай Марий стоял на трибуне, и на его простом крестьянском лице играла счастливая и самодовольная улыбка.
.................................................................................................................................
Вечером Луций сидел на террасе своего дома и вслушивался в несущийся с форума гул. Его никто не беспокоил. После ареста Сатурнина Марий объявил общую амнистию для всех, кто в этот роковой день не находился на форуме и с оружием в руках не боролся против его легионеров. Поэтому молодой патриций мог не опасаться преследования властей, но в тот день он все равно не пошел на форум – он не мог как простой зритель смотреть на смерть своих бывших друзей: это было выше его сил. Как побитая собака, весь съежившись, он завернулся в теплый плащ и молчал. Фриксе подошла к своему новому хозяину и устроилась у его ног.
– Я не трус, – неожиданно нарушил молчание Луций. Девушка повернула голову и с сочувствием посмотрела на молодого человека. – Ты думаешь, что я испугался и бросил друзей? – продолжил Луций. – Если бы было так… Со страхом еще может справиться человек, но когда ты не знаешь, как поступить, и какой бы не выбрал путь, получается, что служишь злу и несправедливости, видишь, что не в силах изменить что-либо вокруг себя, и тогда тобой овладевает бессилие и отчаяние. В нашем городе раньше был один закон: гражданина, не поддерживающего ни одну из сторон во время гражданского противостояния, изгоняли из города. Считалось, что самыми опасными являются не преступники, убийцы или предатели, а безразличные люди. Убийца может всего лишь убить, предатель – предать, но именно благодаря людскому безразличию совершаются убийства, предательства и преступления, поэтому этот закон был справедлив. Правда, сегодня о нем никто не помнит, но я-то помню, и применю к самому себе. В Риме нет больше места для меня.
– Мы уедем из этого города? – спросила Фриксе.
Луций погладил голову девушки и ласково спросил:
– Не хочешь вернуться на родину? Или ты уже забыла ее?
Фриксе вздрогнула и медленно произнесла:
– Я помню, я всегда помнила свою родину, но как же вы будете жить без родного города?
– Раньше я думал, что жизнь слишком коротка, очень многое должен успеть сделать человек за столь короткий срок, и в душе часто страдал от своей бесцельно проведенной жизни. Вечером, когда за Капитолием заходило солнце, сердце обрывалось при мысли, что еще один день бесцельно прожит, но все-таки, в душе тайком носил надежду, верил, что если человек чего-то очень захочет – он сможет изменить свою судьбу. – Луций тяжело вздохнул, закрыл глаза и прислонил голову к спинке кресла – Оказалось, что это не так-то просто, иногда ты судьбе подчиняешься – и все тут…
................................................................................................................................................
Спустя полгода после
