с два.
Мы уже были окружены. Истощены голодом, холодом. Ноги наши едва ходили. И единственным нашим спасением был свет за множество километров от нас. По ту сторону многочисленных гор и холмов. По ту сторону ледяной реки.
Теперь вдобавок ко всему этому враг знает, что мы есть.
Нас будут искать.
Мы лежали в пещере, внимательно прислушиваясь к происходящему в деревне. Спустя несколько часов после происшествия приехала машина.
Мы слышали голоса людей.
«Интересно, насколько здесь безопасно?» – думал я. Вероятно, об этом думал каждый из нас.
Страх утих только с закатом солнца. В темноте нас точно не найдут. Можно было расслабиться.
– Интересно, их матери уже узнали о случившемся? – вдруг спросил Давид.
– Чего? – отозвался я, удивленный.
– Я представил, как матери этих ребят плачут сейчас, – продолжил мой товарищ.
– Лучше бы представил, как наши плачут, – холодно сказал Манч.
– Я думаю, наши уже давно плачут, – голос Ато из темноты.
– Сколько нас уже нет? Месяц? – продолжил он же.
Сердце сжалось от этих слов. Моя семья думает, что я мертв. Как бы это ни было удивительно, но я об этом еще не думал.
Лучше подумаю о словах Давида!
Меня поразила его жалость по отношению к нашим врагам. Я удивился тому, что у меня этой жалости совершенно нет. Напротив. Я был счастлив.
– Встретились две группы людей, и одна из этих групп должна была умереть. Я счастлив, что этой группой оказались не мы, – прошептал я. – А еще я рад, что не уйду сухим. Было бы совсем глупо оказаться здесь лишь для того, чтобы умереть. Забрал с собой парочку.
– Парочку? – удивился Манч.
– Ну да.
– Одного.
– С хера ли?
– Я добил того на улице.
– Он бы и так умер, ты гонишь, что ли?
– Спасибо, что отвлекся от сна, кстати.
– Если бы я не…
– Все, заткнитесь! – резко прервал нас Ато.
Я лег и закурил сигарету.
В пещере повисла тишина. Лишь иногда прерываемая чирканьем спичек.
9
– Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.
– Я не шучу.
– А зачем ты их там разложил? – я не хотел в это верить.
– Мы на горе много новых пачек нашли, хотелось разглядеть их, и посчитать тоже, – виновато ответил Рустам.
– Тем лучше, – сказал Манч – курение вредит.
Я бросил на него злобный взгляд.
– Мало того, что мы в полной жопе, теперь к тому же мы в полной жопе без сигарет.
– Может они все еще там? – голос Рустама.
– Не верится.
Мы вернулись в злополучный дом спустя два дня. Нашей коллекции сигарет там действительно не оказалось. Это разбило мне сердце. Тела тоже забрали. От них остались только засохшие пятна крови на полу.
Набрали воды, забрали оставшиеся банки съестного и пошли обратно.
В ходе обсуждений было решено остаться в пещере недели на две.
Залечь на дно.
* * *
В пещере было совсем невесело. Холоднее и мрачнее, чем на крыше.
Без горячего. Без сигарет. Почти что даже перестали друг с другом разговаривать. То ли потому, что обо всем уже поговорили, то ли потому, что не располагали обстоятельства.
Заперты в темнице. Грандиозные планы разрушены в первый же день пути.
Погода становится холоднее. Мы становимся слабее.
В сердце все больше и больше отчаяния.
– Нам же одежду нужно подобрать? – спросил Ато.
– Чего?
– Для Ирана? Разве нет?
Шел пятый день в пещере.
– Да, надо бы.
Домов было всего четыре, но одежды в них было достаточно.
Я старался выбрать себе наиболее теплую, практичную одежду. Поэтому сильно удивился, когда увидел Манча, меряющего синюю рубашку в клетку.
– Ты серьезно?
– Ну да, – улыбнулся он. – Мне не идет?
Поверх нее он надел черный свитер. И жакет.
Ато собирал прикид дольше всех. Тщательно прорабатывал свой лук. Непонятно, почему оставил все собранное на диване. Пришли следующей ночью – дом был перевернут вверх дном. Из своего лука Ато нашел только брюки.
– Плевать, – сказал он огорченно после долгих поисков под завалами. – Просто возьму себе что-нибудь теплое.
Возня с одеждой вернула нас к жизни. Растормошила.
Еще благоприятнее на наш боевой дух повлияло изобретение Давида.
В одном из домов нашли цистерну с подсолнечным маслом. Он задумчиво подошел к ней.
– Ты чего?
– Кажется, у меня есть идея.
Идеей было вылить немного масла в кастрюлю. Бросить туда бумажку. Поджечь. Получилась импровизированная горелка, на которой мы стали готовить. Готовилось все гораздо дольше, чем на газовой горелке. И лица у нас у всех стали черные от сажи. Но никто не жаловался.
– Брат, ты чертов гений.
– Это элементарная физика – странно, что я раньше до этого не додумался.
– Это значит, что мы можем сварить нормальную еду в дорогу, – осознал я.
– Например?
– Например, рис. Или фасоль. Но фасоль гораздо дольше будет вариться.
Общее настроение в группе значительно поднялось. Положение перестало казаться ужасающим.
А спустя еще два дня… Спустя два дня Манч нашел способ зарядить телефон!
Я понятия не имею, как это все работает, но он присоединил какие-то провода к аккумулятору кнопочного телефона с одной стороны и к каким-то толстым батарейкам с другой. Телефон лежал так целый день, мы не придавали этому особого значения, потому что Манч все время что-то пробует. Но как только мы увидели свет телефона!
Что с нами было! Все вскочили!
Перед пещерными людьми загорелся экран «нокии»! А в их сердцах снова загорелась надежда! Вера!
Мы радовались как дети, обнимали друг друга.
Появилась всего одна полоска зарядки. Связи, понятно, не было. Манч сразу же выключил телефон, и мы разлеглись обратно.
В эйфорическом настроении каждый думал о своем.
Я думал о том, с каким кайфом я бы сейчас выкурил сигарету.
10
Мы не знаем, какое сегодня число. Приблизительные данные есть у Ато, он ведет дневник.
– Где-то конец ноября, – отвечает он на вопрос Рустама.
Услышав ответ, я вспоминаю, что в конце ноября день рождения моего отца.
Несомненно, худший день рождения в его жизни. Заныло в груди.
– В этой деревне нет водки, да? – спросил я, хотя знал, что ее здесь нет.
– Нет, брат, – ответил Манч. – Уже все стащили.
– Жаль.
– Хочешь выпить?
– У отца день рождения в конце ноября, – ответил я, вздохнув.
Первую неделю я через боль, но ходил на ночные вылазки. Думал, чем больше буду лежать, тем хуже будет становиться. Но на второй неделе уже не мог даже встать на ноги. У Арсена была плюс-минус похожая ситуация, поэтому весь день мы только и делали, что массировали ноги (не
