Джош тихо чертыхнулся, внезапно сообразив, что сделал Уэйд. Это было трудно увидеть, так как Уэйд, подобно местным жителям, носил рубашки с длинным рукавом, уверяя, что в них прохладнее. Он вспомнил то, что должен был заметить еще тогда, — маленькую татуировку, прикрытую рукавом. В ней не было ничего особенного, и в тот раз он не обратил на нее внимания. Так часто бывает — увидишь что-то важное, но осознаешь это позднее. Ему следовало сразу сообразить, что за этим стоит, но он был слишком озабочен текущей ситуацией.
Он покрутил головой, досадуя на свой промах.
«Если я когда-нибудь уйду на пенсию, первым делом сделаю себе татуировку на руке, — сказал Уэйд год назад, когда они были на берегу другого океана во время другого задания. — В знак свободы, черт побери! А потом пошлю эту работу ко всем чертям! Хотя, боюсь, этот счастливый момент никогда не настанет. И мои мечты так и останутся мечтами».
Уэйд мечтал о роскошной жизни и действительно не очень рассчитывал уйти на пенсию в обозримом будущем. Он частенько жаловался, что вынужден платить своей бывшей жене большие алименты, что все, что он зарабатывает, уходит на обучение в колледже троих детей.
И все-таки он где-то раздобыл деньги, и доказательством этого служила татуировка на его кисти. Джош ругал себя, что не заметил ее, впрочем, она была маленькой, бледной и не бросалась в глаза. Видимо, Уэйд сделает ее более темной, когда будет по-настоящему свободным, и тогда она станет заметна всем — крохотная птичка, взмывающая ввысь подобно ракете.
Значит, это был всего лишь обман, уловка.
И потом — Тенук. Он передал ему информацию, полученную от Уэйда, которую обязан был проверить. Почему же он этого не сделал?
Еще был Майк Олеск, который подкинул Эрин мысль пуститься в бега, потом посоветовал ей направиться в Джорджтаун, где ее и выследили «Анархисты».
Так, ситуация круто изменилась. Уэйд и, возможно, Майк Олеск оказались предателями. И сейчас уже не важно, кто еще предал Эрин и его. Главное, помощи ждать не от кого, поэтому нужно срочно уходить.
Он осторожно коснулся ее плеча, погладил по руке. Она пошевелилась, но продолжала спать. В другой раз он порадовался бы, считая это признаком доверия к себе.
Он взглянул на часы.
Неизвестно, сколько у них времени в запасе, но, видимо, Уэйд и не собирался днем прилетать за ними. Эта проклятая татуировка, не замеченная благодаря оплошности Джоша, буквально кричала об опасности.
Эрин перевернулась на бок, ресницы ее дрогнули, и она взглянула на него с сонной улыбкой.
— Быстро вставай и одевайся.
— Что?!
Она села, и сон мгновенно слетел с нее; вероятно, она приучилась к этому уже давно, в начале своего бегства.
— Мы уходим, — прошептал он. — Нас предали.
— Уэйд? — шепотом спросила она.
Он удивился:
— Как ты…
— Женская интуиция да еще твое лицо. У тебя такой вид, будто тебе под ложечку ударили. Такое мог сделать только друг. Он же был твоим другом, правда?
— Я так думал.
— А что случилось?
— Сейчас не до объяснений. Могу только предположить, что он продался за мешок денег, который даст ему свободу.
— Те десять миллионов?
— Вот именно. Татуировка на его кисти говорит, что он уже стал свободным — ушел на пенсию раньше, чем надеялся. — Он помог ей встать на ноги. — У него нет… то есть раньше не было таких денег.
— Ты уверен?
— Сейчас я уже ни в чем не уверен, кроме одного — нужно срочно отсюда уходить.
Она подхватила с пола свою одежду.
Слабый лунный свет полосами проникал в комнатушку, ее лицо оказалось в темной полоске, что, казалось, подчеркивало опасность.
— Не бойся, Эрин, — угадав ее тревогу, сказал он. — Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Клянусь!
— Джош, я знаю это и верю тебе. Но имей в виду, что и ты можешь на меня положиться.
— Что ж, отлично.
Через четверть часа они быстро шли по тропинке к берегу. Небо только начинало светлеть, хотя он предпочел бы полную темноту. Нужно было спешить.
— А что теперь? — спросила она.
— Тенук договорился с местным рыбаком. Он заберет нас на своей лодке и увезет с этого проклятого острова до того, как ловушка захлопнется.
Джош стиснул ее руку. Одна проблема была решена. Тенук все-таки сообразил позвонить в аэропорт Джорджтауна и разоблачил ложь Уэйда. Пять минут назад Тенук позвонил ему, подтвердил, что произошла утечка информации и что их встретит у лодки и вывезет с острова другой агент. Этот разговор успокоил Джоша — Тенук оставался верен своему долгу. Утечка произошла где-то еще, и это возвращало его к Уэйду. Сама мысль о том, что Уэйд оказался предателем, вызывала у него брезгливое отвращение, но он предпочел сейчас не думать об этом.
Впереди на берегу, на расстоянии примерно шестидесяти футов, виднелись смутные очертания человека. Эрин схватила его за локоть.
— Ложись, — прошипел он. — На всякий случай.
Она опустилась на песок.
Недалеко от них из кустов появился низенький малаец, который встречал их в здешнем аэропорту. Приказав Эрин оставаться на месте и не подниматься, он подошел к связному.
— Лодка ждет вас, — по-малайски сказал тот, махнув рукой вдаль.
Джош кивнул, уяснил себе путь, затем вернулся за Эрин. Скоро он вывезет ее отсюда.
— Идем, Эрин, транспорт подан, — нарочито шутливо сказал он, чтобы она не испугалась еще больше. — Сейчас сядем в лодку и уберемся отсюда.
На удивление, она не плакала, не донимала его расспросами, а просто спокойно и уверенно пошла с ним дальше. О большем он не мог и мечтать!
— У тебя есть какие-нибудь таблетки от морской болезни?
— Да, но…
— Прими их. Мы пойдем в маленькой лодке, а на море неспокойно.
Она остановилась, открыла свою сумочку на металлической цепочке и достала из маленького пузырька две таблетки, одну протянув ему.
Он отказался, объяснив, что от этого средства его клонит в сон.
— Понятно. — Она убрала обе таблетки в пузырек. — Мне тоже нужно быть настороже, к тому же обычно меня не укачивает.
Они спустились к морю. По обе стороны от них тянулся бесконечный берег, освещенный месяцем и быстро светлеющим небом. В шестидесяти футах дальше и в сорока футах от берега их поджидала старая лодка. Она была маленькой, не больше тридцати футов в длину. Он представил себе лодки, курсирующие по Андаманскому морю вдоль Малайского архипелага. Эта была намного меньше, а даже и в большой лодке плавание было опасным. Но выбора у них не было. Издали он увидел проблески красного цвета из подвешенного снаружи мотора, затем свет переместился, и лодка растаяла в темноте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
