Читаем без скачивания Полюби меня такой - Марина Орлова

по возможности не пропуская ни одного момента, чтобы находиться с псом побольше. Даже утром просыпался на час раньше, чтобы выгулять пса, чем я, честно признаться, сегодня подло воспользовался, нежась в своей кровати на пятнадцать минут больше обычного. За Сашку я не переживал: дом элитный, двор перекрытый и хорошо охраняется, да и Тайсон, несмотря на его любвеобильность и доброту, мог навести страху лишь своим видом, что увеличивало безопасность паренька практически до максимума.

— Вообще-то, это ты забыл телефон, — фыркнул малец, который перешел со мной на «ты» стоило закрыться двери за спиной его матери, что привезла паренька вечером во вторник. — Мой же просто разрядился после школы, — пожал Сашка плечами и нахально улыбнулся мне в отражении зеркала заднего вида, сидя на заднем сиденье.

— Это нам не поможет, когда твоя мама будет наш мозг есть за несознательность, — поспешил я ему напомнить, чтобы не сильно зазнавался. Это моментально подействовало, и ребенок тяжело вздохнул, понимая, что нам с ним определенно попадет, и никакие оправдания нас не уберегут от гнева одной, как оказалось, очень тревожной и беспокойной женщины, судя по тому, как часто она звонила нам с ее сыном, с повторяющимся вопросом: все ли у нас хорошо?

Но, честно признаться, я был не в обиде и, даже ловил себя на мысли, что ждал каждого звонка, как очередную возможность поговорить с ней, обсудить какие-то незначительные вопросы, рассказать, как прошел день, и в очередной раз убедить девушку, что я не в накладе и мне компания ее сына совершенно не в тягость. В чем я, вообще-то, не кривил душой.

Вынужденное и короткое сожительство с ребенком, несмотря на первоначальные опасения, меня нисколько не смущало. Наоборот, мне совершенно необычным образом нравилась его компания. Мне нравилось слушать забавные истории, новости дня из школы, сплетни его друзей. Мне нравилось завтракать с ним, после готовить ужин, гулять с собакой, дурачиться, смеяться. Даже уроки делать, хотя Сашка по большей части справлялся сам. Как выяснилось, паренек, помимо активной спортивной жизни, являлся круглым отличником… что не удивило, если вспомнить, кто его мать. У такой перфекционистки просто не мог вырасти никто иной, кроме умницы, красавца и спортсмена.

Поднялись с парнем на мой этаж, открыли дверь и едва не были снесены Тайсоном, который красноречиво держал в пасти поводок, поглядывая с надеждой и мукой в мои, а после и в глаза Сашки.

Паренек засмеялся, потрепал пса по загривку, а после ловко прицепил поводок к ошейку и посмотрел на меня:

— Я выведу его, а ты с мамой свяжись, пока она сюда ОМОН не вызвала, — кивнул мне в напутствие Сашка, взял запасную связку ключей и вновь направился к лифту с нетерпеливым псом на поводке. Я же улыбнулся тому, как органично и естественно вписался чужой ребенок в мою жизнь, что, кажется, даже буду тосковать по его компании, когда завтра утром Маргарита заберет его.

Из невеселых дум меня вывел звонок моего мобильного, который разразился веселой трелью из глубины квартиры. Мобильник я отыскал в своей спальне, под одеждой, которую забраковал сегодня утром перед походом на работу. Приготовился к взбучке от Маргариты, но на экране отобразился другой номер и другое имя, от которого у меня на короткое мгновение свело зубы, и проскользнула крамольная мысль проигнорировать звонившего.

После с досадой поморщился, понимая, что прятаться не получится, да и трусостью попахивает, что я всегда в себе купировал на корню, и нехотя ответил на звонок.

— Денис? — низким, официальным и спокойным голосом позвали меня с того конца провода.

— Привет, Андрей, — отозвался я, стараясь сохранять спокойствие.

— Ну, привет. — В голосе звонившего послышалась кривая, фирменная усмешка, от которой у меня щека дернулась в раздражении. — Ты меня игнорируешь, братец? Я полдня пытаюсь дозвониться до тебя, — в голосе старшенького слышался укор и нравоучительная нотка, которая прежде вызывала трепет и уважение, сейчас лишь тупое раздражение и досаду.

— Оставил мобильный дома, — спокойно отозвался я. — Нужно было звонить на рабочий.

— Возможно, — не стал спорить кузен, который заменил мне старшего брата и пример для подражания в свое время. До того момента, пока не предал. Самое мерзкое, что официально он этого не делал, но мы оба знаем, как обстоят дела на самом деле. Тому доказательство — почти полное отсутствие общения за последние три года. Инициатором был я, но он не спорил и не пытался это исправить, потому, как и сам понимал, что мое разочарование обосновано. — Давно не виделись, — произнес он со вздохом.

— Давненько, — кивнул я. — Слышал, ты разводишься. Сожалею, что так случилось с Ладой.

— Все к этому шло с самого начала, и ты это прекрасно знаешь.

— Тем не менее, Ксюха вряд ли рада разводу родителей, — заметил я осторожно.

— Вспомнил про крестницу? — зло усмехнулся он, явно недовольный упоминанием о его личной жизни.

— Я про нее не забывал, — так же резко ответил я, а после устало потер лицо и спросил: — Андрей, ты чего звонишь? Твой звонок впервые за эти годы должен быть обоснован, не так ли?

— Верно, — не стал юлить старшенький, хоть и не родной, что моих родителей совершенно не смущает. — Я решил сообщить тебе, что завтра приезжаю вместе с Ксюшей в город. Мы пробудем здесь до конца ее школьных каникул. Она хотела увидеться с тобой… и я тоже, Динь, — уже менее уверенно произнес он и вздохнул. — Слушай, я понимаю причины твоей злости на меня, но хочу попросить тебя, ради Ксюши, если не забыть все, то, хотя бы сделать вид, что ты не ненавидишь меня. Ксюшу сильно подкосил наш с Ладой развод, и как она отреагирует еще и на наши с тобой отношения — страшно представить. Я почти месяц дочь не видел, и со мной она согласилась поехать только при условии, что сможет встретиться с тобой. Прошу, помоги.

— Все настолько серьезно? — нахмурился я, так как и не подозревал о таких проблемах брата. Как бы я на него не злился, Андрей не заслужил того, чтобы у него отняли родную дочь, да еще и настроили ее против него.

— Не то слово, — отозвался Андрюха, заставляя меня впервые за долгое время вспомнить, что мы не чужие люди, а он, так и вовсе