5.3. Россия между двумя революциями (1907 – февраль 1917)
Социально-экономическое развитие. Столыпинские реформы. В этот период была сделана попытка разрешить поставленные революцией вопросы путем постепенного реформирования страны. Определяющим моментом стала перестройка отношений собственности в сельском хозяйстве.
Ставка делалась на создание и укрепление частной крестьянской собственности на землю путем разрушения общины. Вопрос об этом поднимался начиная с 1880-х годов XIX в. Попытку реализовать это на практике предпринял П.А. Столыпин, министр внутренних дел с апреля и председатель Совета Министров с июля 1906 г. Он был убежден, что «там, где правительство побеждало революцию… оно успевало… тем, что, опираясь на силу, само становилось во главе реформ». Отсюда его формула: «успокоение и реформы».
Началом стал указ от 9 ноября 1906 г., который поощрял выход крестьян из общины для создания отрубного, или хуторского хозяйства. Затем появился закон от 14 июня 1910 г., предусматривавший обязательность ликвидации общины там, где не проходили переделы земли с 1863 г. Одновременно шел административно-бюрократический нажим на крестьян, чтобы ускорить разрушение общины. Началась организация массового переселения крестьян за Урал. Переселенцы освобождались на несколько лет от налогов, получали в собственность землю (15 га на главу семьи и 45 га на остальных членов семьи) и денежное пособие – 200 руб. на семью. Суть реформы сводилась к следующему: царизм пытался создать себе опору в деревне в лице крестьян – собственников земли, предполагалось, что эффективность производства в частном хозяйстве будет выше, чем при общинном землепользовании; в условиях малоземелья переселениями в Сибирь частично решалась проблема аграрного перенаселения в европейской части России.
Оценивая итоги аграрной реформы, необходимо учитывать сумму фактов: выход из общины 25 % хозяйств, продажа выделившимися домохозяевами 60 % своих наделов, переселение в Сибирь за 10 лет около 3 млн человек, рост там посевных площадей примерно в 2 раза, возвращение разоренными около 20 % переселенцев, рост урожайности хлебов, при том что она оставалась значительно ниже, чем в странах Европы, рост экспорта зерна (до 20 % общего производства), голод 1911–1912 гг. в ряде губерний Поволжья и центра страны. Все это происходило на фоне проведения реформы бюрократическим аппаратом насильственными методами, сопротивления «низов» и дворянских «верхов», опасавшихся экономического конкурента в деревне.
Реформа имела, серьезные изъяны. Главный ее порок – в сохранении помещичьего землевладения и несовместимости этого с подлинным экономическим прогрессом в деревне. Реформа оказалась слишком запоздалой, потому что у страны не было 20 лет, на которые уповал Столыпин; в результате царизм не успел создать себе опору в деревне из крестьян – собственников земли. К тому же в затее с хуторами и отрубами было много надуманного, а сам замысел реформы в определенной степени был оторван от реальной жизни.
Оживление сельского хозяйства стало мощным толчком для развития промышленности. Быстрыми темпами развивалось производство чугуна и стали, важнейших для того времени видов продукции. Самое яркое достижение – взлет кооперативного движения. К 1914 г. кредитная кооперация охватила около 25 % крестьян-домохозяев. Но к 1912 г. внешний долг России составил 6,5 млрд руб., а ежегодные выплаты по нему – 400 млн руб.
Начался новый этап монополизации российской промышленности, состоявший в слиянии банковского капитала с промышленным. Банки становились влиятельными акционерами, а зачастую и фактическими хозяевами промышленных предприятий. Так, в судостроительной промышленности образовалось две монополистические группы: Русско-Азиатского банка и Петербургского международного банка. Русско-Азиатский банк объединил 8 акционерных обществ (Русско-Балтийский, Путиловский, Невский судостроительный и другие заводы). Петербургский международный финансировал 2 объединения («Коломна-Сормово» и «Наваль-Рассуд»), монополизировавшие судостроение для бассейна Волги и Черного моря.
