- Тварь какая, - процедила сквозь зубы, имея в виду «женишка». - Мои счеты с ним не закончены.
- Мои тоже, - откликнулся Мар. - Я сказал, что не хочу править? Забудьте. Я хочу отомстить, хочу увидеть на лицах тех, кто считал меня куклой для утех и грязью под ногами, настоящий страх.
- Испортили мне эльфа-идеалиста, - улыбнулась я.
- А такой я вам... тебе не нравлюсь? - на его лице вдруг промелькнула горечь и растерянность.
- Ты нравишься мне любой, - успокоила его. - Я зла на себя, что не смогла защитить тебя от всех этих бед.
«Не твоя вина», - одними губами ответил Маритэль, качнув головой.
- Выходи из воды, а то заледенеешь, - сказала я. - Я даже отвернусь!
Я честно отвернулась, Мар окатил себя чистой водой и выбрался из ванны. Я пожалела, что нет огромного уютного пушистого полотенца, в который я бы его закутала, спрятала и защитила от всего мира.
- И мы с тобой оба точно сумасшедшие, по крайней мере, я, с этим безумным планом захвата власти, - продолжила я.
- Наверное, я действительно сильно изменился, и временами мне жаль прежних убеждений, - ответил Мар. - Но я больше не буду плыть по течению или, как оторванный лист, лететь, куда подует ветер. Нужно захватить власть - значит, я сделаю это!
За тонкой стеной из ткани - целое войско, суровые волки; а здесь - мой эльф, и наш последний шанс насладиться обществом друг друга. Что будет потом - не знает никто.
Чистую сменную одежду Мару принесли, но я не торопилась уходить, чтобы он мог спокойно одеться. А он меня не просил... из вежливости? Надеюсь, что нет.
- Никто из нас не собирается кричать в голос и смущать охранников и воинов поблизости? - невинно улыбнулась я, понижая голос.
- Кричать? - искренне удивился Мар. - Почему?
- Ох уж эти невинные эльфы! - заметила я. - От боли и ужаса, наверное! Или, все же, от удовольствия. Я, конечно, надеюсь на последнее, потому что ты ещё мой трофей!
- Нет, если, конечно, все совсем плохо будет, ты можешь звать на помощь... - продолжала развлекаться я.
- Помощь? Зачем мне помощь, я надеюсь справиться сам! - надменно поднял брови мой эльф. - Если, конечно, вы не шутите, ваше величество!
- Не шучу, потому и одеться тебе не даю, - ответила я. - Но прежде хочу тебе кое-что сказать. Повезло вам, эльфам, что у вас нет истинных пар. Поэтому мне досталось за двоих.
Я присела на низкую походную кровать, и жестом пригласила Мара сесть рядом.
Он приблизился, но, неожиданно, не сел, а наклонился надо мною, поставил руки по обе стороны моего тела, и позволил ткани, которую набросил на себя после омовения, упасть на пол.
- Это же «да», я не ошибся? - посмотрел на меня невинно-искушающе.
- Да! - согласилась я, быстро начиная расстёгивать свою походную рубашку. - Нет, если кто-то испортит моего невинного эльфика, а без этого не обойдется, то я хочу снять все сливки первой!
Обнаженный мускулистый красавец медленно опускался на меня, и я решила не суетиться: сам разденет. Не все же мне проявлять инициативу первой, иначе скоро сомневаться в собственной привлекательности начну!
- Я тоже хочу завоевать один трофей, - выдохнул Мар в перерывах между поцелуями, - всего один. Надеюсь, меня не убьют за это.
- Нет, тебе позволю! - отдышавшись, ответила я, а расхрабрившийся эльф решительно стягивал мои штаны из тонкой замши. - Нужно обновить тебе метку! Чтобы все в вашем эльфийском королевстве знали, что ты уже кому-то принадлежишь! Ладно, не все, конечно; только прелестные тонкие и звонкие невинные эльфийки, которые захотят окрутить нового наследника трона!
И я мстительно потянулась к его шее, там, где она переходила в плечо. Мар даже невольно вздрогнул, видимо, предчувствуя, что будет больно. И это меня отрезвило.
- Что бы дальше ни случилось, это не твоя вина, - вздохнула я. - Иногда проклятое чувство долга требует жестоких и отвратительных вещей. Я тебя люблю, Мар. Странное чувство, первое у меня.
