Но даже злясь на нее, он не мог отвести глаз от прекрасного стройного тела. Его нижняя могла забыть о дисциплине в игре, но только не в жизни. Дважды в неделю Лори ходила в зал, дважды в месяц — к косметологу. Она внимательно ухаживала за собой и даже за ним, постоянно подсовывая кремы, очищающие средства и витамины. И Дима ни разу за все время, что они были вместе, не почувствовал физической разницы в возрасте, хотя и был моложе ее на десять лет.
Он и сам любил проводить время в зале, и ему нравилось чувствовать ее легкость и хрупкость рядом со своим крепким телом. И ее трепет, когда он приближался сзади, обнимая за талию.
- Настроила? — шепотом спросил он, прикусывая ей ухо.
- Да… мастер.
Лори возбудилась. Он знал, о чем она думала: пару раз он мыл ее вот так, лаская с помощью массажного режима душа. И ждала приказа шагнуть в ванну.
Дима улыбнулся:
- Повесь его на держатель.
Пока Лори выполняла этот приказ, он кожей ощутил ее недоумение. И усмехнулся, лаская ее шею левой рукой.
Теперь они стояли прямо перед ванной, душ висел на держателе, а теплая вода лилась мягким дождиком сверху прямо перед ней.
- Раздвинь ноги, — велел он и погладил ее там, позволяя откинуть голову на его грудь. Лори постанывала, пока он ласкал все ее тело легкими прикосновениями. Правой рукой — низ живота, левой — шею, грудь, живот.
Когда Дима почувствовал, что влага течет по пальцам, он убрал правую руку и проверил воду. Убедившись, что вода нормальной температуры, он помыл ладонь, крепко взял ее за волосы и без предупреждения нагнул так, чтобы намочить сразу всю голову.
- Дима!
Лори дернулась, но он был готов и зажал ее бедра между своих ног, жестко удерживая в нужной позе одной левой рукой. Невозмутимо выдавив мыло из диспенсера, правой он начал силой умывать ее, не взирая на крики и сопротивление вкупе с попытками укусить его.
- Пусти! Что ты делаешь! Дима!
Осторожно отпустив ее так, чтобы не ударилась, он позволил ей отскочить в угол, увешанный полотенцами. С ее волос текла вода. Под глазами остались черные следы от туши. Мокрое лицо выглядело ошеломленным, а потом стало злым. Но прежде, чем она открыла рот, он поднял бровь и спросил, слегка повысив голос:
- Серьезно, нижняя? После того, как я предупредил?
Грозный тон и гневное выражение лица сделали свое дело. Лори медленно провела рукой по лицу, отбрасывая мокрые волосы назад, и снова стала выглядеть растерянной. Без одежды, макияжа и украшений у нее больше не было брони, и она не могла противостоять ему.
- На колени, — велел он, зная, что она подчинится.
- Простите меня, мастер, — выдохнула она, опускаясь на пол.
- Так лучше. Как мне наказать тебя?
- Как вам угодно, мастер.
- Умница, — улыбнулся Дима. — Вытирайся.
Повернувшись, он открыл шкаф, где хранились его умывальные принадлежности. Что-то напевая себе под нос, он извлек маленькую коробочку, с удовольствием отметив в зеркале, как расширились ее глаза, когда она увидела содержимое. Тщательно помыв то, что достал из упаковки, Дима повернулся к ней как раз в тот момент, когда Лори закончила вытирать волосы.
- Открой рот, — сказал он и осторожно поместил небольшой резиновый шарик между ее зубками, закрепив резинку на затылке.
Испуганный взгляд Лори, который она больше не контролировала, сказал ему все, что Дима хотел знать о ее чувствах в этот момент.
- Это чтобы ты не могла совершить новых ошибок, — сказал он, ласково поправив ее волосы. — Я хочу помочь тебе вспомнить, как быть хорошей нижней. И нет, жалобные взгляды не помогут, только послушание. На колени и ползи в спальню. Быстро.
Следуя за ней по пятам, Дима несколько раз шлепнул ее, заставляя ускориться. Он давно не помнил такого азарта и животной страсти, с трудом сдерживаясь от того, чтобы поставить ее в коленно-локтевую и трахать до потери пульса. Если бы он знал, что мокрая голая беззащитная Лори вызовет у него такую похоть, он бы насиловал ее под душем каждый день.
- Теперь животом на кровать, а руки на ягодицы, — сказал он, когда она замерла посреди комнаты, сидя на коленях в позе послушной рабыни.
