И это ее большая ошибка, теперь ей всю жизнь сидеть в тюрьме. Покушение на меня я ещё мог бы простить, но Ева... Хорошо, что киллер попался глупый. Стрелял не сверху, а прямо стоят на улице, видимо, на профессионала у неё денег не хватило.
Ева могла бы жить и дальше в своей съемной квартире, приходить ко мне на работу. Но мне это все порядком надоело. Первое, что я увидел, когда очнулся в больнице, — спящую Еву. Вспомнил, как раньше я всегда просыпался и мне нравилось подолгу смотреть на неё. Будить поцелуями…
Сблизиться с моей женой, живя под одной крышей, будет значительно проще. Хотя мне кажется, это иллюзия. Мы с ней, итак, давным-давно сблизились. И меня она любит. Просто надо помочь разрушить последнюю возведённую стену в ее голове.
Смотрю на Еву и улыбаюсь, ну точно, как ребёнок. Даже не смотрит на меня.
Кладу свою руку на ее кулак. Говорю:
— Ева, перестань, не надо так реагировать, я никогда не сделаю того, что ты не захочешь.
Вообще, ещё хотел добавить «и раньше никогда не делал», но сдержался.
Я помню нашу первую брачную ночь. Ее горячее лоно, громкие протяжные стоны. Никто меня не убедит в том, что она этого не хотела.
А от воспоминаний в штанах стало узко, хоть вся спина ещё дико болит после бл*дской пули.
Будем встречаться, как хочет моя благоверная. Потому что к секс-марафону мне желательно набраться сил.
Приезжаем. Заходим в дом. Вижу, как Ева озирается по сторонам. Скорее всего, не ожидала, что когда-нибудь сюда вернётся. Хотя должна была чувствовать, что я своё никогда не отпускаю. А она — моя.
Снимаю пиджак и слышу Евино удивление, поворачиваю голову. Она подлетает ко мне:
— У тебя сзади вся рубашка в крови, наверное, повязка протекла.
Деловито сажает меня на диван, приносит аптечку, профессионально накладывает мне новую повязку, как настоящая медсестра (видимо, запомнила, как делать, пока наблюдала в больнице).
Врач сказал мне, что у меня просто «восхитительная жена, не все сидят так с мужьями в трудную минуту». Но я в ней никогда не сомневался.
Ева нежно прикасается своими пальчиками, я закрываю глаза. Бл*дь так давно не было настоящего секса, что даже такое прикосновение сводит с ума.
Она причитает:
— Врач же сказал, что нужно ещё полежать в больнице, почему ты никогда не слушаешь! Рана не должна уже кровить. Может, вернёмся?
— Нет. Завтра на дом придёт медсестра, не волнуйся.
— Кстати, а почему твой врач, обращался ко мне «госпожа Прохорова»? — спрашивает.
В последнее время у неё завелась такая привычка: спрашивать очевидное.
— Ну, потому что я сказал ему, что ты моя жена.
— Ратмир…
— Я знаю, что пока только девушка, — не даю ей сказать и слова.
Мы смотрим друг другу в глаза. Притягиваю к себе и целую. Просто невозможно сдержаться. Знаю, что только хуже себе делаю: до секса она не разрешит дойти, потом все болеть будет и успокоиться не смогу, а все равно хочу прикоснуться к этим губам. Искусительница. Теперь я понимаю, почему Адам был изгнан из рая, не подчиниться Еве было невозможно.
Ева прерывает поцелуй, когда моя рука непроизвольно ныряет ей под платье.
Смотрю на неё. Ее глаза так и кричат: не так быстро.
Первое желание — нарычать, поставить на место. Почему играет недотрогу, как будто мы с ней никогда не спали? Но я подавляю это в себе. Будет только хуже. Обещал же не делать ничего против воли.
— Устроим романтический ужин? — спрашиваю, поглаживая ее коленку.
Улыбается:
— Ну это мне уже больше нравится.
Заказываем еду из ресторана, я зажигаю свечи (удачно подвернулись под руку в шкафу). Правда, они новогодние, но атмосферу все равно создают соответствующую. Мы едим почти молча, часто смотрим друг на друга, я физически чувствую, как в воздухе между нами искрится желание. Да черт! Хочет меня! И я хочу до скрежета в зубах. Мечтаю, чтобы сегодня она спала в моей постели.
Но после ужина моя чертовка встаёт и скромно интересуется:
— В какой комнате я могу спать?
Вздыхаю.
— Выбирай любую.
— Спокойной ночи, — говорит и уходит.
Как она меня мучает! Может, мне ещё одно ранение получить? Тогда быстрее получится?
Даже пуля в спину мне не причинила столько дискомфорта, как игра с моей женой в кошки-мышки. Неудовлетворенное накопленное желание терзает меня куда посильнее какого-то там выстрела.
Но наверное, я это заслуживаю. Я купил ее и почти сразу распаковал свой «подарочек», не предоставив ей тогда никакого выбора. Она меня хотела телом, но не головой.
Ничего. Скоро захочет.
Всем чем можно.
Глава 44
Ева
Просыпаюсь оттого, что чувствую, как кто-то на меня пристально смотрит, аж кожа зудит. Открываю глаза и сталкиваюсь с тяжелым взглядом Ратмира. Смотрит мне в глаза, а затем опускает взгляд ниже (бретельки ночнушки слетели и немного оголили мою грудь).
Натягиваю одеяло до носа. Глупо, конечно. Можно подумать, он никогда меня не видел голой...
Но сейчас наши отношения для меня другие! Не такие, как раньше.
Он больше мне не хозяин. Я теперь могу чувствовать его искреннюю заинтересованность, то, что я не замечала раньше. В общем, сейчас все между нами — по моему собственному выбору, и это как-то особенно будоражит. Я, наконец, сама выбираю свою жизнь… И мужчину, с которым хочу прожить.
Никто больше не вправе решать за меня.
Да, сейчас Ратмир заставляет меня чувствовать себя рядом с ним невинной девушкой.
Наверное, так чувствует себя женщина, которая после первых длительных отношений вступает в новые, и ей все кажется в новинку, как будто она раньше никогда не влюблялась…
Только я проживаю два разных опыта с одним и тем же мужчиной.
— Я принёс тебе завтрак в постель, — говорит. Наклоняется к тумбочке рядом с кроватью, берет поднос и ставит мне на колени.
Я сразу же понимаю, что он это сам приготовил. Запомнила по некоторым признакам, как он режет фрукты, как наводит чай.
— Да не нужно было… Спасибо. Зачем так много?
— Чем хочешь сегодня заняться? — игнорирует мои слова, задаёт то, что его интересует.
Раньше меня раздражала эта его черта характера, а сейчас я улыбаюсь. Меня это больше не бесит.
Видимо, я действительно изменилась.
— Могу выбрать все, что захочу? — спрашиваю, как избалованный ребёнок.
— Конечно.
— Тогда… я хочу на Мальдивы, — говорю первое, что приходит в голову.
А потом вспоминаю про его недавнее пулевое ранение. Да и вообще уже к работе надо возвращаться…
— Хорошо, собирай чемодан, — говорит Ратмир, пока я сижу в раздумьях, и выходит из комнаты, я не успеваю даже удивленно поднять брови.
Серьезно полетим на Мальдивы? К океану? Прямо сейчас?
Ну ладно, если он сможет такое организовать, отговаривать его не буду, хотя это уже похоже на отпуск (которого, кстати, у нас с ним никогда не было).
