к нам новенький пришел. Надо было показать ему, что он не самый крутой там.
– Показал?
– Показал, - вздыхаю.
– И что?
– Мы еще с ним выясним, кто круче.
– Как его зовут, Егор? Я позвоню родителям, извинюсь.
– Юра Домбровский.
- Юра, значит, хорошо.
- Да брось ты, – вмешивается папа, - пацаны на тренировке, всякое может быть.
- Они дрались, это не всякое. И где был тренер?!
- Как много ты не знаешь о мальчиках в восемь лет.
- Ты много знаешь, да? Иди тогда с ним к врачу. А я вас подожду. - Мама отступает и, сложив руки на груди, садится на стул.
- Может, с мамой лучше? - Смотрю на папу, хочу, чтобы одумался.
- Нет, уж, идите, - мама решает за нас и усмехается папе. Не злится, но вызов ему бросает.
Ой-ой-ой. Смотрю на маму, жалость хочу выдавить. Она же меня любит, пожалеет, ругать не будет, так побубнит немного, а с папой такое не прокатит. С ним слезу пустить нельзя. Надо вести себя по-мужски.
Папа вызов принимает, поднимается и, взяв меня на руки, идет в кабинет.
Мне не нравится тут. Врач - усатый дядька - скорее ломает ноги, чем лечит вывихи.
- Фамилия, имя, отчество.
- Озеров Егор Александрович, - отвечает отец.
- Дата рождения?
Заминка. Дату что ли забыл?
- А, двадцать первого ноября, - папа закатывает глаза, вспоминая год рождения. Я тоже не помню. Мама все-таки нужна нам. Ну как мы без нее. - Восемь лет ему, короче.
- Школа? - Усмехается доктор.
- Кодокан, - не задумываясь отвечаю. Это я знаю.
Врач на меня смотрит, на папу. Все молчат.
- Егор, номер школы какой у тебя? - Объясняет папка. А я не понимаю, чего от меня хотят. – Блин, ну где русский и математика, а не дзюдо? Ну ту, которую ты не любишь.
- Ааааа, пятьдесят вторая, - отвечаю.
Врач хохочет, медсестра улыбается, папа глаза закатывает.
– Он просто только про спорт и разговаривает. После школы сразу на тренировки, все вокруг этого крутится .
– Спортсмен значит? – Отвлекает меня врач и рассматривает ногу.
– Ага.
– Каким спортом занимаешься?
– Дзюдо, - отвечаю и вскрикиваю. Врач больно дергает что-то в ноге.
– Крутой ты парень, травма у него закрытая, сустав я вправил, сейчас наложим фиксирующую повязку.
– А когда можно на тренировки?
– Нескольких недель надо потерпеть, Егор.
– Я не могу. Этот Юрка решит, что я его испугался и не прихожу. Нельзя мне пропускать, дядя доктор.
– Ты спортсменом хочешь стать?
– Да.
– Так вот, они не только тренируются, но и отдыхают. Надо, Егорка, отдохнуть ноге. Восстановится. Потом придешь и покажешь этому Юрке, кто там чемпион. А пока над математикой поработай и русским языком. – Улыбается мне и разворачивается к отцу. – Я выписал мазь и таблетки обезболивающие, принимайте, если нога будет ныть.
Папа снова на руки берет и идет к выходу.
– Пап, - шепчу на ухо, - а давай маме не будем говорить, что мне на тренировки нельзя, а?
– Придумаем что-нибудь, Юрке этому надо навалять. - Усмехается и выходит в коридор.
История Егора. Отрывок из книги “Папа в окне напротив”
Ты зачем ее к себе привязываешь?
А что я привязываю? Просто взял ребенка потренироваться. Каждый, кто со мной тренируется, теперь что, должен считать меня отцом?
Я беру Катю за руку и перевожу через дорогу. Она в ответ крепко держится за мою ладонь своей розовой варежкой. Проходим быстро и оказываемся у входа в зал.
Я открываю дверь и пропускаю Катю первой.
- Люда, привет, - киваю девушке на ресепшене.
- Привет, Егор, ой, а это кто? Твоя дочь что ли?
Инстинктивно опускаю глаза на Катю, не понимая, откуда возник вдруг такой вопрос, зато вижу, как девочка довольно улыбается.
- А мы разве похожи?
Люда наклоняет голову то к одному плечу, то к другому, рассматривая нас.
- Нууу, что-то есть. Глаза у вас одного цвета.
- У меня с тобой тоже глаза одного цвета, но я же не говорю, что ты моя сестра, - усмехаюсь в ответ. - Нет, это дочка одной моей знакомой, не с кем оставить, и я взял с собой. Поможешь ей раздеться и провести в зал, а то я не хочу через мужскую раздевалку идти с ней.
- Конечно. - Люда выходит из-за стойки и помогает раздеться. - Как тебя зовут?
Я специально молчу, чтобы посмотреть ответит ли Катя что-то или нет. Нет.
- Ее Катя зовут, но она не разговаривает.
- А почему? Такая милая девочка. - Люда продолжает сыпать вопросами, на которые у меня нет ответа, а я быстро иду в раздевалку, чтобы переодеться.
Выхожу в зал первым и осматриваюсь в поисках Катерины.
- Гор, привет, - слышу сбоку знакомый голос и поворачиваюсь к Валу.
- Здорова, - пожимаю руку и хлопаю по плечу. - Решил тоже напоследок взбодриться?
- Не напоминай. Начинается самые жуткие недели в моей жизни. Эта череда бесконечных дней рождений.
- Ну не бесконечных, всего четыре. И ты не сирота, чтобы говорить, что больше праздновать не надо.
- Есть, но не так концентрированно.
Вал переводит взгляд мне за спину и усмехается.
- Это к тебе что ли? - Кивает туда же и усмехается, а я оборачиваюсь и вижу Катю.
- Ко мне.
- Мы чего-то не знаем?
- Вот не надо только сплетничать. Это Катя. Катя - это дядя Валера.
- Ооо, дядя. А тебя она тоже дядя называет. Здравствуйте, Катя.
Девочка с настороженностью смотрит на него и делает шаг в сторону, прячась частично за меня.
- А кто она мне по-твоему?
- Я почему-то подумал, что у тебя вдруг объявилась дочь. Ладно, а почему не разговаривает?
- Помнишь я с девушкой к тебе приезжал?
- Да всех вспомнишь ли?
- Да на этой неделе. Онежа.
- А да, Онежу помню. Такое имя сложно забыть.
- Это ее дочка. В общем, я взял на пару часов в зал, пока Онежа на работе.
- С каких пор ты помогаешь мамам? Или тебе понравилась мама, и ты решил через дочку, - говорит тише.
- Вот скажи тебе что. Лучше, как врач, скажи, почему ребенок не разговаривает. То есть