И нежно покрыла поцелуями плечо, ключицы, грудь, забрав в рот его соски и поиграв языком с металлическими колечками в них.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мой эльф дышал тяжело, словно бежал марш-бросок с полным обмундированием и оружием. Я спустилась с поцелуями ниже, и решила, что сейчас меня ничего не остановит. Маритэль запомнит только меня. Ни одна эльфийка даже близко со мною не сравнится.
Красивый ровный член давно стоял, и Маритэль немного растерянно взглянул на меня: то ли гордился, то ли, наоборот, стеснялся, что девушка его бесстыдно разглядывает. Приятно быть первой у любимого! Хотя… я никогда бы не стала делать невинность условием наших встреч, и никогда бы не упрекнула Маритэля, особенно теперь, зная, что дважды он побывал в страшных ситуациях.
- Мой красивый и горячий эльф! - успела шепнуть, с предвкушением рассматривая его идеальное тело. - Те, кто говорит про «ледышек», врут! Или им неправильные эльфы попадались.
А потом стало не до разговоров, потому что я сделала то, что хотелось при первом взгляде на красивого мужчину, на обнаженного красивого мужчину! Мне вспомнились разговору более опытных подруг и соратниц, которые, хотя и не имели привычки постоянно сплетничать про мужей или избранников, но иногда рассказывали горячие истории под настроение.
С опытом в этом деле у меня как-то... не сложилось, хотя я была абсолютно уверена, что любящий мужчина оценит одно только желание девушки сделать ему приятное. Может, мужчина «с опытом» как-то мне помог бы... но не хочу опытных, хочу своего, чистого и искреннего! А ещё мужчина должен кончить только от мысли, КТО старается доставить ему удовольствие!
Но Мару точно было наплевать на статус, он наслаждался именно моими действиями. И это было взаимно. Никогда и ни с кем я бы ничего подобного не сделала, но для него... Я лизала и посасывала член, нежно и осторожно покусывала кожу на бедрах, с любопытством трогала тяжёлые яйца и наблюдала за его реакцией.
- Не мучай меня, пожалуйста, я не смогу больше сдерживаться! - почти простонал он.
- Не мучаю, - ответила я, сделав последнее движение, и он еле успел отстраниться, кончая так, словно член буквально взорвался.
Глава 30
Кассен
Я впился ещё в кого-то, кто бросился спасать королеву и попытался оттащить меня... ещё кто-то хотел снести мне голову, но промахнулся. Потом я ударом хвоста отшвырнул эльфов, загораживающих проход к двери, сам поразившись силе этого удара, вышиб дверь и скользнул мимо охраны в траву.
Потом я вспоминал это, словно и не со мною все происходило. Словно из меня хлестала чистая ярость, как описывали неких существ в людских легендах, они их еще называли очень странно: «берсерк». Наверное, вот этот непонятный и страшный, могущественный наг, который из меня получился, тоже действовал как-то помимо сознания, и что-то из памяти стиралось.
Но моё превращение помогло мне вырваться! Да не просто самоубиться, как я уже стал малодушно мечтать после пыток, а убить врагов, и прорваться через их охрану!
Я вывалился в траву, обратился там в свою «нормальную» змейку, и дальше заскользил, какими-то чудесами уворачиваясь от столкновений с эльфийском воинами, и, кажется, даже незамеченным ими. То есть, наверняка кто-то видел шевеление под ногами, в траве и кустах, но они не знали, кого сейчас искали в их ставке. А там поднялась тихая паника, я просто хвостом это ощущал: королева была отравлена, и не знаю, есть ли от меня противоядие. Хорошо, если бы не было!
Я убрался настолько далеко от лагеря, насколько мог; заполз в чащу, под корни и коряги, и отлеживался. Потом еле успел выбраться из ямы - а то так и застрял бы там, по горло в земле - и непроизвольно сменил форму. И тогда пришла расплата за все подвиги: человеческое тело ныло, словно пыток было в сто раз больше. Хотя, я же после допросов дрался и кидался на эльфов, менял формы, полз неизвестно сколько, обдирая и так израненную чешую-кожу. Я бы и сам не удивился, если бы тихо сдох в этом глухом лесу. Впрочем, все лучше, чем сдохнуть в каменном мешке под инструментами палача.
