Читаем без скачивания А обещали сказку… - Ольга Мяхар

Естественно, ему никто не ответил. А вот у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

— Мы найдем ее. — Мурз, сидя на руках охотника, успокаивающе кивает Вирху.

Ветер пронесся в ветвях, заглушая еще далекие раскаты грома. Звери попрятались в норах, предчувствуя дождь. Но эти трое — упорно идут вслед за мной, веря, что я знаю, где их Марина. Поразительно.

Когда взошла луна, парни остановились, и Мурз прицепил на меня заклинание правды, приказав отвечать на вопросы хозяина. Смотрю на Вирха и неуверенно киваю, пока Хорт стоит за спиной, контролируя, чтоб не сбежала.

— Итак. — Котенок забрался на старый трухлявый пень и нахмурился. — Ты видело Марину?

— Да.

Довольный блеск золотистых глаз. Парни молчат.

— Она далеко?

— Нет.

— Когда мы сможем ее догнать?

Что бы такого ответить, чтоб не прибили? Правду говорить не хотелось страшно: свяжут, воткнут в рот кляп и отомстят. Или и того хуже: превратят в лошадь и верхом поедут…

— Не скоро.

— Почему? — удивленно.

— Да хитрит девка. — Я, туманно.

— Она так хочет сбежать от меня? — вмешался Вирх. И уже по тону понимаю, что в глаза ему смотреть мне будет ох как тяжело.

Киваю. Вампир замолкает. Неужели… ему так больно? Да нет, глупо. Мы с ним знакомы-то всего ничего, а принцессу он себе и получше найдет.

— И что нам нужно сделать, чтобы мы смогли ее догнать? — Мурз. Смотрит пристально и осторожно подбирает слова.

Смутно начинаю подозревать, что кот если еще и не догадался, то уже на полпути к разгадке точно.

— Гхм… ну… ты должен или отказаться от свадьбы, или…

— Или? — вкрадчиво.

— Или… доказать ей свою любовь. Ну раз и навсегда, значицца.

— Н-да? И как это сделать? — Кот спрыгивает с пенька и идет ко мне.

А мне — плохо, неуютно, да еще и в голове крутятся идеи одна хуже другой:

1) Отказаться от трона, королевства, власти и жить со мной в ма-аленькой деревушке, сажая горох и бобы. (Я первая не выдержу!)

2) Пройти обряд крещения, исповедоваться попу после.

3) Загрузить смерть в яйцо и засунуть его в зайца. (Это из другой сказки, здесь юмора не поймут.)

4) Снести золотое яичко…

5) Достать с неба звезду, да побольше.

Все не то! Что же сказать? Смотрю на серьезные мины ребят. Блин, и сдалась я им?

— Я отвечу. Но сначала честно ответьте вы мне на вопрос. Зачем она вам так сильно нужна?

— Какая тебе разница? — удивился Мурз.

— Ну… еще никогда не видело, чтоб за бабами так бегали. Ну сбегла и сбегла. Радуйтесь. Так ведь нет…

— Ты меня достал. — Вирх, вставая. — Или ты сейчас нам скажешь, как вернуть Марину, или заживо сдеру шкуру.

Киваю, морщась, и поспешно объясняю:

— На ней заклятие… эмм… невидимости. Так что увидеть ее нельзя. Но если выполните то, что я скажу, — девушка вернется.

— Что надо сделать? — Хорт уже стоит рядом с Вирхом. Кота оставили на земле.

— Добраться до города, явиться в святилище и выполнить первое же повеление служителя. А до тех пор…

— Марин, хорош придуриваться, — тихо, перебивая вдохновенный диалог. — Все служители частенько матерятся при виде вампиров — не толкай народ к разврату.

Застываю, кошусь на Мурза. Пытаюсь осторожно отползти вбок. Кот идет следом, обнюхивая мои ноги и тихо мурлыча.

— Хозяин, ты не поверишь, но это — она.

Стараюсь не смотреть на их лица.

— А я-то все переживал, — радостно, — каково хрена мои поисковики на лешего натыкаются? А ну… — После чего был произнесен какой-то бред. Листья, грибы и прочее — осыпались на землю. А я, грязная и облепленная зеленью, осталась сидеть перед потрясенной публикой. Котенок потыкал меня лапкой, довольно кивнул и отошел.

Вирх сжал кулаки. Зажмуриваюсь, стараясь убедить себя, что я — храбрая.

Принц прошел мимо меня к дереву и врезал по стволу кулаком так, что древесина вмялась внутрь. Выругавшись, подошел ко мне, протягивая разбитые в кровь пальцы и глядя вновь холодно и отчужденно.

