– Так что тебе снилось? – наконец спросила она.
– Ты, – ответил он просто.
– И мне тоже, – улыбнулась она, – снился ты.
Уилл хотел сказать еще многое, но не мог подобрать правильные слова. Он боролся сам с собой, так как хотел поднять Сару на руки и отнести ее в кровать. И еще он хотел вместе с ней выйти на улицу и встретить восход солнца, как в День благодарения.
Кресло-качалка заскрипела на старых дощатых полах. Уилл сплел свои пальцы с ее и поцеловал тыльную сторону ладони. Он не осмеливался признаться даже себе, что влюблен в Сару.
Все позавтракали за кухонным столом, затем каждый занялся своим делом. Уилл и Джордж поехали ни джипе посмотреть, не причинил ли шторм вреда самолету. Майк отправился в сарай, и немного погодя Сара пошла вслед за ним. Услышав, что тетушка Бэсс в своей мастерской, Сьюзан тихонько постучалась к ней.
– Входи, дорогая, – сказала Бэсс, сидя за огромной черной швейной машиной и сдвинув очки на кончик носа. Она была одета в шерстяное платье цвета вишни, поверх которого была накинута шаль темно-серого цвета.
– Я не помешаю? – спросила Сьюзан.
– Нет, нисколько. Ты что-то хотела?
– Я думаю, нам нужно устроить вечеринку! – выпалила Сьюзан.
– Вечеринку?
– Да, это наш последний день здесь, и у нас есть что отпраздновать. Майк спасен, и…
– Я тоже об этом думала, – улыбнулась Бэсс, оторвавшись от своей работы. – Я пошлю за лобстерами к Хиллеру Кроуфорду, и я уже приготовила все для пирога, осталось поставить его в печь. Я обожаю вечеринки, но мы никогда не устраивали их здесь.
– Хорошо. Значит, она будет, – сказала Сноу, кивая, как опытный организатор вечеринок. – Ну, не буду вам мешать.
– Пожалуйста, останься, – попросила Бэсс. – Я заканчиваю еще одно одеяло для Сары, которое она возьмет с собой. Можно сэкономить на расходах за провоз на пароходе, правда? Просто отодвинь эти журналы в сторону и садись у окна. Столкни этого котенка.
– Хорошо, – сказала Сноу и, осторожно подняв спящего кота, положила его к себе на колени.
Она наблюдала, как Бэсс разглаживает белое поле, ее пальцы ловко распределяли пух, и она так быстро строчила, что Сьюзан едва успевала следить за ее движениями.
– Ты видела магазин Сары?
– Да. А вы?
– Только в Бостоне, много лет назад. Я никогда не была у нее в Форт-Кромвеле.
– У нее замечательный магазин, – сказала Сьюзан. – Похожий на английские.
– Я люблю Англию, – кивнула Бэсс. – Артур возил меня туда однажды, и мы были в Лондоне и в Стоунхендже… Это было великолепно.
– Счастливая, – вздохнула Сьюзан. – Может быть, однажды вы опять туда поедете.
– Я не люблю надолго уезжать с острова, – сказала Бэсс, слегка нажимая на ножной привод швейной машины.
Внимательно посмотрев на свою работу, она увидела, что выехала за строчку. Она остановилась, сняла очки с носа. Они болтались у нее на цепочке, пока она доставала меленький поднос со шпульками.
– Позвольте мне. – Сьюзан подхватила поднос.
– Спасибо, – сказала Бэсс, выбирая маленькую металлическую шпульку с белой ниткой. – Хорошо, что ты и твой отец погостили у нас с Сарой. Особенно если учесть, что произошло вчера… Мы бы потеряли Майка, если бы не Уилл.
– Да, это так.
– Думаю, Сара хочет забрать его домой.
– Не знаю, – пожала плечами Сьюзан, понимая, что тетушка Бэсс хочет вытянуть из нее что-нибудь.
– Нам, конечно, нравится, что он живет здесь.
Девочка почувствовала себя виноватой, потому что ей ужасно хотелось, чтобы Майк улетел с ними. Больше всего, конечно, из-за Сары, но еще и потому, что тогда они смогут встречаться.
– Мы всегда смеемся, когда собираемся вместе.
– Правда? – спросила Сьюзан.
Она еще ни разу не слышала, чтобы Майк шутил. Он вообще говорил очень мало.
– Он мальчик с острова, как и его отец.
– Его отец? – Сьюзан распирало любопытство, с тех пор как Майк упомянул о своем отце позавчера.
– Мне, наверное, не следовало упоминать о нем. Мы не очень жалуем Зика Лоринга, – сказала Бэсс, сосредоточившись на вдевании нитки в иголку.
Она лизнула кончик нитки, закрутила его, затем нагнулась над лапкой машинки так, что ее щека коснулась одеяла, которое она шила.
– Вам помочь?
– Такая же заботливая, как и Майк, – улыбнулась Бэсс, отодвинувшись.
Сьюзан быстро заправила нитку в ушко иголки с первой попытки: у нее всегда это получалось легко. Однажды она даже вдела нитку с закрытыми глазами.
– Прекрасно, – сказала Бэсс, закладывая шпульку в маленькую серебряную коробочку.
– Вы не любите отца Майка? – Сьюзан спросила тихим голосом, очень мягко, не желая нервировать тетушку Бэсс.
– Да, но не потому, что он отец Майка. А из-за того, что он плохо поступил с Сарой. Бросил ее у алтаря.
Сьюзан открыла рот от удивления:
– Не может быть!
– Да, – сказала Бэсс, поджав губы. – В день свадьбы, вернее, в тот, что должен был быть ее днем свадьбы. Она была беременна, никто из нас не знал об этом тогда. Я сама шила ей платье.
– Она надела его, и он сразу же…
– И больше никогда не показывался. – Бэсс покачала головой.
– Это ужасно…
– Сара была чудесной девочкой. Такой яркой, счастливой и доброй. Действительно необычный ребенок. Она потеряла мать в раннем возрасте и всегда заботилась о своем отце все эти годы. Затем она уехала в колледж в Бостон. Это был шанс начать настоящую жизнь, и что, ты думаешь, произошло?
– Что?
– Она приехала домой на каникулы и влюбилась в самого отъявленного смутьяна на острове.
– Зика Лоринга.
– Верно.
– Если он был таким непутевым, почему Сара полюбила его?
– Он был красивым и ужасно забавным. Сара приводила его сюда, и он заставлял нас смеяться часами над его историями. Но все имеет свой предел. Сара могла бы понравиться любому парню в Бостоне. Но я думаю, она выбрала Зика, потому что он был с острова. Это ее родина.
– Она была беременна, и вы шили ей платье, и он бросил ее… А где должна была быть свадьба? В Бостоне?
– Нет, дорогая. Прямо здесь. В церкви на острове.
Сьюзан снова открыла рот от удивления. Такая ужасная история произошла прямо здесь, на этом романтическом острове! Гораздо великолепнее, чем Йоркшир, более мистический, чем Стоунхендж, ей понравился этот остров больше, чем до сих пор нравилась Англия.
– Мы видели эту церковь, когда гуляли, – сказала Сьюзан.
– Она в другой части острова, дорогая. Нужно идти на восток через вересковую пустошь. Крошечная маленькая церковь, стоящая фасадом к Атлантическому океану, – только он отделяет прихожан этой церкви от Франции.
– Мне бы хотелось на нее посмотреть.
