Ваймс лишь пожал плечами. Мир достаточно сошел с ума, хуже уже не будет…
– Ну, хорошо, – сказал он. – Хорошо. Сдаюсь. Выдай ему значок, хотя будь я проклят, если знаю, где он будет его носить. Прекрасно! Лучше не придумаешь! Почему бы и нет?
– Капитан, ты хорошо себя чувствуешь? – осведомился Колон, воплощение заботы.
– Отлично! Замечательно! Добро пожаловать в новую Ночную Стражу! – восклицал Ваймс, бесцельно расхаживая по комнате. – Превосходно! В конце концов, платят-то нам гроши, так почему бы не нанять каких-нибудь обезь…
Рука сержанта вежливо заткнула рот Ваймса.
– Э-э-э, один момент, капитан, – взволнованно обратился Колон к остолбеневшему Ваймсу. – Это слово произносить нельзя, ну, то самое, которое на букву «о». Услышав его, он прямо-таки взвивается, сэр. Ничего не может с этим поделать, полностью утрачивает самообладание. Как красная тряпка для этого, как его там… В общем, орангутан пойдет, сэр, но только не слово на букву «о». Потому что, сэр, обидевшись, он не станет дуться и забиваться в уголок – понятно, куда я клоню? А кроме этого, с ним никаких проблем. Хорошо? Главное, не называть его обезьяной. О черт…
Братья нервничали.
Наставник слышал, о чем они перешептываются. Он задал слишком большую скорость, нет, это не для них. Он планировал вводить их в суть заговора постепенно, выдавая истину по капле, чтобы их крохотные умишки успевали все переварить. И то просчитался. Сейчас нужна твердая рука. Твердая, но справедливая.
– Братья, – вопросил Верховный Старший Наставник, – заведены ли должным образом Жернова Правдивости?
– Чего? – неопределенно переспросил брат Сторожевая Башня. – А. Жернова. Угу. Заведены. Само собой.
– А Ласточки Знамения, отвлечены ли они?
Брат Штукатур виновато уставился на Верховного Старшего Наставника.
– Чего? Я? А-а. Да, прекрасно, все в порядке. Отвлечены. Да.
Верховный Старший Наставник сделал паузу.
– Братья, – его голос звучал тихо и проникновенно. – Мы так БЛИЗКИ К ЦЕЛИ. Остался всего ОДИН РАЗ. Всего лишь несколько часов. Всего один раз, и мир – НАШ. Братья, вы меня ПОНИМАЕТЕ?
Брат Штукатур заерзал.
– Как сказать, – покачал головой он. – То есть, разумеется. Да. Насчет этого никаких страхов. За ваш успех все сто десять процентов…
«Сейчас он скажет ТОЛЬКО», – подумал Верховный Старший Наставник.
– …Только…
«Ну точно».
– Только мы, то есть каждый из нас, нам было так… странно, нет, в самом деле, после того как вызовешь дракона, чувствуешь себя совсем иначе, вроде как…
– Очищенным, – пришел на помощь брат Штукатур.
– …Да, а еще это похоже на… – некоторое время брат Сторожевая Башня боролся с узами косноязычия, – как будто из тебя что-то вынимают…
– Высасывают, – подсказал брат Штукатур.
– Да, да он верно сказал, и мы… в общем, мы беспокоимся, может, это все-таки немного рискованно…
– Как будто у тебя, из твоего самого что ни на есть настоящего, живого мозга, жуткие Твари из Подземельных Измерений что-то высасывают, – завершил брат Штукатур.
– А я себя чувствую, будто голова очень болит. Очень-очень, аж до тошноты, – голос брата Сторожевой Башни прозвучал беспомощно. – И вот мы думали-думали, ну, насчет всех этих дел с космическим равновесием и прочим, потому как, ну, в общем, посмотрите, что случилось с беднягой Туговотсом. Вроде как суд. Вот.
– Ну спрятался у него в огороде какой-то обезумевший крокодил – что с того? – возразил Верховный Старший Наставник. – То же самое могло произойти с кем угодно. Однако я понимаю ваши чувства.
– Правда понимаете? – поднял брови брат Сторожевая Башня.
– О да, конечно. Они ведь так естественны. Все великие волшебники испытывают некоторую тревогу, перед тем как подступиться к великому делу – к такому, например, как наше. – Братья приосанились. Великие волшебники. Ага. Это мы. Собственной персоной. – Но через несколько часов все будет кончено, и я убежден: король вознаградит вас со всей щедростью. Вас ждет славное будущее.
Обычно это срабатывало. Однако в данном случае номер не прошел.
– А как же дракон… – начал брат Сторожевая Башня.
