Та мысль, которую я парням высказал вслух, пришла мне в голову по дороге, когда ехали из Липецка в Воронеж. Вот я и ляпнул её , как только к нам опять присоединился Сашка. Он поставил перед братом стеклянную вазочку с тремя белыми шариками, посыпанными сверху шоколадной крошкой, и уставился на меня, ожидая пояснений.
— Нет. Тренировки это понятно. Не об этом речь. Надо именно мне. — Я не знал, как объяснить друзьям свое странное решение.
По идее, в первые годы своих занятий спортом, да и в последующие тоже, Славик обеспечил хороший задел. Я сегодня, например, вспомнил, как он с первого дня, когда заливали каток в парке, до последнего, пока не наступало тепло, ежедневно ходил на лёд. Именно вспомнил, а не получил очередную порцию видений, как было в предыдущих случаях. Просто, сидя в автобусе, прокручивал эту информацию в голове, уже, как свою собственную. Она появилась сама собой, абсолютно естественно. Не знаю, почему вдруг стало так. Может, тело, наконец, приняло моё сознание. Или наоборот, сознание окончательно устроилось в своём новом жилище. Не могу ответить. Главное, и я очень на это надеюсь, больше заскоков с выпадением из реальности не будет.
В голове теперь имелись воспоминания о том, как Славка дрессировал сам себя до седьмого пота, чтоб стать тем, кем он хотел стать.
Сначала гонял на скорости, которую мог добиться в имеющихся условиях. Каток, прямо скажем, был далек от идеала. Летел в один конец площадки, ударялся с силой о борт, потом разворачивался и несся обратно.
Когда пот начинал стекать в глаза, вытирал лицо, брал клюшку и, как умалишенный, долбил ею шайбу. Бил о борт, пока руки не начинали мелко дрожать от усталости и напряжения.
Пробовал все виды бросков. Гонял их по кругу. Кистевой, как самый расхожий для нападающего, Славка тренировал в первую очередь. Для этого броска требуется минимум подготовки. Можно сказать, вообще никакой. Шайба уже на крюке. Не надо тратить время на замах. Кистевой удобно делать в движении. Это только увеличит его силу. Ну, и самое главное, он опасен для вратаря. Стадии разгона шайбы или замаха клюшки тут отсутствуют, и вратарь попросту не видит, что собирается делать хоккеист. Идеальный вариант для нападающего.
Чтоб закачать кисти, это требовалось для увелечения силы удара, Славик в поломанной клюшке, просверлил дырку. Попросил соседа. Продел в полученное отверстие верёвку, к ней прицепил груз. Сначала это была металлическая болванка, весом в один килограмм. Тоже помог сосед. Сделал по Славкиной просьбе. Отца в то время рядом не было. Хотя, даже если бы и был. Помощи от него не дождешься.
И вот эту палку малолетний пацан накручивал кистями в одну, затем в другую сторону. Как только кисти окрепли, он увеличил вес. Ну, а отжиманий и подтягиваний итак было предостаточно. Он таким способом нагонял недостающую физуху.
Само собой, вторым номером был щелчок. Его главное преимущество — сила. Шайба может развить скорость до 200 км/час. Его главный недостаток — время, которое требуется на подготовку. Надо замахнуться, прицелиться. Смысл щелчка в том, что клюшка разгоняется отдельно от шайбы, ударяется в лёд перед шайбой, и только потом, за счёт усилия, осуществляется прогиб. Клюшка выгибается и "стреляет" по шайбе с дополнительной инерцией. При этом, несмотря на то, что щелчок, вроде как, ближе по своему назначению защитникам, Славка не просто хотел довести его до совершенства. Он пробовал разные способы, чтоб сделать его, как можно тише. Уже тогда сообразил, звук удара клюшки о лёд даёт вратарю большой бонус. Даже когда голкипер перекрыт, когда он не видит шайбу, именно этот звук сигнализирует ему об опасности. Но если сделать бросок тихо, то вратарь не успеет среагировать.