К 1913 г. царская Россия достигла вершины экономического развития. Но она оставалась аграрной страной (в промышленности было занято 10 % населения). В IV Государственной думе министр финансов В.Н. Коковцов выступил с заявлением, в котором демонстративно отказался от лозунга Витте – догнать Западную Европу по уровню экономического развития. Россия была страной «второго эшелона» капитализма. Ее промышленность отставала в техническом отношении от европейской и была больше приспособлена для внутреннего рынка. В 1913 г. на долю России приходилось чуть больше 4 % мирового промышленного производства (для сравнения: США давали 34 % мировой промышленной продукции).
Была сделана попытка направить на реформистский путь рабочее движение на основе признания права рабочих на стачки и профсоюзы. Но в послереволюционных условиях после четырех лет обсуждения все свелось к принятию в 1912 г. законов о страховании рабочих, охвативших 15 % их численности. Было закрыто около 600 профсоюзов, а число их членов сократилось в 20 раз. Некоторые предприниматели (А.И. Коновалов, С.Н. Третьяков) заботились об улучшении условий жизни рабочих своих предприятий: строили жилье, больницы и т. п. Средняя продолжительность рабочей недели сократилась с 75 до 50–60 часов. Увеличивались расходы предпринимателей на медицинскую помощь рабочим. Были заключены первые коллективные договоры с предпринимателями. Но во всей текстильной промышленности России работницы только двух фабрик получали оплачиваемый отпуск по родам. Смертность детей до трех лет в фабричных районах составляла более 50 %. Изучавший бюджеты петербургских рабочих экономист С.Н. Прокопович писал в 1909 г., что «для большинства рабочих семья является недоступной роскошью», а около 70 % одиноких и более 40 % семейных рабочих снимали углы.
Не произошло сдвигов в решении национального вопроса. Столыпин стал создателем партии националистов в 1909 г. под лозунгами «неделимости» империи и «главенства русской нации». Права финского сейма ограничили совещательным голосом. Было резко сокращено представительство национальных окраин в Государственной думе. Столыпин отверг предложение о равенстве различных конфессий, разжигая антисемитизм, антипольские и анти-кавказские настроения, националисты стремились запугать массы «засильем инородцев», сформировать образ «внутреннего врага». Выражением этой линии стало «дело Бейлиса», по которому против еврея Бейлиса в Киеве было выдвинуто обвинение в ритуальном убийстве христианского мальчика (1911). Суд присяжных в 1913 г. оправдал Бейлиса. Ставка на национализм как на идеологию широких масс оказалась неудачной.
Политическая жизнь страны. Избирательный закон от 3 июня 1907 г. обусловил резкое изменение состава III Думы, которая работала весь положенный срок, с ноября 1907 по июнь 1912 гг. Из 422 депутатов крайне правые имели 50 мест, националисты и умеренно правые – почти 100, октябристы – около 150, прогрессисты (новая партия промышленников, оформившаяся в 1912 г. и занимавшая промежуточное место между октябристами и кадетами) – 28, кадеты – 54, национальные группы – 26, трудовики – 14, социал-демократы – 19 (эсеры бойкотировали выборы в III и IV Думы). Столыпин рассчитывал, имея сильное правое крыло и прочный октябристский центр, проводить в Думе свои предложения.
В новых условиях все политические силы должны были пересматривать свою тактику. В конце 1907 г. возникла, новая монархическая партия «Союз имени Михаила Архангела» (В.М. Пуришкевич), появление которой было вызвано не только личной борьбой за первенство, но и иным отношением к Думе и реформе Столыпина. В отличие от «Союза русского народа», стоявшего за сохранение общины и законосовещательных прав Думы, новая партия поддерживала Столыпина и допускала наделение Думы законодательными полномочиями.
Либеральные круги (октябристы и кадеты) стремились приспособиться к столыпинскому курсу. На путь последовательной поддержки столыпинских реформ встали октябристы. Но невозможность провести преобразования, особенно после смерти Столыпина, усилила оппозиционность партии и привела к ее расколу. Кризис переживала и партия кадетов. Позицию правого крыла партии отразил сборник «Вехи» (1909). В противовес революции социальной авторы этого сборника (Н.А. Бердяев, П.Б. Струве и др.) выдвигали идею духовного очищения личности. Свою роль в Думе кадеты определяли как «ответственную оппозицию» (в отличие от «безответственной» социал-демократической партии, использующей Думу в агитационных целях).
