— Это будет крайне трудно, — осторожно возразил я.
— Мы знаем это, — кивнул маршал. — Никто и не требует от вас уже завтра выставить целую дивизию. Мы понимаем, что потребуется определенное время и средства. Но эти… создания… должны сражаться на нашей стороне! Поэтому подготовку контингента придется всемерно форсировать. Мы не можем зависеть от состояния вашего здоровья. Нам нужно много закаленных бойцов. Особое внимание следует уделить идейной подготовке. Самый последний леший должен твердо усвоить основы марксизма-ленинизма.
Я прибег к обычному приему — почесал в затылке.
— Это еще сложнее. Уже совершенно точно выяснено, что труды основоположников диалектического материализма отрицательно влияют на здоровье созданий из магических измерений.
— Мы проработаем этот вопрос, — мягче сказал маршал. — Ведь трое домовых уже служат на станциях «Трезубца», так почему бы и остальным не поступить так же?
Мы с Ерофеем засиделись до поздней ночи, обсуждая этот разговор. Предложение было слишком серьезное, чтобы просто отмахнуться от него. Угрозы маршала можно пропустить мимо ушей. Ему нужен результат, а кто кроме нас может этот результат дать? Следовательно — мы нужны. А монополия всегда развращает ее обладателя. Диктовать условия и держать за горло будем мы. Волей-неволей маршалу придется выполнять наши условия. Какие условия? Это мы сами пока не знали.
А тут еще пропажа Зибеллы. Искать горностая или выполнять приказ? Мы обшарили буквально каждый миллиметр станции — напрасно.
По всем литературным канонам мы сейчас были обязаны погрузиться в черную меланхолию, грустить о пропаже друга, обливаясь горючими слезами и всячески выражать свою скорбь. Однако мы превосходно знали Зибеллу и немало настрадались от его скверного характера. Он вполне мог пуститься в погоню за удирающей крысой. Жажда мести, отягощенная жаждой крови. Все-таки не следовало забывать, что Зибелла принадлежал к семейству куньих. В прошлом за ним числились выходки и похуже. Так что нас сейчас больше волновали собственные перспективы.
— Что скажешь, полковник?
— Скверно, генерал.
— Очень скверно, полковник.
— А в будущем еще хуже, генерал.
Мы взгрустнули. Потом Ерофей задумчиво сказал:
— Мне совершенно не нравится происходящее. Прежде всего смущает агрессивность военных. Они мыслят примитивными категориями: атака, оборона, заранее подготовленные позиции, фланг… Право слово, у людоедов лексикон и то богаче.
— Ну и что?
— То, что они совершенно неправильно судят о нас, бесях. Я сильно сомневаюсь, чтобы хоть кто-то из моей родни согласился с предложениями маршала.
— Но ведь на станции действительно прилетели.
— Да, охранять хоромины. Охранять. А остальное нам до такой степени противно, что я не берусь и заикнуться об этом. Меня свои же со свету сживут.
— Маршал может найти дорогу к черным бесям, — грустно сказал я.
— Не ты же его на эту дорогу направишь.
— Нет.
— И не я. Значит, он ее не найдет.
— Он достаточно умен. И может вспомнить о гремлинах. О нечистой силе, созданной людьми. Тем более, что бегает на «Хорсе» Оберст.
— Да, — неприязненно скривился Ерофей. — В этом мы преуспели. Внутри каждой машины сидит недобрый черный дух. А у маршала мириады подобных исчадий. Одних бомб вон сколько. И ежели он найдет способ выманивать оттуда черных бесей…
— Но ведь мы не станем ему помогать?
— Конечно нет.
— На том и порешим?
— Согласен! — обрадовался Ерофей. — Конечно, прямо отказываться нельзя. Сделаем вид, что согласились… Но ведь и у нас какая-то операция может провалиться?
— Может! — возликовал я.
— Напрасно радуетесь! — громыхнул знакомый голос. Снова в воздухе повисла голова Главного Маршала. — Я получил немалое удовольствие, слушая вас. Благодарю за тщательно проработанный план действий. И вы будете выполнять его со всем возможным старанием. — Видя, что я хочу возразить, он надул щеки и гаркнул: — Молчать! Дело в том, что ваш горностай у меня! Если вы не сделаете то, чего от вас требуют, ему придется плохо. На воротник пущу. Кроме того кое-кто совершил незаконную сделку, продав миллион долларов золотом каким-то темным личностям. Установил контакт с английским шпионом! За это его вполне можно расстрелять, так что подумайте еще раз, прежде чем заниматься саботажем.
— Подслушивал, — прошептал Ерофей.
— А то как же! Запомните, если вы согласились сотрудничать с КГБ, то уже никогда, до самой смерти вы не сможете отказаться!
Голограмма медленно растаяла. Последними пропало квадратное пенсне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
