Читаем без скачивания Новая опричнина, или Модернизация по-русски - Андрей Фурсов

Арсен Мартиросян предполагает, что Майский установил отношения с парамасонским Фабианским обществом в Англии.

Роковой ошибкой Берии стал Круглов. Равно как и Саркисов. Но, видимо, нагрузка на Л. П. как на главу Спецкомитета (по сути дела – опричного инновационного «правительства развития») оказалась настолько велика, что он проморгал угрозу. Просто не хватило времени на все.

Все познается в сравнении

Итак, Берия как страшная угроза и Западу, и безответственной партноменклатуре был уничтожен. Причем не только физически: память о нем настолько «избита», что на ней, по выражению А. Мартиросяна, буквально живого места нет. Его демонизировали по полной программе. Чего стоят только россказни об изнасилованных женщинах, которые потом растворялись в серной кислоте или исчезали в камнедробилках. Даже мертвый Берия оставался опасен. Примечательно, что даже в спецслужбах случилась та же демонизация. Ветераны советского спецназа держат на столах портреты Андропова и ведут свою историю с 1979 года (подразделения «Альфа» и «Вымпел»), хотя по справедливости создателем советского спецназа необходимо считать именно Лаврентия. Отдельная мотострелковая бригада особого назначения создавалась-то в 1941-м…

Его новаторский опыт в управлении (Спецкомитет) предали забвению и не изучали. А ведь он позволил – как и некогда опричнине Грозного – успешно действовать в условиях жесточайшего дефицита времени и ресурсов. И этот опыт нужно изучать. Ибо скоро его придется применить. Сходные обстоятельства, как известно, диктуют и сходную методу действий…

Да и полезно сравнить то, что делал Л. П. с тем, что натворили после него. Про сегодняшние времена говорить нет ни малейшего смысла. Но можно посмотреть на пример «всесильного шефа КГБ» и «наводителя порядка» Юрия Андропова. Он-то оказался вполне манипулируем с Запада. Он не предотвратил втягивания СССР в бесполезно-затратные оборонные проекты (о чем мы уже писали). Он подыграл Западу, втянув нас в Афганскую войну. А самый яркий пример: истории с двумя южнокорейскими пассажирскими «боингами» (1978 и 1983 г.) В первом случае в руки КГБ попал севший на лед озера в Карелии подбитый лайнер. Экипаж его сознался в том, что выполнял шпионскую миссию ЦРУ США, прикрываясь пассажирами. Элементарно организованная информационная кампания привела бы в 1978– 1979-м к политическому скандалу в Америке, к выставлению ее «империей зла», к деморализации и ЦРУ, и истеблишмента Соединенных Штатов. Но шеф КГБ все тихо спустил на тормозах, а в 1983-м вчистую проиграл инцидент с «Боингом», выставив себя на весь мир как лжеца, а нашу страну – как империю зла. Хотя все шло по сценарию 1978-го. (Об этом говорил в ИДК такой известный аналитик, как Сергей Батчиков).

Уж Берия такого шанса нанести противнику разящий удар не упустил бы. Так что сравнивать полезно…

И снова…

Самое время перекинуть мостик в наше время. Часовые стрелки истории с 1953 года совершили не один оборот, и мы снова оказались в отчаянном положении. Как и при Сталине, у нас – серьезнейший вызов существованию народа. Дефицит времени и ресурсов. Дилемма: развиться – либо погибнуть. При неописуемом инновационном сопротивлении бездарной «элиты», этих «новых бояр», сформировавшихся после 1991 года. Тем внимательнее нужно присматриваться к опыту Сталина и Берии, к организационным находкам Спецкомитета – прошлой «инновационной опричнины». Тем паче, что мир, судя по всему, входит в полосу смерти старой либеральной демократии, в новый Жестокий век.

