Надменно тряхнув огненной гривой, Кэтлин вышла из комнаты, задержавшись на пороге, чтобы бросить на Долтона выразительный взгляд, который ему не стоило труда расшифровать — он понимал красивых женщин. Они не составляли для него ни тайны, ни проблемы в отличие от знакомой ему владелицы путевой станции, о которой он мог бы думать, но старался не делать этого. Джуд нельзя было сравнивать с этой дочерью хозяина ранчо. Мужчины переступили бы через Джуд с ее серьезными манерами и менее чем эффектной внешностью, чтобы быть рядом с великолепным созданием вроде Кэтлин. А разве сам он был другим? Мужчину привлекает женщина, уверенная в своей женственности, которая станет в его руках завидным трофеем. Кэтлин Джемисон была именно такой женщиной, и добивалась всего, чего хотела. А тем, что она хотела, по крайней мере на данный момент, был новый наемник ее отца. Так зачем ему сопротивляться?
Когда она ушла, Джемисон недовольно вздохнул, оторвав Долтона от чисто мужских раздумий.
— Не обращайте внимания на Кэтлин. Я постоянно позволяю ей слишком много свободы для ребенка ее возраста.
Долтон мог бы возразить против употребленного им слова «ребенок»: ни в ее внешности, ни в манере поведения не было абсолютно ничего детского. Но он промолчал, ибо кто он такой, чтобы открывать любящие отцовские глаза?
— Если не возражаете, мистер Макензи, давайте вернемся к делам. Теперь, когда вы здесь, я не хочу тянуть время, чтобы об этом узнали животноводы из долины.
Вместо того чтобы отправиться к себе в комнату, где надоедливый наставник снова собирался мучить ее спряжениями, Кэтлин вышла на крыльцо сделать глубокий очистительный вдох. Делая выдох, она вспомнила Макензи, и легкая улыбка заиграла на ее губах. Помимо того, что он был дьявольски привлекателен, он умел этим пользоваться. Кэтлин ждала сложная задача, но она чувствовала, что созрела для ее решения. В свои восемнадцать лет Кэтлин могла быть просто скромной и послушной, но у нее не было намерения покорно подчиняться диктату своего отца. Если бы не ее настойчивость, он не поехал бы в Дедвуд, чтобы нанять Макензи. Он, кажется, думал, что проблема паразитов, кишащих на их земле, решится сама собой, но он ошибался. И кроме того, он был слишком мягким и никогда не отдал бы приказа своим людям скакать под покровом темноты, чтобы кого-либо запугать. Да, настанет день, когда она будет править этим королевством трав, и будь она проклята, если из-за отцовской нерешительности потеряет хотя бы один акр.
— Мисс Джемисон?
Кэтлин с едва сдерживаемой досадой взглянула туда, где, комкая в руках шляпу, стоял Монти, их долговязый охранник. Он, как всегда в ее присутствии, нервничал и потел от вожделения. Несмотря на личное отвращение к нему, она полностью использовала его жгучие желания, но таким образом, чтобы всегда можно было пресечь их.
— Да, Монти? В чем дело?
Он поежился в нежданном луче ее улыбки, чуть не забыв, что собирался сказать.
— Э-этот парень… с вашим отцом…
— Вы имеете в виду мистера Макензи?
— Да, Макензи. Я видел его раньше, мисс Джемисон.
— Вот как? Переходите к делу, если вам есть что сказать. — Она начинала терять терпение с этим тугодумом.
— Понимаете, я видел его на станции «Эймос» в ту ночь.
— Что вы подразумеваете под «той ночью»? — Ее внимание заострилось до остроты бритвенного лезвия.
— Когда мы отправились проведать мисс Эймос.
— Он был там?
— Д-да. Он был в доме, а потом вышел с винтовкой и прогнал нас.
— Он? — Кэтлин в задумчивости наполовину опустила веки, скрыв блеск глаз.
— Д-да. Думаю, вам лучше знать это и то, что сегодня утром он приехал на одной из лошадей Эймосов, самоуверенный донельзя.
— Спасибо, Монти. Это любопытные новости. — Она, облизнула губы, размышляя, что бы это могло означать, и уже забыв об охраннике, который с восторженной преданностью смотрел на нее. — Будет очень интересно услышать, как это объяснит мистер Макензи.
Приняв обжигающе горячую ванну, побрившись и сменив одежду, Долтон выкроил время обдумать свою судьбу, прежде чем спуститься к обеду и встретиться с Джемисонами.
Его комната была полна изнеживающей роскоши, начиная от гигантских размеров кровати под полуопущенным балдахином и огромного шкафа, уже заполненного его вещами, и до ценных произведений искусства, развешанных по стенам. В этой оклеенной обоями и отделанной панелями комнате могла легко разместиться большая часть мебели дома Эймосов. Здесь никто не спал на комковатом матраце, брошенном на доски, никто не подавал еду прямо со сковороды из печи. Но здесь и не было божественного запаха бисквитов Джозефа и не звучал смех Сэмми. И вместо сдержанного юмора и пугливой страсти Джуд Долтон столкнулся с многообещающими обольщениями хорошенькой Кэтлин. На поверхностный взгляд все складывалось в пользу Долтона. Тогда почему ему было так грустно в этой роскоши? Ведь это была жизнь, к которой он стремился. Он мечтал, что его будут с почтением обслуживать, а он будет пить из и наслаждаться красивыми вещами. И одной из таких была дочь его хозяина. И ему платили чрезвычайно хорошо, чтобы он мог себе это позволить.
Долтон посмотрел в маленькое зеркало для бритья, чтобы проверить, гладко ли выбриты щеки; еще день назад это было просто неосуществимо. День назад он размышлял над участью слепого, в которой зависел бы от других, а сейчас все было опять как прежде. Но было ли? Или пребывание у Эймосов каким-то образом изменило его? Или это результат резкого потрясения, когда он сначала потерял, а потом снова обрел планируемое им будущее и расчувствовался над тем, чего никогда не могло быть? Он криво улыбнулся, чтобы избавиться от собственного грустного отражения. Ничто не изменилось. Он тот, кем был всегда, и это был человек, от которого Джуд Эймос не удастся так быстро отделаться. Она практически выставила его за дверь, как только узнала, что он снова обрел способность жить той жизнью, которую она не признавала. Нежные поцелуи, которыми они обменивались в темной комнате, были легко забыты, когда он перестал нуждаться в ее заботах. Долтон отказывался верить, что в этом следовало винить его тщательно скрываемую реакцию на ее внешность. Почему же он так крепко держится за воспоминания? Совсем не потому, что он никогда прежде не целовал женщин! И если все пойдет так, как предполагалось, он будет спать с Кэтлин Джемисон, даже если Джуд пересмотрит свое отношение к предложению этого фермера Тенди. Но почему это превосходное разрешение всех проблем оставляло у него чувство неудовлетворения?
Легкий стук в дверь прервал его грустные размышления, и распахнув дверь, он обнаружил Кэтлин Джемисон, и реакция его тела прогнала прочь все мысли.
