– Это хорошо! – порадовался Сергей, в очередной раз поражаясь про себя профессионализму и уму хозяев. – Господа прибудут серьезные, начнут дотошно расспрашивать соседей, придумают легенду, почему поселились в доме, может, даже огород ваш перекопают и рассаду посадят, чтобы прикрыть поиски.
Апельсин, лежавший на полу, возле ног Вероники, приподнял голову и негромко, утробно рыкнул что-то на своем собачьем языке. Василий Корнеевич вопросительно посмотрел на Сергея, Кнуров кивнул.
– Свои! – сказал дедушка, встал со стула, тихо свистнул Апельсину и пошел встречать вновь прибывших к задней калитке.
И уже буквально через минуту в кухню вошел Пират.
– Здравствуйте, Вероника! – разулыбался он девушке.
– Здравствуйте, – улыбнулась она в ответ.
Пират протянул руку для рукопожатия дедушке и представился:
– Алексей, а проще Пират.
– Василий Корнеевич, – поздоровался с ним дедушка.
– Какое задание? – бодренько поинтересовался Пират у Кнурова.
– Дождемся Кнута с Юрой.
Юра числился у Кнурова на фирме одним из специалистов по техническим средствам, был совершенно уникальным специалистом. Мог запросто и Пентагон хакернуть, и другие компьютерные непотребства устроить. Он никогда не расставался со своим ноутбуком и кучей прибамбасов к нему. А внешне производил впечатление потерянного для общества игрока-компьютерщика, на самом деле настолько не соответствовал данному постному определению, являясь скорее фокусником или магом каким во всем, что касалось технико-оперативной работы.
Василий Корнеевич тут же усадил Алексея за стол, Вероника принялась хозяйничать: разогрела картошку, освежила сервировку, а дедушка тем временем пошел исполнять первый акт спектакля с условным названием «Отъезд».
– Наталья Ивановна! – позвал он через забор соседку, возившуюся в своем огороде.
– Иду! – крикнула та в ответ и, положив лопату, на ходу снимая рукавицы, поспешила к забору.
– Здравствуй, соседушка! – поздоровалась она.
– И тебе доброго здоровья, – ответил Василий Корнеевич и пожаловался скорбно: – Тут такое дело, прихватило меня сильно что-то.
– Ой, может, «Скорую» вызвать, у меня мобильный есть? – обеспокоилась искренне Наталья Ивановна.
– Да нет, без «Скорой» обойдемся. Меня всю зиму гнуло, сердчишко шалило и раны старые разболелись. Все думал, весна придет, солнышко выйдет, мне и полегчает, ан нет.
– Так вам в больницу надо!
– Я к тебе с этим и пришел. Я зимой в город к однополчанину ездил, ходил в больницу, прошел обследование. Меня тогда еще положить хотели, а как дом зимой бросишь?
– Надо было врачей послушать, – попеняла соседка.
– Надо было. А тут уж третий день все гнет и гнет меня, сил нет терпеть. Я вот что решил, к вечеру соберусь да поеду к Ивану, это мой товарищ, он меня ждет, договорились уже. Если через три дня не вернусь, так ты уж сделай милость, забери с веранды рассаду, посади у себя, не пропадать же ей!
– Конечно, все сделаю, Василий Корнеевич! Вы, главное, лечитесь! А как же Апельсин?
– С собой заберу, сын Ивана обещал его к себе на дачу отвезти, пока я в больнице. Вот тебе запасные ключи. – Он протянул соседке через забор связку ключей. – Ты уж присмотри за домом хозяйским глазом, продукты из холодильника забери, ну и чтобы не шастал кто. Э-эх, самая пора огородная, посадки, а я вот… – вздохнул он.
– Не беспокойтесь, Василий Корнеевич, завтра Витя приедет, так мы уж капитально, на все лето заселяемся, что нам, пенсионерам, в городе сидеть. Так мы и присмотрим, и ваш огород засадим обязательно. Я ж знаю, какая у вас рассада знатная и овощи всегда один к одному, красавцы. Все посадим, лечитесь спокойно. Я вам сейчас номер моего телефона напишу, вы звоните, как там и что у вас сложится и когда из больницы выпишут. Сейчас! – сказала она и заторопилась в дом.
Прибыли Игорь Весин, заместитель Кнурова, и Юрий, парень лет тридцати, постоянно улыбающийся, шумный, ужасно похожий на отвязного хакера с неизменным ноутбуком под мышкой. Они принесли с собой две тяжелые коробки с какими-то вещами. Вчетвером мужчины сходили к машине, предусмотрительно оставленной так же далеко от дома, как и машина Сергея, и принесли еще какие-то коробки, коробочки, пакеты и сумки.
Веронике дали задание разбирать содержимое коробок и складывать в них хорошую посуду, хрусталь, добротные дорогие сковородки, кастрюли, словом, убирать все, что не соответствует образу старого, немощного, еле-еле сводившего концы с концами дедка. Нику никак не отпускало ощущение продолжающейся нереальности происходящего, словно она находилась внутри затянувшегося, мучающего своей непонятностью сна. Сна, от которого хочется отделаться, поскорее проснуться, стряхнуть с себя пугающую фантастичность действа, вынырнуть и с удовольствием вдохнуть реального настоящего.
Увы, сюрреализм продолжался.
Мужчины отправились обследовать дальний лесной схорон и весь дом, применяя теперь уж технические средства, которые привез с собой Юра.
Ника с удивлением доставала и раскладывала на столе содержимое коробок – какие-то старые, закопченные, немного погнутые алюминиевые кастрюльки, сковородки, заварочный чайник с отбитым носиком, разнокалиберные чашки, покрытые изнутри коричневым налетом от заварки, истертая, кое-где порезанная клеенка, совпадающая с диаметром круглого кухонного стола. И много-много еще чего, такого же старого, потертого, надколотого, побитого и потрепанного временем и нищетой. Даже небольшой целлофановый пакетик с пылью прилагался к этому хламу. Вероника держала его в руке, рассматривала, пытаясь осмыслить стремительность, с которой шли события и менялся антураж.
«Господи, ощущение такое, что я съезжаю с катушек! Соберись, Ника, что ты, как девица нервная!» – пришлось прикрикнуть ей на себя.
Мужчины вернулись притихшие, под впечатлением от увиденного, готовые стоять по стойке «смирно» перед Василием Корнеевичем, выражая непомерное уважение.
– За работу! – отдал приказ Сергей. – Все вещи отнесем в схорон, он не просто надежный, это какой-то филиал ФСБ. Кнут, вы с Никой начинайте с мансарды, я, Василий Корнеевич и Юра снизу, Пират на позицию. Все!
Они провозились до темноты, прервавшись только на обед, который Кнуров заставил готовить в «новой» посуде и есть соответственно с нее же.
На время обеда Игорь заменил Пирата на какой-то там позиции, Ника так и не поняла на какой, да и какая, собственно, разница! Хоть восьмая из «Камасутры», тут бы на самом деле не кукукнуться от происходящего.
