что сохранились сведения о том, что он без симпатий относился к евреям (об этом вспоминали и его министр
Г.К. Гинс, и встречавшийся с ним в 1917 г. Г.В. Плеханов)2. Но
при этом адмирал был достаточно разумным и широко мыс-лящим человеком, чтобы понимать бесперспективность антисемитской политики. Колчак отменил изданный начальником гарнизона Кустаная 25 февраля 1919 г. приказ о выселении
из города всех евреев3. После этого Омское отделение Национального совета евреев Урала и Сибири подало премьеру П.В.
Вологодскому пространную «Записку о тревожном положении
евреев в прифронтовой полосе»4, где, сетуя на предвзятое отношение к евреям, отмечалось, что большевиками являются в
основном «отбросы еврейского народа», и приводились про-тивоположные примеры евреев, расстрелянных большевиками, отмечались факты участия евреев в покушении на Ленина
и убийстве Урицкого, реквизиции большевиками имущества
состоятельных евреев и т. д. В заключение авторы записки
просили принять меры для прекращения антисемитской пропаганды в вой сках. На полях записки стоит приписка Вологодского от 14 марта 1919 г.: «Доложено. Такая же записка оказалась поданной Верх[овному] Пр[ави]телю, который приказал
по войскам прекратить юдофобскую агитацию»5. После этого были уволены два редактора газеты «Русская армия» и несколько сотрудников Осведверха, допустившие антисемит-ские выпады.
Многие еврейские общины, страхуясь от погромов, изъяв-1 Нам И.В. Еврейская диаспора Сибири в условиях смены политических режимов (март 1917 — февраль 1920 г.). Красноярск, 2003.
С. 128–129.
2 Гинс Г.К. Указ. соч. С. 464; Отечественные архивы. 1994. №6. С. 25.
3 ГАРФ. Ф. р-176. Оп. 3. Д. 15. Л. 28.
4 Там же. Л. 18–21 об.
5 Там же. Л. 18.
104
Глава 4. За единую неделимую Россию: национальный вопрос
ляли готовность к сотрудничеству и вносили пожертвования
на военные нужды. В компенсацию за это они просили оградить их от притеснений. Колчак не раз изъявлял в печати благодарность им за денежные взносы на армию, а в выступлениях перед еврейскими общинами Омска и Уфы высказался
«против национальной травли» и выразил уверенность, что «с
общим успокоением страны исчезнет и острота национального вопроса» (вместе с тем он возражал против отдельного национального еврейского представительства на Государственном
земском совещании).
В свою очередь, любителям версии о «жидомасонском
заговоре против России» полезно напомнить, что евреи-большевики редко поддерживали связь не только с мировой
еврейской диаспорой, но и с собственной, считая себя интер-националистами.
В целом можно согласиться с мнением еврейского историка, что «колчаковская администрация… признавала гражданское
равенство евреев и не препятствовала их самоорганизации»1.
Это к вопросу о «белом Холокосте», миф о котором поддержи-вает даже англоязычная Википедия.
1 Нам И.В. Указ. соч. С. 169.
105
Глава 5.
Вопросы управления
и социальная политика
По версии коммунистов и «свидетелей секты Кургиняна», диктатура А.В. Колчака была исключительно «антинародной», а сам он — «бездарным политиком», якобы восстановившим
против себя миллионы аполитичных сибирских крестьян. При
этом невежество сторонников данной версии доходит до смеш-ного. Так, доктор исторических наук А. Пыжиков сравнительно недавно заявил в интервью «Комсомольской правде», будто
бы Колчак «избегал призывать в свою армию рабочих», считая их «ненадёжными». О прославленных Ижевской дивизии
и Воткинской бригаде армии Колчака, состоявших целиком из
добровольцев-рабочих, доктору наук, по-видимому, неизвестно (вообще странно, зачем специалисту по хрущёвской эпохе
понадобилось позориться и выступать на совершенно незна-комую ему тему, выставляя публично полное её незнание).
При этом ещё многие зрители старых советских фильмов о
Гражданской войне задавались вопросами: почему же при «пра-вильных» большевиках фильмы демонстрируют разруху и по-вальный дефицит товаров (списываемые на ту же войну), а при
«вражеских» белых в тех же фильмах в городах работают магази-ны, рестораны и театры, и почему-то не видно нищих, несмотря на ту же войну? Что это, Антанта их «кормила»? Нет. Таким
образом, даже советские фильмы невольно отражали абсурдное
несоответствие пропаганды исторической реальности.
Об уровне жизни рабочих при Колчаке говорит тот факт, что в Екатеринбурге, например, в 1919 г. слесарь Мотовили-хинского завода получал 676 руб. в месяц, в то время как посто-вой милиционер — всего 375 руб., то есть вдвое меньше1.
1 Звягин С.П. Правоохранительная политика А.В. Колчака. Кемеро-106
Глава 5. Вопросы управления и социальная политика
Но давайте по порядку и основательно. В экономической и
социальной политике правительства А.В. Колчака, в противо-положность относительно консервативной «общей» политике, чётко прослеживалась либеральная идеология, но с признанием необходимости для государства заботиться о малоимущих и ограждать их интересы от произвола сильных мира сего.
Ещё раз: не «либерастическая», коим корявым словом мутанты
коммунистов пытаются опорочить не только своих русофоб-ствующих собратьев-конкурентов, по недоразумению зовущих
себя либералами, а либеральная в классическом смысле этого
слова. Политический консерватизм вполне может уживаться с
экономическим либерализмом. Основой этого, обоснованно-го колчаковскими политическими теоретиками синтеза, было
убеждение, что имущественное уравнение, пропагандируе-мое социалистами и коммунистами, лишает человека стимула
к производительной работе. Но разве это не так? Разве советская власть не потерпела в итоге закономерный крах «благодаря» абсолютно неконкурентоспособной экономике, пре-вращённой в монополию государства (читай: чиновников) и
лишённой всякого стимула к соревнованию, благодаря чему
вся советская промышленная продукция, от бытовой техники
до машин,
