Зря он оставил меня одну. Я смотрю на ребёнка, носик, глазки, брови…самый обычный малыш. Не могу поверить, что он наполовину вот из этих…
Младенец складывает губы в кружок и делает движения, как будто ищет что-то. Наверное, он хочет есть… Я расстёгиваю одеяние, в котором рожала, сверху и даю грудь. Он ест, мне немного больно, но внутри вдруг становится спокойно, я умиляюсь такой картине…самая обычная мать и ребёнок. Это мой малыш! Никто его не отнимет у меня… Но тут раздается резкий вой:
— Нет, это запрещено, — это голос робота. Он весь светится красным и мигает, как сигнальная машина.
Ксандр забегает внутрь. Нажимает какую-то кнопку на роботе, сирена останавливается.
— Что произошло? — спрашивает, а потом смотрит на то, что я делаю… и кажется, все понимает без слов.
— Если грудь нельзя, как вы их кормите? Тоже специальные капсулы для младенцев? — возмущаюсь.
— Специальная жидкость, — отвечает Ксандр странным голосом.
Я замечаю у него капли пота на лбу, а ещё глаза светятся желтым…настороженно спрашиваю:
— Что-то случилось?
— Та элионка, она проверяющая из Совета. Как я не догадался… Конечно, они тебе не дали бы родить без присмотра.
— И что теперь будет? Она нажалуется, да?
Ксандр смотрит на меня пару секунд, трогает за плечи.
— Идти сможешь? — спрашивает.
— Наверное.
Робот в этот момент отмирает. Куда-то уезжает и возвращается. Протягивает мне что-то типа шорт что ли… из странной ткани.
— Надевай, — говорит Ксандр. Это самоочищающаяся одежда, специально для родивших…
— А ребёнка подержишь?
Ксандр протягивает руки. У меня много недоверия к этому мужчине… Но что поделать? Больше не на кого положиться. Даю ему ребёнка. Сама отхожу за его спину, переодеваюсь. Сверху ещё свой обычный костюм надеваю, который сильно обтягивает мой еще не ушедший живот. Чувствую себя хорошо, ничего не болит, но голова кружится, как будто пробежала десять километров только что…
— Пойдём. Быстрее, — голос Ксандра за спиной.
Мы выходим из палаты. Ксандр впереди несёт ребёнка, я следую за ним.
— Куда мы идём? А другие эйрины здесь находятся?
— Нет здесь никого… Не задавай вопросов. Слушайся меня.
Я замолкаю. Неужели мы убегаем? Все так плохо? Из-за той элионки? Но где мы будем прятаться? Да ещё и с младенцем?
Мы доходим до двери, через которую заходили в здание. Она оказывается закрытой.
А потом внезапно отъезжает в сторону, меня ослепляет яркий свет, мы выходим и видим каких-то людей. Нет, это не совет. Эти люди, скорее похожи на военных, одеты одинаково, типа в форму. Может, это у них полиция такая?
— Она останется здесь, — говорит тот, что впереди. Высокий, темноволосый, но неприятный тип, голова слишком вытянутая… кожа бледная, глаза как будто прозрачные.
— Не глупи, командор. Ты знаешь, что она пойдёт со мной.
Я лишь удивляюсь тому, что я теперь перевожу их язык без каких-либо трудностей. Как будто на русском они общаются…
— Это приказ. Ее нужно исследовать. И она навредила элионке…
— Она лишь прочитала ее мысли… Та сама виновата. Она испугала ее!
— Она останется здесь.
— Нет, они будут жить у меня дома.
— Она родила. Ребёнок твой, а на неё у тебя прав нет… Слушай, Ксандр, что с тобой творится? Как будто не знаешь правил? Неужели мне нужно тебе объяснять очевидные вещи?
Меня окружают люди. Подходят ко мне со спины. Я подлетаю к Ксандру и прошу отдать ребёнка. Он стоит, не шевелится, и я буквально выхватываю его у него из рук. Сама не знаю, зачем это делаю…
Люди за моей спиной отлетают в разные стороны.
А потом я зажмуриваюсь и вжух… происходит какая-то вспышка. Я открываю глаза и сначала лишь сплошная темнота. Я жутко пугаюсь. Ребёнок на руках начинает плакать, а я его даже не вижу, только чувствую, что он на руках! А потом вдруг обстановка начинает проясняться. Я как будто открываю глаза после слепоты. Осматриваюсь. Я в доме Ксандра. Совершенно точно… узнаю свои вещи, которые Ксандр мне купил. Как я здесь оказалась? Что произошло?
Я чувствую внезапную сильную слабость. Ложусь на кровать, кладу малыша рядом и просто засыпаю.
Ксандр
Арина исчезает буквально у нас на глазах. Все стоят как вкопанные, открыв рты. Кто-то падает от вспышки. Никто не может поверить в происходящее… Конечно! Ведь это просто невозможно. Невозможно перемещаться в пространстве.
Об этой способности ходят легенды, но никто не верит, что она на самом деле существует.
Командор отмирает спустя пять минут. Спрашивает:
— Куда она могла переместиться?
Я знаю ответ на этот вопрос, но говорить не собираюсь.
— Давай ты напишешь отчет об этом и отошлёшь совету. Они должны пересмотреть своё решение.
— У меня приказ.
— Обстоятельства поменялись. Сам видишь.
Отвечаю и бегу к своей машине. Лечу домой. Почему они так жаждут забрать ее? Почему всего лишь одну землянку нельзя оставить в покое? У меня нет ответа на этот вопрос.
Я же сказал, что собираюсь сделать ее своей женой. Такое право у меня есть… Но они все равно не оставляют ее в покое. Неужели… боятся?
Залетаю в дом, ищу по всем комнатам. Если перемещаться, то куда-нибудь в безопасное место. Это интуитивно получается. А где оно ещё для Арины безопасное, кроме моего дома?
Нахожу Арину в спальне, спящей. Выдыхаю. Я не ошибся. Сын лежит рядом, открыв глаза, что-то пищит. Беру его на руки. Хороший, сильный. Энергия от него так и отлетает волнами… Арина и не могла родить мне другого.
Глава 42
Просыпаюсь, ещё глаза не успеваю открыть, но понимаю: ребёнка рядом нет. Быстро распахиваю глаза и первым делом вижу лицо Ксандра, на руках у него мой ребёнок.
Фух.
Кажется, что все хорошо, но тут в сознании вспыхивают картины вчерашней стычки с военными, и я быстро вскакиваю с кровати.
— Что случилось? Что это было вчера? Почему они пришли за мной? Что будет?
— Успокойся, — говорит Ксандр тихо, — все теперь хорошо.
— Теперь?
— После вчерашнего ты стала знаменитой. Хм, как это говорят на Земле? Звездой? Кто-то из жителей города все это видел, это попало в поток Экрана информации, теперь тебя все знают… И Совет разрешил стать тебе кандидаткой в мои жёны. Теперь уже точно. У них просто нет выбора…
Я морщусь. Кандидаткой в жены? Резко говорю:
— Не хочу быть твоей женой, и вообще, отдай мне моего ребёнка, его покормить надо!
Черты лица Ксандра делаются жесткими.
— Во-первых, это наш ребёнок! А во-вторых, если ты хочешь его видеть и быть ему матерью, придётся пройти отбор. Таковы правила.