Почему-то стало очень стыдно. Все еще сидя на земле, робко хватаюсь за его ладонь, чувствуя, как меня вздергивают вверх, волоча за собой на манер буксира. И снова направляясь куда-то далеко и ориентируясь неизвестно как…

Хорт пошел следом. На его лице невозможно было ничего прочесть. Но я все же спросила, помогая Мурзу запрыгнуть на плечо:

— Ну а почему ты остался? Кровь дракона ты выпил, убить меня не удастся. И… ай! — Рука Вирха сжала пальцы, причиняя боль. Но тот даже не обернулся. — Так… почему ты остался? — морщась и пытаясь вырваться. Проще руку отгрызть.

— Не знаю, — пожав плечами и задумчиво глядя на спину вампира.

Я замерла. Но меня снова дернули вперед, и пришлось шагать, оглядываясь через плечо.

— Как это? — А в груди стало так тепло и страшно… — А… может, это потому, что… ну что я тебе нравл… — отчаянно краснея.

Но договорить мне не дали. Вирх остановился, подхватил взвизгнувшую меня на руки и так и понес дальше.

Я немного побуянила, но довольно быстро успокоилась и даже смогла задремать. Все равно каждый раз, как я пыталась заговорить с Хортом, Вирх запечатывал губы поцелуем, не давая говорить. Это злило, но не было неприятно. Совсем. И чтобы снова не запутаться в своих чувствах, я и уснула, прислонившись лбом к его плечу.

И снова разбудило солнце.

Парни шагали всю ночь, и теперь на деревьях перекрикивались сонные птицы, а понизу бегали шустрые зверьки, подергивая пушистыми хвостами.

Желудок уныло забурчал, откликаясь на изобилие дичи, пока, к сожалению, недоступной. Пальцы отогревались внутри рукавов куртки.

— Марин, я есть хочу.

Чихаю и смотрю на сонную мордочку Мурза, проспавшего всю дорогу у меня на животе.

— Ты не устал? — подняла я голову, глядя в черные бездонные глаза.

Вирх отрицательно качнул головой.

— Вампиры гораздо выносливее людей, — зевнул Мурз, начиная вылизываться и косясь на мелькающих меж ветвей птичек, — так что не волнуйся за них.

Киваю, пытаясь слезть с рук Вирха, и снова слышу предательское бурчание в животе.

— Пойду что-нибудь поймаю. — Хорт исчез среди стволов, вытаскивая на ходу кинжалы.

Вирх продолжил идти, не обратив на это никакого внимания.

— Эй, а мы его не подождем? — заволновалась я, так и не сумев слезть.

— Впереди будет водопад. Там и устроимся.

— Водопад?

— Слышишь звук воды?

Прислушиваюсь и неуверенно киваю.

А вскоре мы и вправду вышли на более равнинную местность, окаймлявшую мелкую речушку, падающую с уступа и разбивающуюся о камни тысячами водяных брызг. Мирно, красиво. Уютно. Меня спустили с рук.

— Я пойду за дровами, а ты сиди здесь.

Задумчиво наблюдаю за исчезающей среди деревьев фигурой.

— Мурз.

— А? — наполовину уже закопавшись в кинутый на траву мешок с провизией.

— А почему он… ну все еще со мной бегает? Он же очень гордый, я вижу. А я так откровенно отпихиваюсь…

Пушистик вылез, критически осмотрел замусоленный сухарик, мрачно откусил и пояснил с набитым ртом:

— Фамфивы вюфят… — Прожевав: — Извини. Вампиры любят лишь раз за всю вечность. Очень важно, чтобы душа любимого существа подошла идеально. Мы и не надеялись найти Вирху невесту так скоро. Но ты подошла, и теперь принц скорее застрелится, чем отпустит тебя или отдаст кому-то еще.

— Хорту, например? — мрачно.

— Неважно, — отмахиваясь сухариком от осы. — Главное, что другой стороной медали является то, что твоя душа тоже чувствует единение и уже любит его… как часть себя.

— О, жуть какая, — мрачно.

— Прости… я немного криво выразился, но суть ты уловила.

— И когда там свадьба?

— Чем раньше, тем лучше. Так что, думаю, послезавтра — самое то.

Воображение тут же нарисовало темную спальню, двухместный гроб и Вирха рядом — в семейниках и с бутылкой крови в руке.

— Еще раз сбежишь — лично в мышь превращу! — грозно. Пронаблюдав яркую смену выражений на моем лице.

Сажусь рядом с Мурзом и задумчиво киваю. Куда уж мне, убогой, бежать от счастливого конца сказки. Наверное, хорошо, что хоть не на девушке женюсь — и то хлеб.

Кстати, а где фея? Давно я ее что-то не видела. Как бы не случилось чего.

С этими нерадостными мыслями я и прилегла на траву, закрывая глаза и широко зевая. Спать не хотелось, думать — тоже. Авось все решится само.

И именно после этой мысли земля подо мной расступилась и я, ахнув, рухнула куда-то вниз.

Последнее, что помню, — горестный вопль возмущенного Мурза.

А по лесу летала странная белая птичка, пила кровь у всех подряд, орала, что она добрая фея-вампир и ищет пропавшую крестницу.

Звери мудро шарахались, стараясь не связываться с убогой.