Ахин быстро оценил выдумку Манко: теперь оленей можно было убивать не всех сразу. Через несколько дней Манко созвал охотников, которые начали уже ходить, и повел их в лес к изгородям.
Охотники удивлялись:
— Время загона кабанов не пришло… Зачем охотников привели сюда?.. Манко опять что-то выдумывает!..
На помосты Манко никого не поставил; это тоже удивило охотников.
— Какая охота без помостов? — спрашивали они. — Манко зря привел нас в лес…
Но все распоряжения Манко они выполнили, — ведь молодой охотник спас стойбище от голодной смерти. Вместе с Манко они начали теснить оленей к изгородям. Попав в проход, олени остановились, так как выход был заделан. Некоторые из них попытались перескочить через изгородь, но она была для этого слишком высока. Манко быстро заделал вход и созвал сородичей посмотреть на то, что получилось.
Сам Манко ликовал: олени были рядом с охотниками и не могли никуда от них убежать; как только понадобится мясо, приходи и убивай их. Но Манко не учел характера своих сородичей: увидя оленей так близко от себя, люди кинулись вперед, разломав изгородь. Несколько животных им удалось убить, остальные разбежались.
Вскоре Манко повторил охоту. Теперь сородичи уже понимали, для чего были загнаны в ловушку олени. К изгородям в лесу собрались все, кто только мог двигаться. Людей поражало невиданное до этого зрелище — животные в загородке… Вот что придумал Манко! И начались разговоры, что у Манко сильные духи-покровители, которые не только уберегли молодого охотника в лесу, но еще и помогли ему спасти от голода сородичей.
При этом люди говорили:
— У Имбы таких духов не было!
Как только охотники окрепли, Ахин снарядил отряд во главе с Манко, отправившийся в остальные стойбища племени. В каждом стойбище прибывшие варили мясо и кормили тех, кто еще был жив. Затем они охотились, снабжая людей мясом, после чего учили загонять оленей в изгороди.
Вскоре в стойбище Лебедя был проведен Межродовой Сход. Всего собралось не больше половины живших раньше людей племени.
Старого вождя племени, Сагана — Большого Ловца, в живых уже не было. Новым вождем выбрали Ахина, он же остался и вождем Рода Лебедя.
Поздней осенью охотники Берегового Племени снова участвовали в промысле на побережье Залива Чудовищ. Поход возглавлял Манко. Отряд вернулся с хорошей добычей. Привезли в стойбище и выменянных собак, — теперь у Айки было с кем подраться.
7
Перед тем как отправиться на побережье Горькой Воды, сверстники Манко обратились с просьбой к Ахину дать им красной краски, — им давно пора уже жениться, а красная краска нужна для обмена на подарки невестам.
Молодые охотники вернулись с промысла, наменяв блестящих орешков и прозрачных камушков желтого цвета, нанизанных на сухожилия, — это считалось лучшими подарками для невест. А Манко выменял прозрачный камушек, внутри которого находилось насекомое.
Наступившая зима оказалась не менее суровой, чем предыдущая, но люди сумели к ней подготовиться. Когда закончились все самые необходимые работы, молодых охотников отпустили в соседние стойбища выбирать невест. Как только им удавалось перемолвиться с приглянувшейся девушкой, молодые охотники делали подарки. Принятие подарка означало согласие девушки. Затем молодой охотник договаривался с сородичами девушки и, если все обстояло благополучно, увозил девушку в свое стойбище, а ее сородичей приглашал на свадьбу.
Керс вернулся с невестой из Рода Бобра. Девушка эта была такой же смуглой, как и он сам, — может быть, поэтому Керс ее и выбрал. Вскоре выяснилось, что и характером она ему не уступает.
Игна привел себе девушку из Рода Ворона. Она была мала ростом и много смеялась. Но все это не помешало ей стать хорошей женой Игны. Линха, считавшийся самым хитрым из сверстников, привел жену тоже из Рода Бобра. Вскоре ему рассказали, что она была уже замужем, но сбежала из стойбища мужа. Линху это не огорчило, — он заявил, что от него она не сбежит. Невеста Вдуласа косила на один глаз, Вдуласу объяснили, что другая девушка и не пошла бы за него замуж, — хранители веры всегда считались плохими охотниками.
Приехав в стойбище Рода Коршунов, Манко обратился к Найту:
— Как думает Найт, — спросил он, — Лайда пойдет за Манко замуж?
Добродушный Найт чуть был не сказал, что ни о чем другом Лайда и не думает, но на этот раз он решил схитрить.
— Может быть, и пойдет; Найт не знает, пусть Манко спросит сам.
Этого Манко больше всего и боялся. Тогда Найт пошел сватать за своего названого брата Лайду.
А в это время Манко сложил песню:
Молодой охотник встретил девушку, —
Было у девушки круглое лицо,
Имела узкие глаза,
Была девушка лучше всех!
Ни в чем девушка не уступала мужчинам, —
Смело ходила на охоту.
Сама жарила на костре мясо,
Умела управлять собаками!
Пришла охотнику пора жениться, —
Наменял охотник подарки,
Пришел в стойбище девушки,
А встретить боится.
Что теперь скажет девушка?
Пойдет ли в стойбище охотника?
Пойдет — будет охотник самым счастливым,
Откажется — высмеют сородичи…
И вот в самый разгар первых морозов началось свадебное веселье. В стойбище Рода Лебедя справляли сразу пять свадеб. Гостей созвали со всего племени. На всех было заготовлено угощение и большое количество веселящего напитка.
Свадебное веселье началось с испытаний невест: умеют ли они готовить пищу, шить одежды, обрабатывать кожи и меха, изготовлять из глины сосуды. Все в это время старались девушкам мешать. И, когда, доведенные до отчаяния, девушки бросали работу, собравшиеся хором кричали:
— Не умеет, не умеет!..
— И откуда такая родом?..
— Прогнать, прогнать обратно!..
Линха придумал игру — надевал людям на ноги пустые мешки из-под желудей. Люди пробовали в мешках бегать, но не могли и падали в снег. Что тут только происходило!.. Тех, кто на этих бегунов смотрел, охватывал такой же смех, как и самих бегунов, и все вместе валились в снег. Люди стойбища и гости, нарядившись в меховые одежды, водили долгие хороводы вокруг столба с изображением Лебедя.
По вечерам все набивались в самую большую землянку. Скинув меховые одежды, люди пели песни или слушали Древние Вести. Рассказывали обычно двое стариков, сидевших друг против друга; они держались за руки, покачиваясь в такт рассказываемому.
Все люди умели хорошо подражать повадкам и голосу животных и птиц. Без этого нельзя было охотиться. Теперь они разыгрывали перед собравшимися целые сцены из жизни зверей. Сам Линха так ловко передразнивал своих сородичей, что с трудом можно было отличить, кто говорит: Линха или тот, кого он передразнивает. При всем этом придумывали про людей самое смешное; особенно доставалось молодоженам.
