Если бы Мария не спала, она бы что-то заподозрила. Но что именно? Как она могла представить, будто кто-то может осмелиться на такую дерзость и похитить ее?
Однако, если бы Гретна решила не идти к принцу с объяснениями, если бы в доме оказалась писчая бумага — и много других «если и но», — Мария могла бы быть сейчас на ее месте.
Потом Гретна подумала о заказчике. Нет нужды спрашивать, кто это мог быть. Гретна знала ответ еще до того, как задала вопрос. Разве не она собственными ушами слышала, как лорд Роксхолл клялся в салоне в Карлтон-Хаусе, что избавится от Марии за три месяца? Оставалось только увидеть, как он намерен это сделать.
Гретна не хотела умирать. Она хотела жить. Невероятным усилием она заставила себя перестать бороться с одеялом, которым ее накрыли, и не пытаться выпрыгнуть из кареты. Гретна понимала, что это бесполезно. Джо ударит ее, если она попытается осуществить задуманное. Ей было душно и жарко, но теперь стало смертельно холодно, от страха ее бил озноб.
От сознания собственной беспомощности ее глаза наполнились слезами. Ей хотелось кричать, звать на помощь. Потом девушка зашептала молитву:
— Пожалуйста, Господи, не позволь им причинить мне вред. Пожалуйста, Господи, не дай им убить меня.
Молясь, Гретна поняла, что только Бог может спасти ее из положения, в которое она попала. Она уже дважды сталкивалась с лордом Роксхоллом, но тогда рядом был маркиз. Он появлялся в самый последний момент. Гретна хорошо осознавала опасность, которая ей угрожала. Лорд Роксхолл беспринципен и жесток, отвратителен не только своим масленым голосом или утонченным поведением денди.
«Я должна думать. Я должна придумать план. Нельзя сдаваться. Буду бороться!» — говорила себе Гретна, потом внезапная мысль о маркизе пронзила ее. Почему он не здесь? Почему она не может побежать к нему, как раньше? Он зол на нее, Гретна знала это. Однако в таких обстоятельствах, как эти, он бы спас ее, прижал к себе. Она была бы в безопасности в его руках, даже если бы ей угрожал сам дьявол. Ей хотелось, чтобы маркиз был здесь.
Потом она подумала, что, возможно, маркиз в театре и ждет, когда сможет отвезти Элоизу на ужин. И с новым приступом отчаяния Гретна поняла, что у нее нет надежды.
Должно быть, они ехали уже три четверти часа, и по непонятным звукам девушка предположила, что Джо заснул. Но другой мужчина бодрствовал. Она чувствовала его волнение, слышала, как он шевелит руками и ногами. Гретна представила, как он поворачивает голову, чтобы посмотреть при свете лампы на дорогу.
Потом внезапно она почувствовала, как ее грубо схватили за лодыжку. Гретна закричала и другой ногой лягнула похитителя по рукам. Ее отпустили.
— Она жива! — победно возвестил голос.
— Что случилось? — проснулся Джо.
— Она жива.
— Конечно, жива. Нам не приказывали прикончить ее, верно? Он хочет увидеть ее. Оставь ее, пока не доедем.
Карета покатилась вниз по склону, потом резко встала. Один из мужчин открыл окно. Холодный ветер прошелся по ногам Гретны.
— Там лодка, — заметил Джо. — Отнеси ее туда.
Она хотела бороться, но было слишком поздно. Грубые руки подняли ее, как ребенка, и понесли из кареты по острым камням. Ей казалось, что это причал. Тогда Гретна поняла, что ее утопят. Она пыталась кричать. Но звуки застревали в пересохшем горле. Ее бросили вниз, и Гретна осознала, что лежит на дне лодки. Она слышала движение воды, шум весел. Звон денег. Гретна предположила, что с Джо и его робким другим расплатились.
Кто-то прыгнул в лодку.
— Отчаливай, — приказал он.
Заскрежетала цепь по камням. Они поплыли. Двое мужчин гребли так усердно, что Гретна слышала их кряхтение и тяжелое дыхание. Тогда девушка поняла, что надежды нет. Она ничего не сможет сделать. Она обречена.
Гретна опять поймала себя на мысли о маркизе. Он никогда не узнает, что она умерла с любовью к нему.
Она попробовала молиться, чтобы смело посмотреть смерти в глаза.
— Господи… Господи, прими меня!
Гретна старалась произнести эти слова, заставить их слететь с губ. Потом внезапно вместо того, чтобы бросить в воду, ее водрузили на плечи мужчины, и, не успев удивиться, она поняла, что он поднимается куда-то вверх. Человек поднимался по лестнице, через секунду девушка поняла, что это трап корабля. Она слышала скрип бревен, плеск волн. Кто-то отдавал приказы. Потом Гретна поняла, что ее пронесли по палубе и спустили вниз на несколько ступенек. Ее посадили, сняли с головы одеяло, но, не успев открыть глаза, она услышала, как захлопнулась дверь.
Очень медленно, словно проснувшись в темноте от кошмара, Гретна пошевелила руками. Они были свободны. Так же медленно девушка открыла глаза. Она сидела на кушетке в каюте корабля. Низкий потолок, несколько подвешенных фонарей освещали стол, стулья, иллюминатор, закрытый бархатными шторами.
Это была роскошная каюта. Она никогда не представляла, что такие бывают на корабле. Дорогие ковры на полу, кровать застелена парчой, рядом атласные подушки. Гретна сняла капюшон и потерла глаза, чтобы убедиться, что это не сон. Потом сделала несколько глубоких вдохов, освобождая легкие после удушливого одеяла. Она жива! Она не умерла! От облегчения в ее голове почти прояснилось.
Гретна размышляла, куда ее везут. На минуту она хотела даже выйти на палубу, посмотреть, кто отдает приказы морякам. Она бы попросила их отказаться от выполнения приказов и отвезти ее назад. Гретна подбежала к двери и подергала ручку. Она прикладывала все усилия, но тщетно. Тогда девушка поняла, что ее заперли снаружи.
Она снова прошла по каюте и увидела свое отражение в зеркале. Гретна с трудом узнала себя — лицо с дикими глазами, спутанные волосы. Она замерла, потом лихорадочно стала приводить себя в порядок. Надо успокоиться и держать себя в руках, говорила себе Гретна. Рано или поздно кто-нибудь войдет сюда, возможно, капитан. Она поговорит с ним, расскажет, что это ошибка, и потребует вернуть ее в Брайтхелмстоун.
«Если это не капитан, я пошлю за ним, — подумала Гретна. — Я поговорю с ним очень спокойно. Расскажу, кто я, объясню, что произошла ошибка. Он послушает меня, только если я произведу на него впечатление. Я должна выглядеть не напуганным ребенком, а женщиной, которую возмутило оскорбительное поведение незнакомцев».
Удовлетворенная своим внешним видом, Гретна медленно прошла по каюте и села на кровать, расправив юбки и сцепив пальцы, пытаясь выглядеть расслабленной и спокойной.
С трудом успокоившись, она услышала, как в замке повернули ключ, поднялась щеколда. Гретна посмотрела вперед, высоко подняла подбородок, изобразила уверенный взгляд. Увидев вошедшего, она почувствовала, что силы оставляют ее, а слова застревают в горле.