На этот раз Дима даже не смотрел на ее лицо, понимая, что она и без того будет смущена донельзя. Вместо этого он пересек комнату, открыл ящик с игрушками, чтобы достать наручи, поножи, самую маленькую шлепалку и самую большую анальную пробку.
Выдавливая смазку на пальцы, он заметил, что она подсохла под крышкой и покачал головой:
- Милая, ты знаешь, что у нас целую вечность не было анального секса? Я соскучился по твоим крикам. Давай сегодня пожестче?
Повернувшись и заметив, как побелели ее пальцы, он понял, что, наконец, допек ее: Лори злилась и даже не заметила, как сильно сжала собственную попу. Это было также слышно по ее стону, когда он плавно ввел плаг: в нем слышалась и легкая боль, и ярость. Погладив ее двумя пальцами по клитору, он удовлетворенно глубоко вздохнул:
- Течешь как сучка. Вставай, ложись на спину.
На то, чтобы приковать ее руки к согнутым и раздвинутым ногам, много времени ему не понадобилось. Они делали это часто. Когда он взял в руки шлепалку и Лори поняла, что он собирается выпороть ее киску, ее взгляд стал агрессивным, а дыхание — таким тяжелым, что если бы Дима ее не знал, то вызвал бы скорую.
- Держи ноги раздвинутыми, иначе я умножу количество ударов на десять, — холодно предупредил он и, тщательно вымеряя силу, шлепнул первый раз. Вздрогнув всем телом, она инстинктивно свела ноги, но тут же послушно развела их, закрывая глаза.
Отсчитав пару секунд, он шлепнул снова. И нанес новый удар четыре секунды спустя, входя в ритм. Лори начала постанывать. Ее колени дрожали, киска бесстыдно текла. Немного темная по краям, розовая внутри — она была такой красивой, что ему хотелось поцеловать ее. Но сегодня для этого было не время, и он наслаждался поркой, наблюдая за тем, как ее целует кожаная шлепалка.
Он скользил взглядом по ее поджимающемуся животу, ягодицам, коленям. Наблюдал за тем, как пальцы ног стискивают покрывало, как непроизвольно дергаются руки, как твердеют соски от возбуждения, а кожа покрывается мурашками. Ее лицо было красным, возбужденным, но очень встревоженным, и он знал от чего: Лори переживает, что выглядит некрасиво.
- Ты прекрасна, — сказал он, хотя и знал, что она не поверит.
Когда он закончил с поркой, ее киска стала красной и припухшей. Отцепив ее руки от ног, Дима повернул голову на бок, изучая ее сверху холодным взглядом:
- Кончи для меня.
Новый умоляющий взгляд — и на этот раз она готова была расплакаться.
- Надо передохнуть? — спросил он, слегка смягчая взгляд. Лори активно закивала головой и всхлипнула.
- Желтый, — тихо сказала она, когда он освободил ее рот от кляпа.
- Иди сюда.
Дима обнял ее, успокаивая и согревая в очень крепких объятиях.
- За что? — жалобно спросила она, все еще не в силах отпустить напряжение.
Вместо ответа он взял ее ладонь и приложил к своему члену, который был таким твердым, что еще немного — и мог бы порвать брюки.
- Это не наказание, малыш. Твое наказание — это только кляп за то, что ты трижды нарушила этикет. Все остальное происходило потому, что я просто так хочу, — ответил он, когда она изумленно посмотрела на него.
- Но ты никогда раньше так не делал.
- Ты ведь сказала, что хочешь особенную ночь. И готова сделать мне приятно.
- Да, но ты… напал на меня.
- Неужели? Давай я расскажу тебе кое-о-чем, что я видел в субботу. Когда ты играла с Максом под утро, — подсказал он в ответ на новый непонимающий взгляд.
Лори дернулась, мгновенно отвела глаза и попыталась высвободиться из его рук, но Дима не дал:
- Или, может, ты сама мне расскажешь?
- Ну… Дим… я думала, ты играл с Лизой. Зачем ты смотрел?
- Я думаю, что я не зря смотрел. Я давно забыл, какой ты была с другими партнерами до меня и почему тебя считали лучшей нижней клуба. А в субботу я ясно увидел, какой послушной, безропотной, нежной ты была, позволяя чужому дому ставить тебя на карточный стол в позе парализованного кальмара и шлепать по всем нежным местам, начиная от лица и заканчивая киской. И я не слышал, чтобы ты хоть раз сказала ему «желтый».
