юных подруг с лихвой заменит любые наши игры в реале. Мужчины в Республике должны просто бредить капсулой и теми ощущениями, что она способна дарить счастливцам.
Короткие мгновенья внемирья остаются позади, сменяясь приятной полутьмой. Вокруг аккуратная пещерка, поросшая зеленоватым чуть светящимся мхом. Босые ноги проваливаются в него, точно в ворсистый ковёр. И вдруг что-то резко бросается в мою сторону. Тень? Одинокий отсвет? Непонятно. А в следующее мгновение сразу в десятке мест тела касается что-то шершавое, шелковистое. Рывок – и невесомое касание переходит в тугие объятия, а какая-то запредельная сила уносит тело ввысь. С запозданием я понимаю, что пленён фосфоресцирующими бело-зелёным светом тугими лианами – по щиколоткам, бёдрам, предплечьям и запястьям, по талии и животу, даже по шее расползается шевелящийся воротник, не спеша, впрочем, сдавливать. А вот прочие щупальца не столь лояльны, они держат крепко.
Наконец на смену стремительному движению приходит покой. Оглядевшись, обнаруживаю себя висящим горизонтально полу, в полусидящем положении, как если бы за спиной находилась подушка. Ну а рядом, прямо из тьмы, сплетается до боли знакомый образ пепельноволосой валькирии. На сей раз её пряди размётаны по плечам, ниспадают на высокую грудь, переливами стекают по тугим ягодицам.
- Попался! - урчит Лани, довольная произведённым эффектом.
- Лани, не дури! Я ждал нашей встречи ничуть не меньше тебя. Хотел посидеть при свечах… поговорить… почувствовать твою близость…
Метиллия гибко потянулась. С толикой загадки стрельнула в меня взглядом. А дальше… плавно перекинула ножку через мои колени и уселась, широко разведя ноги. Я невольно сглотнул.
- Ну как? Теперь лучше?
- Что – лучше? - не понял я.
- Мы сидим при свете… мха. Разговариваем. Ты чувствуешь мою близость. Видишь всё моё тело, даже самые потаённые его закутки абсолютно открыты для взгляда. Нравится?
- Ты очень красива… - выдавил, наконец справившись с собой.
Вроде и импланта не касалась, а общая атмосфера, да на распалённое предвкушением сознание, создавала такие выкрутасы восприятия… И всё же мне удалось сохранить относительную ясность мысли.
- Говори, милый – говори ещё, - промурчала девочка. Её ладошка мягко легла на гулко топорщащуюся плоть. Дразняще погладила. Прошлась пальчиками.
- Я… Лани, всё не так! Мы пили бы вино…
В то же мгновение из-за плеча резко выметнулось новое щупальце. Воспользовавшись моим приоткрытым в разговоре ртом, оно проскользнуло точно между губ. Я попытался было тряхнуть головой и надавить языком, вытолкать его прочь, но щупальце распушилось, встало враспор между рядами зубов, поместив их в специальную канавку-паз. Теперь вытолкать зловредную лиану без помощи рук не смог бы и мастер ушу, всю жизнь провёдший в храме Шаолинь и развивший свои члены до состояния нерушимого камня. Хотя что-то подсказывало, что и с руками не всё так просто – попробуй, вытолкай изо рта обычную лампочку Ильича!
Я невнятно замычал и глянул в сверлящие меня любопытным взглядом глаза чертовки. Думал, увижу в них возбуждение, насмешку – но нет, увидел лишь океаны иронии и задора. Затряс головой, замычал громче.
- Ну-ну, милый, не дёргайся. Там такой удобный сосочек есть. Потрепи его язычком, и то, что ты просил, польётся.
Рядом с шеей валькирии возникло такое же щупальце. Ткнулось в щёчку. Лани повернулась к нему, и, не отрывая взгляда от моих глаз, неспешно лизнула мягкий податливый кончик. На язык пролилась янтарная капелька. Метиллия проглотила её. Довольно облизнулась. Посмотрела на меня вопросительно. Я упрямо затряс головой. В глазах опытной кошки мелькнул вполне ощутимый укор, она тяжко вздохнула и покачала головой – ни дать, ни взять мамаша, осуждающе смотрящая на непослушное чадо. Повинуясь ментальной команде, щупальце оставило мой рот в покое.
- Это ведь была шутка? - начало доходить до меня с запозданием.
- Ну почему же сразу шутка? - сделала большие глаза подруга, тем самым подтверждая догадку. - Ты же хотел вина? Хотел. А ну-ка, приоткрой ротик!
Второе щупальце дисциплинированно пристроилось где-то в районе плеча валькирии. Ткнулось в руку. Лани положила ладонь на встопорщившуюся головку, ставшую похожей на капюшон кобры. Подтянула живой сосуд к моему лицу. В этот раз я не стал артачиться. Хочет играться – почему бы нет? Подыграю и я. На язык упала уже знакомая янтарная капля. Неспешно сглотнул, побултыхав во рту. Нёбо ожгло чем-то горячим. В пищевод ухнул расплавленный ком, выбивая воздух. Продышавшись, я воззрился на свою любовницу.
- Это точно не вино… Спиртное покрепче?
- Можно сказать и так… Да, спиртное, но не это главное.
- А что же тогда?
- Главное – это мощный галлюциноген. Не дёргайся! Он тебе пригодится. Лучше так, естественным путём его вводить, чем через укол в физическое тело. Так по крайней мере честней и доходчивей.
Спорить было глупо, так действительно выходило честней. Лани оставалась собой даже в этом волнительном образе хозяйки подземелья.
- Имплант только открой, - попросила как бы невзначай подруга.
Я в недоумении открыл. Она вновь блеснула на меня глазками.
- Зачем в капсуле имплант? - задал показавшийся резонным вопрос.
- Есть некоторые алгоритмы, которые с ним лучше проходят, - немного уклончиво, но всё же пояснила прелестница.
В этот момент лиана пришла в движение и с силой скрутила и без того пленённое тело. Руки, до того разведённые крестом, оказались за спиной. Их стиснуло так, что мышцы напряглись, вздуваясь узлами. Талию сдавило, пришлось напрягать мышцы торса. Я вгляделся во внимательно наблюдавшую за процессом Лани. Взгляд прыгнул к её груди, резко приближая картинку, и я физически смог ощутить шелковистую мягкость кожи, упругость молочной железы, тугое сопротивление топорщащегося возбуждением соска. Всё было настолько взаправду, что, казалось, можно прикоснуться к вожделенной плоти губами и ощутить… неземное блаженство. Да, именно так – блаженство. Почему-то сознание упорно считало, что реакцией станет запредельное, непредставимое удовольствие.
- Лани… - прошептал-простонал я, безуспешно пытаясь дотянуться до высоких грудей подруги.
В волосы вплелись умелые пальчики. Голову наклонило немного вниз, и взгляд невольно сместился с груди на бёдра. Прошёлся по напрягшимся жилкам мышц – метиллия всё ещё сидела, разведя ноги в стороны, что требовало недюжинного напряжения – и остановился между её ножек. Я сглотнул непроизвольно выступившую слюну – во рту её стало удивительно много. И немудрено! Учитывая, как резко надвинулся на восприятие роскошный бутон женского лона, из-за разведённых ножек распустившийся подобно цветку. Мне даже на мгновение показалось, что он пульсирует в ожидании… близости… со мной!..
- Лани… - новый стон вышел особенно гулким.
