своего благоверного практически во всем. Сказал: поехали — спокойно, — на этом слове темная бровь Ада выгнулась в недоверии, — собираю вещички и беспрекословно шлепаю, куда послал! Потребовал, чтобы вела себя тихо и скромно — опять соглашаюсь и сижу в спальне, носа оттуда не показывая, — я имею в виду первые дни в лесном доме, что потратила на планы мести, остальное — уже ненужные детали. — И вообще я просто душка! Таскаюсь за тобой как ходячая торба. Серьезно, еще немного, и перестану в зеркале себя узнавать. Ты плохо на меня влияешь!
Я так разошлась, что забыла, по какому поводу, собственно, разговор. Ааа, точно, купаться же собиралась. В общем, не обращая внимания на неодобрямс в глазах Ада, я подхватила подол, вступила в воду и, пройдясь по отмели до ближайшего куста, растущего у самой глади, скрылась там. Только не хватало устраивать зрелища и раздеваться на его глазах!
Да, я действительно собиралась плавать голышом. Во-первых, больше не в чем, во-вторых, обнаженка для ведьмы в принципе не играет той роли, которую предпочитают видеть в ней простые люди. И, если бы меня заметил, допустив, заблудившийся путник, я бы не смутилась ни капли. Но, повторюсь: показываться в таком виде на глаза супругу не хотелось.
И не потому, что сердце тут же заходилось в сладостном предвкушении его возможной бурной реакции. Уверена, она не заставит себя долго ждать, давно заметила, как часто у него поднимается… назовем это, настроем, даже когда я полностью одета. Мужик хочет меня, не сильно скрывает это, и, видят Боги, у него есть все шансы добиться желаемого.
Потому что в голове поселилось ощущение, что и я сама не против отдаться на волю необъяснимого влечения. А это очень плохо. Нельзя ни в коем случае! Ведь из-за мимолетного наслаждения я потеряю даже призрачную надежду на свободу.
Вода приятно холодила кожу, и я с радостью плюхнулась в нее с головой, поднимая брызги. Вынырнула, отплевываясь, и начала загребать руками. река оказалась глубже, чем предполагала. Даже не достала до дна, когда прыгала, хотя обычно у мелководья это сделать довольно просто. А тут такой сюрприз.
— Далеко не заплывай, — крикнул мужчина с места, где я его оставила.
Фыркнула и тут же поплыла к середине неширокой речушки. Не будет он мной командовать, никогда и ни за что!
— Ева!
Ну что за заноза?!
— Плыви обратно!
Да я только вошла, можем же мы уделить себе, любимым, хотя бы десять лишних минут драгоценного времени?!
— Ведьма…
— Ну что?! — не выдержала, повернувшись к зря паникующему мужчине, нахмурилась, ощутив, как лодыжки коснулось что-то широкое и скользкое, и ушла под воду.
Ноги, а потом и все тело, обхватило толстое мерзкое тело водяного змея. Какой огромный, мамочки! Руки прижало к торсу, не давая возможности сопротивляться, но все равно изо всех сил забрыкалась, извиваясь не хуже моего пленителя. Тварь тянула меня вниз, до куда не доставали солнечные лучи, в настоящую бездну. Я сучила ногами как сумасшедшая, всерьез собираясь если не перебороть его и выплыть, то хотя бы притормозить.
От криков в воде пользы мало, только пузыри. Заклятие не произнести. Пожалуй, долго я так не продержусь. Остается надеяться, что вездесущий ворчун уже заметил, как его панические мысли приобрели весьма плотную и противную оболочку. И ему не понравится идея стать молодым вдовцом. Я ведь его предупреждала, что стану страшно доставучим привидением, если отправлюсь на тот свет слишком рано? Надо повторить при случае.
В груди жгло от нехватки воздуха и желания сделать его глоток. Запрокинув голову, с тоской подумала, что свет все дальше, а бездна под ногами все ближе. Вернее, она уже вокруг нас. На кой я вообще сдалась этому змею и куда он меня тащит?
Большой «бултых» достиг ушей, когда я уже почти уверилась в собственной скоропостижной кончине. Фигура Ада появилась сверху, и на мгновение я даже перестала вырываться. В несколько быстрых гребков он приблизился, разглядев мое лицо, и замахнулся. Добить решил, чтоб не мучилась?!
Острое лезвие вошло в тело змея, окрасив воду вокруг красным. Мужчина тут же вытащил клинок и воткнул его в голову, чуть не угодив мне по плечу. Эй, можно было бы поаккуратнее! Почувствовав, как оплетающая меня тварь ослабевает, я рьяно задергалась, получая долгожданное освобождение, неловко повернулась к моему, что уж и говорить, спасителю и этими движениями окончательно сожгла оставшийся в легких воздух. Открыла рот…
Мужская ладонь легла поперек живота и резко дернула наверх. Не представляю, с какой глубины мы поднимались, но, когда оставалось совсем чуть-чуть, Ад, понимая, что может не успеть, схватил меня обеими руками за талию и буквально выкинул наружу. Я схватила ртом воздух, набирая полную грудь, закашлялась — внутри заболело до слез на глазах — закричала от переизбытка чувств.
Дурацкие выдались дни! Просто отвратительные!
Ад всплыл сам и, не взирая на мои слабые попытки к сопротивлениям, вынес на берег на руках. Отчаянно стучавшее сердце щемило от нахлынувшего запоздалого страха, обиды, злости и благодарности. Причудливая смесь давила на виски, на горло, сжимала его словно железными тисками. Ну что за напасти? Я всего лишь маленькая ведьмочка, которая никого слишком сильно не обидела, почему меня постоянно находят неприятности разной степени крутизны и жопы?
Мужчина, не отпуская меня, сел на траву, разместив у себя на коленях, и прижимая крепко, но бережно. Закрыв глаза, прильнула щекой к его груди, слушая не менее бешеный, чем у меня, стук его сердца. Он обхватил мои голые коленки и притянул к себе, согревая, растирая, даже дыша на них, и только тогда с удивлением поняла, что меня бьет крупная дрожь.
— Все хорошо, — шепнул Ад. — Все хорошо, Ева. Я с тобой.
Казалось, он не обращает внимания на то, что я абсолютно голая, да и я об этом забыла, цепляясь за руки мужчины и только ближе притискиваясь к горячему телу, облепленному мокрой одеждой. И, клянусь, прямо сейчас никакая в мире сила не сумела бы вытащить меня из таких уютных и безопасных объятий!
ГЛАВА 27. По пути в “куда-то”
Ева
Мы все же выдвинулись по известному только мужчине пути, но с большой задержкой. Виновата, безусловно, я, но, как только пришла в себя, поразмыслила и решила, что в любой ситуации принимают участие все-таки две стороны. Змей не считается, он не разумный и быть стороной конфликта не может. А вот Ад с его паникой и желанием мной командовать попросту…
— …Накаркал! — заявила я, облачившись в принесенное мужчиной платье,