– НЕ БУДЕТ никаких драконов! Надобность в драконе отпадет. Слушайте, – принялся убеждать Верховный Старший Наставник, – это ведь так просто. Явится некий паренек с чудесным мечом. Всем известно, что у королей всегда при себе чудесные мечи…
– Это будет тот самый чудесный меч, о котором вы нам рассказывали, верно? – спросил брат Штукатур.
– И когда он коснется им дракона, – продолжал Верховный Старший Наставник, – дракон… пуфф!
– Ваша правда, они это умеют, – согласился брат Привратник. – С моим дядей было дело, он раз пнул ногой болотного дракона. Застукал его, когда тот жрал тыквы на огороде. Чертова зверюга чуть ногу ему не отхватила.
Верховный Старший Наставник вздохнул. Еще несколько часов терпения, совсем немного, и с этим будет покончено. Единственное, с чем он еще не определился, это отпустить ли их на все четыре стороны – кто им поверит-то, в конце концов? – или прислать стражников, чтобы всех братьев арестовали за беспредельный идиотизм.
– Нет, – терпеливо объяснил он. – Я имел в виду, что дракон испарится. В этот момент мы отошлем его восвояси. Конец дракону.
– А разве люди не станут испытывать некоторые подозрения? – спросил брат Штукатур. – Разве они не подумают, а почему от дракона ничегошеньки не осталось?
– Нет, – победоносно отрубил Верховный Старший Наставник, – потому что одного прикосновения Меча Справедливости и Истины будет достаточно, чтобы навеки уничтожить это Исчадье Зла!
Братья ошеломленно уставились на него.
– Или, по крайней мере, так подумают люди, – добавил он. – В нужный момент можно будет подпустить мистического дымка.
– Мистический дымок… Как все, оказывается, просто, – восхищенно пробормотал брат Палец.
– Значит, никаких останков? – с некоторым разочарованием уточнил брат Штукатур.
Брат Сторожевая Башня прокашлялся.
– Не знаю, примут ли это люди, – недоверчиво рассудил он. – Больно уж аккуратно все получается. Вроде как наводит на мысли.
– Значит, так, – решил поставить точку Верховный Старший Наставник. – Они примут все. Это произойдет У НИХ НА ГЛАЗАХ! Люди будут так жаждать победы нашего мальчика, что и задумываться особо не станут. Будьте уверены. А теперь… Давайте приступим…
Он сосредоточился.
Да, сегодня прошло еще легче. Легче с каждым разом. Он ощутил чешую, почувствовал ярость дракона, когда проник в ТУДА, КУДА УШЛИ ДРАКОНЫ, потом навязал зверю свою волю…
Это власть, и она принадлежит ему.
Сержант Колон поморщился от боли.
– Ох.
– Не будь неженкой, – бодро произнесла госпожа Овнец, закрепляя повязку с отточенным навыком сиделки, который передавался от матери к дочке по женской линии рода Овнец. – Он едва дотронулся до тебя.
– И ОЧЕНЬ извиняется, – резко добавил Моркоу. – А ну-ка, еще раз извинись перед сержантом. Ну!
– У-ук, – с глуповатой готовностью отозвался библиотекарь.
– Не позволяйте ему целовать меня! – взвизгнул Колон.
– Как ты считаешь, хватание человека за ноги и битье его головой об пол подпадает под статью об Оскорблении Старшего По Званию? – задумчиво осведомился Моркоу.
– Я, то есть лично я, никаких обвинений не выдвигаю, – поторопился заверить сержант.
– Может, наконец продолжить? – нетерпеливо вмешался капитан Ваймс. – Наша задача проверить, сумеет ли Эррол по запаху найти лежбище дракона. Госпожа Овнец считает, что попробовать стоит.
– Это ты о той поговорке, да, капитан? Дабы поймать вора, нужна замаскированная яма с кольями на дне, выкидными ножами, битым стеклом и ядовитыми скорпионами – правильно? – с сомнением в голосе спросил сержант. – Ой!
– Да, но если мы будем тянуть еще дольше, то от запаха ничего не останется, – сказала госпожа Овнец. – Хватит строить из себя большого младенца, сержант.
– Идея насчет использования Эррола просто блестяща, да будет мне позволено высказаться, госпожа, – вставил Шноббс, предоставив сержанту краснеть под своими бинтами.
Ваймс не был уверен, что сможет долго выносить Шноббса в роли социального карьериста.
Моркоу не проронил ни слова. Юноша постепенно привыкал к той мысли, что гномом он, скорее всего, не является, но в соответствии со знаменитым принципом морфогенетического резонанса у него в жилах текла гномья кровь, и его заимствованные гены говорили ему, что все не так просто. Искать сокровища, даже в отсутствие дракона, предприятие весьма рискованное. Так или иначе, он был уверен: окажись сокровища поблизости, он ощутил бы это немедленно. Присутствие большого количества золота неизменно вызывает в ладонях гнома зуд, а у Моркоу нигде ничего не зудело.
