приду за ней. Приготовься.
— Конечно. — Я выдержала взгляд Старухи и один раз кивнул. Как и любой бог, я думаю, что она переменчива. Ее настроение меняется с ее следующей прихотью. Мне не нужно было искать еще одного врага, и я была благодарна, что не забыла положить ее книгу в сумку в ту ночь, когда обнаружила, что Виттория жива.
Зависть двинулся по земляному коридору, не удосужившись посмотреть, следую ли я за ним. Как и было обещано, когда мы появились в комнате, где я впервые нашла Зеркало Тройной Луны, никаких оборотней не было.
Зависть оглядел пространство, его внимание было приковано ко всему, как будто он мысленно откладывал информацию для последующего использования.
— Не очень похоже на богиню, но я полагаю, что это определенное деревенское очарование. Если не обращать внимания на камень и грязь.
Улыбнувшись его комментарию, я покачала головой и направилась к пьедесталу в центре комнаты. В прошлый раз, когда я был здесь, там было Тройное Зеркало Луны. Теперь мой кинжал блестел там, где он завис, острие направлено вниз, в его центр. Я обхватила его пальцами, чувствуя, как волна решимости наполняет меня. И, возможно, надежда. Я найду своего короля, а потом найду способ сломать замок заклинаний. Каким-то образом за это время я также выясню правду об убийстве или исчезновении Весты и оправдаю мою сестру от правонарушений. Или увижу, как она расплачивается за свои преступления.
Я выдохнула. Это будет нелегко, но я найду способ выполнить все это. Во-первых, мне нужно было найти свою пару. Моего мужа.
Я столкнулась с Завистью, вспомнив, что моя сестра сказала о местонахождении Гнева.
Если ей можно было верить. Я все еще не была полностью богиней, поэтому не могла быть уверена, но до сих пор у меня не было проблем с распознаванием лжи. В отличие от принцев демонов.
— Ты знаешь, где находится храм Виттории? — Я спросил. Он кивнул, сосредоточив внимание на кинжале. — Тогда вперед.
Мы стояли у врат Ада, прямо в начале Коридора Греха, глядя на яростную магию, которая потрескивала над костями. Гнев наложил заклинание, чтобы запереть врата, когда мы впервые прибыли в Семь Кругов, и магия обвилась вокруг него, как демонические лозы.
Эта магия казалась немного не той в цвете и в том, как она ощущалась, но я не могла полностью доверять своим воспоминаниям. Проклятие по-прежнему активно действовало, хотя теперь, когда я позволила магии Гнева проникнуть в мою душу, оно уже не было таким мощным.
Зимняя буря, которая, казалось, всегда присутствовала в той или иной степени, была полна злости. Где бы он ни был, мой муж был в ярости. Однако его характер и то, как он повлиял на мир, вселило в меня надежду. Гнев должен быть невредим, чтобы вызвать такую бурную погоду.
Я сморгнула снежинки с ресниц и вздрогнула, когда Зависть приложил руку к воротам, как это сделал Гнев. Он говорил на незнакомом языке, и магия зеленого цвета осветила его руку и погрузилась в ворота. Он держал руку там, ожидая, когда раздастся щелчок.
И ничего не произошло.
Зависть резко выругался и попробовал снова. С теми же результатами. Он отвернулся от ворот, запустив руки в волосы, на ходу бормоча себе что-то под нос. Он выдернул кинжал Дома из-под своего охотничьего зеленого пиджака и уколол палец. Как и у Гнева, его рана мгновенно зажила, но ему удалось размазать кровью ворота. Они не открылись.
Любая надежда, которую я чувствовала, медленно уступала место страху и неуверенности. Хотя я был почти уверен, что с ним все в порядке, мне нужно было добраться до Гнева.
— Откроет ли их моя кровь?
Зависть перестал ходить по кругу, сузив глаза.
— Ты можешь попробовать, но я подозреваю, что магия, связывающая врата, была размещена здесь, чтобы предотвратить возвращение твоего вида так же, как и моего.
Он не сказал «твой вид» с какой-либо ядовитостью, и все же я вздрогнула. Для кого-то за пределами этого царства я была сродни демону. К этому нужно было время, чтобы привыкнуть. Я подошла ближе к рогам лося, которые служили ручками.
— Гнев запер их. Зачем ему связывать меня или любого другого принца от выхода?
— Магия не демоническая, — Зависть вздохнул, его дыхание затуманилось перед ним. — Звездные ведьмы снова вернулись к своим старым трюкам.
Звездные ведьмы, такие как Нонна. Она сказала мне, что они были стражами между мирами. Они действовали как надзиратели в тюрьме проклятия.
Я предположила, что так они называли «Семь кругов». Она также утверждала, что я была одной из стражей, но теперь я знала, что это ложь.
Вообразить, что моя бабушка приедет сюда, чтобы запереть меня, было еще одним ударом кинжала по сердцу. Она обещала найти меня после того, как сказала мне бежать и прятаться от принцев Ада; она поклялась, что мы воссоединимся. Я не сказала ей, что решила отправиться в Семи Кругах, и часть меня хотела верить, что если бы она знала, то не заперла бы меня здесь.
— Я все равно попробую, — сказала я, все еще надеясь, хотя и сомневаясь.
Я прижал лезвие к кончику пальца, поморщившись, когда выступила капля крови, и размазал по рогу, как это сделала Зависть. Я представила, как ворота со скрипом открываются. Или даже взрываются. Я надеялась, что если я буду достаточно сильно верить, желаемый результат проявится. Ничего не произошло.
Я изучала магию, и мне в голову пришла тревожная мысль. Гнев оказался в ловушке за пределами этого царства. Это означало, что, либо моя сестра перенесла его на Изменчивые острова до того, как Звездные Ведьмы сделали свое проклятие, либо они каким-то образом работали параллельно друг другу.
Если это так, то Нонна должна знать, что я была здесь.
Огонь вспыхнул в воздухе вокруг нас, лианы поползли вверх по воротам, сокрушая, обжигая и дергая, как будто я могла испепелить любой барьер, который они пытались воздвигнуть между мной и моим мужем. Взрыв за взрывом обрушивался на ворота, моя ярость росла с каждой неудачной попыткой.
Зависть выругалась и отступила назад, пламя поднималось все выше и выше, словно проклиная небеса. Какое бы заклинание ни использовали ведьмы, оно даже не сломалось. Я отпускаю свою магию, мои плечи поникли в поражении. Моя бабушка действительно заперла меня в аду.
— Нонна не может быть злодейкой.
— Ну, вот что любопытно в перспективе, — сказал Зависть. — В ее версии этой истории ты злая. Предсказанная тьма, от которого она должна защитить мир смертных.
— Но я бы никогда