Хотя, в большей мере, Славка уважал именно бросок с кисти. Я будто слышал его мысли. Он считал, что пока будет, как Чапаев шашкой, размахивать во все стороны клюшкой, или шайбу отберут или вратарь прочитает. А с кистей выходит неожиданно и гораздо точней. Когда шайба на кистях, можно в том числе быстро переиграть ситуацию: вместо броска сделать передачу и наоборот
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но при этом, все равно пытался довести щелчок до нужного уровня исполнения. Ситуации во время игры случаются разные. Надо быть готовым ко всему. Да и в некоторых случаях щелчок все же быстрее броска, если осуществлять его через пас. Он хорош если необходимо сыграть на добивание.
Само собой, Славик еще уделял внимание броску с неудобной руки. Хотя, в его случае это название теряло смысл. Тем не менее, элемент технически считался сложным. Нужно переправить шайбу в ворота внешней стороной клюшки. Иногда во время игры других возможностей атаковать противника просто нет. Тем более, часто хоккеисты пользуются данным приёмом, исполняя буллит или выход «один на один».
Без бросков не бывает голов. Славик повторял эту фразу каждый раз, когда руки уже не могли держать клюшку. И с этой же фразой, звучавшей в его голове, он возвращался из школы, переодевался, а потом снова топал на каток.
Вот так каждый день. Независимо от того, имелись ли тренировки, какая температура была за окном, насколько сильно устал. Он один хрен шёл и делал.
Но это все знал, умел и довёл до нужного уровня он. Не я. И вот пока ехали обратно, меня вдруг посетила мысль. Надо тренироваться. Серьезно. Делать все то, что делал брат. А он делал, так-то, до хрена. Моя задача — не испортить имеющееся своими попытками что-то изменить. Ерунда полная тогда выйдет. Я должен просто принять весь багаж, который мне достался. Я должен стать Славиком.
— И как ты это представляешь? — Спросил Федька, когда вкратце объяснил пацанам, что имею в виду.
Объяснил, естественно, без подробностей. Вот эту не совсем нормальную историю, будто мне надо срастись со всем, что есть у Славика, опустил. Сказал, мол, понял, не просто хочу стать профессионалом, намерен попасть в сборную. Поэтому, собираюсь ужесточить для самого себя режим и заниматься ещё дополнительно. Самостоятельно.
— Не знаю. — Я пожал плечами.
Вопрос Постникова был вполне обоснованным. В Семилуках крытого катка нет. Там только уличный лёд, который заливают на зиму. Ждать холодов для своих личных тренировок, а с весны по осень довольствоваться лишь тренировками команды — ну, такое себе вариант. Бестолковщина. Ездить в Воронеж? После школы, например. Вместо школы не смогу. Меня просто со справкой выкинут после восьмого класса. Если не раньше. Лед, скорее всего, в "Юбилейном" свободен только утром.
— Надо подумать. — Добавил я.
— Слушай, ну, то, что ты обязательно захочешь идти дальше, не останавливаться на нашем "Буране", это давно понятно. — Леха перепрыгнул попавшуюся под ноги лужу. Однако, чуть промахнулся и все-таки попал пяткой в грязь.
Мы уже покинули кафе и двигались в сторону остановки. Алеша, натрескавшись мороженого, проглотил он его в один заход, хоть бы горло не заболело, шёл рядом, крутил головой, рассматривая центральные улицы. Федька и Сашка топали чуть сзади, чтоб не перекрывать дорогу остальным прохожим. Никита и Симонов, наоборот, оказались впереди, прямо передо мной.
— Надо узнать, когда свободен лёд. Может, поговорить с Сергеем Николаевичем? Думаю, уж он точно не будет против дополнительных тренировок. Ну, а мы подстроимся.
Я уставился в спину Лехе, переваривая его слова.
— В смысле подстроитесь? Вам-то это зачем?
— Вот ты молодец! — Заржал за моей спиной Никитос. — Сам, главное, в сборную собрался, а нам, говорит, типа, не нужно.
Вообще, я, конечно, имел в виду другое. Просто мне надо соединить две личности в одну. А вернее, соединить опыт, имеющийся у Славика и себя. Чтоб больше не было такого тупняка, как в начале сегодняшней игры. Но парни то итак нормально себя чувствуют. Сто процентов, они решили присоединиться в качестве поддержки. Может, даже где-то помочь. Тренироваться одному — хорошо. Но со своим звеном — гораздо лучше. Друзья. Блин... Они просто мои друзья. Прям на душе стало как-то теплее. Как же все это непривычно.