Всегда полезно задаться вопросом: между чем сегодня приходится выбирать? Те самые клубы западной закулисы периодически проговариваются об уготованной нам участи, вбрасывают в социум ледянящие кровь мемы-идеи. В 90-е мы узнали, что будущее – за крушением национальных государств и торжеством интернациональных «новых кочевников». Затем нам сказали, что развитие технологий делает лишними 80 % населения Земли, включая и развитые страны. Ни в каком качестве: ни как потребителей, ни как дешевую рабочую силу. А развитие технологий так называемого Шестого уклада превратит в ненужную биомассу еще больший процент землян. Потом нам сказали о скорой гибели многих «новых независимых» государств ради создания крупных «федеральных округов» мирового правительства. Ну, а недавно кое-что зловещее прозвучало на Родосском форуме «Диалог цивилизаций». Вот что поведал на нашем «Берия-семинаре» участник родосских дискуссий, Сергей Батчиков:

– Строуб Тэлботт, который в 1994–2001 годах был заместителем госсекретаря США и куратором дел в остатках СССР, заявил: мы идем к неоантичности. Будет класс жрецов, вооруженных тайным знанием, а все остальные пойдут строить пирамиды…

Это очень здорово коррелирует с выводом, который делаем мы в Институте динамического консерватизма: впадая в кризис, капиталистическая система рискует сорваться в новую архаику. В некий либеральный фашизм с делением людей на сорта. Или, как считает Андрей Фурсов, в новое кастово-рабовладельческое общество.

Таким образом, выбор сегодня объективен, но жесток. Либо русские станут рабами для постройки неопирамид, периодически прореживаемыми ради избавления планеты от лишних ртов. Либо – выстроят свое национально-имперское (именно так!) государство, используя для этого механизм новой опричнины. Да, временный – но крайне эффективный. Благо, уже есть опыт для критического изучения и творческого развития. И горе тем, кто этого еще не понял…

Глава 6

Максим Калашников Опричнина – диктатура развития

«…Для России понятия странствий, дорог, дерзновенной цели являются ориентирами и стимулами к деятельности и свершениям. Потому, наверное, сопряженная с данными представлениями идея развития трактуется подчас в качестве русской национальной идеи. Однако лишь в метафизическом и психологическом прочтении содержит она этот смысл…

Но, возможно, развитие как таковое все же не является точным определением этой специфической черты русской ментальности. Скорее, здесь обитает нечто более глубинное, некая субстанция, инициирующая, порождающая само развитие, выводящая его на поверхность и выходящая при этом за пределы обыденного порядка.

Другими словами, русскому характеру присуща некая внутренне мотивированная тяга к запредельности, экстремальности, дерзновению.

…Идею развития в пространственном и историческом замысле российской государственности я воспринимаю, скорее, как универсальную тягу к освоению неведомого, как принципиальную фронтирность, в том числе метафизического свойства, как преодоление любых и всяческих пределов. Если угодно, как архетип иночества и феномен казачества…»

Продолжая тему конструирования возможного русского прорыва в новый мир (и выхода из нынешнего глобокризиса), наш Институт динамического консерватизма считает: самый реальный путь – создание института новой опричнины.

Опричнины – как параллельного контура управления. Опричнины как «инобытия», способного очистить нынешнее российское общество и государственный аппарат. Эту тему мы уже затрагивали. Теперь нужно четче расставить акценты. Что такое – новая опричнина? И каковы ее главные задачи?

Самая проклятая проблема

Самая тяжелая для нас проблема сегодня – в криминализации не только государственного аппарата, но и изрядной части общества. За последние 20 лет случилось ранее невиданное: страсть к личному обогащению любой ценой объяла политиков и чиновников. Причем не только в РФ и на иных постсоветских обломках. Нет – процесс дикого корыстолюбия захватил весь мир. Наблюдается он и в США. Корыстолюбие и алчность, став знамением времени, порождают дикую коррупцию, буквально уничтожающую все здоровое на корню.

Раньше люди тоже гнались за личным обогащением. Алчность – не изобретение либерально-монетаристской эпохи. Но все же государственные мужи прошлого были наделены также иными мотивами: стремлением оставить свое имя в веках славными делами, поднять державу к высотам могущества. Теперь же личная корысть вытесняет все. Мало того, люди без личной корысти в либеральном истеблишменте считаются опасными маньяками.

В РФ эта тенденция дошла до критического предела. Криминально-коррумпированное государство – вот плод такой морально-умственной болезни. А коррупция (и вряд ли надо кому-то сие доказывать) порождает сдачу национальных интересов, уничтожение русской производительной экономики, истребление полезных инноваций, засилье иностранных корпораций на нашей земле, вымирание народа и вечную отсталость страны. Консервацию ее полуколониального, сырьевого статуса. Не только превращение культуры в зловонную помойку, но и гниение самой нации, ее необратимый раскол. Коррумпированная «элита» склонна замыкаться в себе, превращая государство в орган колониальной эксплуатации народа. Смерть подобной страны – вопрос только времени.