перед нами открылась, за ней показалась группа дроидов. Сверкнули лазерные лучи, полетели плазменные снаряды. Ходули с пушкой на спине снесло моментально. Одного гуманоидного пробило насквозь, а затем и стену вдали…
Дроидов хватило секунд на десять. Я повернулся к вингеру вместе с половиной группы.
— Кейн, а давай-ка ты положишь куда-нибудь эту дуру. Ты так скорее станцию поломаешь.
— Мистер Эрнер, вы используете избыточно мощное оружие, — подтвердил один из десантников с позывным «Викинг».
Тот вздохнул, но всё же убрал его на гравиплатформу и принял запасное оружие.
Мы двинулись к закрывшейся переборке. Сразу резать не стали: Анна подключилась к консоли при помощи массивного устройства с кучей проводов и долгое время копалась. Солдаты уже начали настаивать просто распилить дверь, но она наконец отодвинулась.
— Так лучше: смотрите какой толщины эта переборка! Сколько вы её резать будете? Лучше сломаем приводы, берите резаки!
И опять золотце строит десантников. Тем не менее в этот раз они подчинились.
Станция была почти пустой. Мы методично перемалывали дроидов, а порой просто ходили по пустым пространствам. Развилок было мало, большая часть дверей вела в помещения с массивным оборудованием. Иногда — в комнаты для стоянки дронов или склады. И это были самые целые помещения Старших, что я видел.
Чёрные стены с синими прожилками уже особо не давили, но возникло странное ощущение. Мы как будто на недоделанном уровне симулятора. Дизайнеры проложили коридоры, не добавив деталей, фактуры и разбросанных всюду предметов — просто одинаковые исполинские коридоры.
Впрочем, вскоре мы вышли к массивной установке, вдоль которой дрон полетел без помех, описав многокилометровый круг. Неровная стена со множеством выпирающих модулей и внешних подключений возвышалась на две сотни метров. Тепловые датчики показывали неравномерный нагрев и фиксировали пробивающиеся магнитные поля.
Анна нервно выдохнула, голос сквозил восхищением.
— Это охренительно большой термоядерный реактор кольцевой конструкции.
— Как он за такой период не исчерпал топливо? — спросил Викинг.
— Значит, есть дроны, летающие к газовому гиганту и извлекающие водород. К нам они не вылетели, поскольку не подключены к системе обороны. И, полагаю, реактор сейчас на холостом ходу. Маш, что думаешь?
Имя Аура прижилось. Да и зеленоволосая охотно на него отзывалась и не возражала. Но при чужих мы всё же пользовались вполне обычным настоящим.
— Не могу определить тип станции. Генератор их топлива? Тогда почему его не взяли с собой при эвакуации? С технологиями Старших установить здесь двигатели и РСТ было плёвым делом. Что за внешние модули вокруг? Скорее, станции требуется бездна энергии, а ограничения на размер не было. Нет смысла снабжать стационарную систему более дорогим топливом для компактных реакторов. Думаю… если генератор здесь, нам либо выше, либо ниже. Очень вряд ли центр управления дальше.
Мы нашли пандус, ведущий наверх — бродили там около часа. Кейн устал — включил левитатор и курсировал под потолком. Мы поднимались на гравиплатформах. Их даже пришлось отправить на подзарядку, пока мы исследовали уровень выше.
Не угадали: мы наткнулись на ещё один такой же реактор. Разве что поменьше радиусом и отключённый. Искомое нашла группа, ушедшая далеко вниз, мимо третьего гига-реактора, который легко бы запитал дредноут.
Мы туда чуть ли не бежали: пришлось спуститься вниз аж на полтора километра. Наконец перед нами предстала комната с множеством компьютерных блоков и пьедесталом с управляющим интеллектом. Стены помещения буквально состояли из чего-то явно компьютерного толка. От пола до потолка поднималось аж восемь колонн, тоже состоявших из мигающих лампочек и защитных кожухов явно ценного оборудования.
— Отлично! Отойдите, я отключу интеллект! — Анна оттеснила всех. — Вавилов, скажи своим людям, чтобы дали пройти!
Адмирал ответил на вызов.
— Миссис Шард, дальше справятся наши люди. Скоро к вам прибудет группа наших учёных.
— Пф-ф, не доверяет нам, — проворчала Дарья. — А я думала, что мы доверяем друг другу.
— Он делит личные и деловые отношения, — вздохнул я, похлопав по плечу Анну. — И подпускать к управляющему интеллекту не будет. Одно дело, какие-то исследования железок, другое — ключевая часть подобной штуки.
Кейн всё осматривался и порывался взлететь, но ему запретили совершать резкие движения. И вообще попросили большую часть народа выйти в коридор. Впрочем, тут была консоль. Правда пока она была заблокирована.
Через десять минут к нам на гравиплатформе прилетела группа учёных, в том числе профессор Сильвер, Харвиц и Тимур. Мелкая долго копалась, но в итоге отключила ядро интеллекта — блок размером с большой кулак. Вставила его в принесённое устройство и подключилась к нему проводом.
— Консоль переключила режим! Анна! — воскликнула Аура, обогнув десантников. — Этот символ означает «автономный режим работы»!
На огромных экранах, смотреть на которые приходилось задрав голову, начали появляться хитрые плетёные символы. Учёные как раз притащили с собой лесенки, чтобы добраться до немногочисленных кнопок и сенсорных интерфейсов.
Мы ждали минут десять, прежде чем Мира Сильвер снова пошевелилась.
— Это займёт много времени, но интеллект отзывается. Перевезём его в лабораторию.
— Так для чего эта станция? — спросил я. — И тебе не требуется помощь тех, у кого нейросети образца Кирин? Они заточены на работу с такими штуками в режиме ускорения.
— У нас есть необходимые специалисты. Впрочем, само собой мы позовём Анну при необходимости. А назначение… пока сложно сказать. Но мы получаем список модулей…
— Переводчики немного ошиблись. Это не «Последняя Цитадель», — заключила Анна. — Это «Путь к Последней Цитадели». Такая технология кое-где упоминалась. Это генератор червоточины.
Я присвистнул — крутую штуку мы нашли.
— Миссис Шард, это нечто вроде врат ассоциации? — спросил один из учёных.
— Нет, не совсем, — Анна цокнула, и начала ходить туда-сюда. — Как бы сказать. Это не та теоретическая червоточина, которая складывает две точки пространства. Он создаёт тоннель через подпространство, но как бы… через нижние слои. Мы летаем на самой границе с нормальным космосом, врата прокладывают через те же слои. А эта штука создаёт эффект Коха-Петермана!
Голос становился всё возбуждённей.
— Какой эффект? — спросила Сильвер. Аура вовсе попыталась остановить блуждания Анны и её прямо в скафе обняли.
— Так назвали то, что произошло с Эриком и остальным флотом при проходе через нестабильные врата!
— «Эффект Шарда» звучало бы лучше, — заметила Дарья.
— Согласна. Но Эрик тогда копался в инопланетных кишках, а я упустила момент! — засмеялась Анна. — Полёты на экстремально дальние дистанции — десяток тысяч световых
