— Представь себе, нет. Меня всю ночь кормили как на убой. Я оказался очень удачливым попрошайкой.
— Не сомневаюсь. Тогда рассказывай, что с тобой случилось. Только будь любезен, по порядку.
Ну я и рассказал. Причем для начала подробно расписал свои скитания по Ехо в поисках неуловимого Магистра Хаббы Хэна. Или не Магистра. Но неуловимого, дырку над ним в небе! Мне казалось, что на фоне такого вступления мой сговор с Кобой покажется Шурфу не безумием, а вполне остроумным маневром. Сам я, несмотря ни на что, по-прежнему придерживался именно такого мнения.
— Единственное, что меня по-настоящему удивляет, — сказал Лонли-Локли, дослушав мой монолог до конца, — это тот факт, что ты до сих пор жив.
— Ты мне это уже сто раз говорил, — буркнул я.
— И еще скажу. Столько раз, сколько понадобится. Ты ведешь себя как безумец, сэр Макс. Или как мальчишка, каковым, строго говоря, и являешься. Не забывай, я в курсе, что в том Мире, откуда ты родом, живут очень недолго. И взрослеют быстро, но, как я понимаю, только с виду. Сколько тебе сейчас лет? Тридцать? Чуть больше?
Я был озадачен таким поворотом.
— Честно говоря, я уже давно сбился со счета. Но точно больше тридцати. Тридцать пять, что ли?..
— Неважно, — отмахнулся он. — То есть ровно столько, на сколько ты сейчас выглядишь. Самое время забирать тебя из начальной школы и браться за подготовку к университетскому образованию.
— Лишь бы издеваться, — с упреком сказал я.
— Я не издеваюсь. Просто напоминаю тебе и, что гораздо важнее, себе некоторые факты. Пойми, Макс, для такого могущественного человека ты действительно слишком молод и неопытен. У тебя просто не было времени разобраться в себе и в жизни. Твое место скорее в школе, чем в Тайном Сыске. И совершенно неважно, как ты при этом выглядишь, состариться — не значит повзрослеть, эти вещи никак не связаны. Не знаю, чем тут можно помочь. А должен бы знать. Это моя обязанность.
— Эй, дружище, притормози! — возмутился я. — С какой стати это твоя обязанность? Не входи в роль заботливого папаши. Понимаю, что сейчас мой внешний вид у кого угодно родительские чувства может пробудить, но к вечеру это пройдет.
Лонли-Локли столь выразительно отмахнулся от моих попыток постоять за себя, что я заткнулся на полуслове. Сам виноват, забыл, с кем имею дело.
— Вышло так, что ты стал моим проводником в путешествиях между Мирами, — наконец сказал он. — Более того, однажды ты провел меня на Изнанку Темной Стороны и помог там выжить[20] а это и вовсе немыслимое дело, куда больше, чем один человек может сделать для другого. Я уже как-то говорил тебе, что, приняв твою помощь, одновременно возложил на себя обязанность охранять тебя в этом Мире. Это не сделка, а правило, нарушить которое я не решился бы, даже если бы очень захотел. А я, как ты, надеюсь, понимаешь, не хочу. Но в последнее время я плохо справляюсь со своими обязанностями, И это меня тревожит. Наверное, я бываю невыносим, но поверь, мною движет вовсе не желание отравить тебе жизнь, а намерение ее сохранить. Впрочем, строгостью тебя тоже не проймешь, так что я, наверное, зря стараюсь.
Его монолог так меня растрогал, что я дара речи лишился. Ненадолго, конечно, но все-таки. А потом попытался утешить своего друга.
— Все в порядке, сэр Шурф. Как ты можешь отравить мне жизнь? Не выдумывай. И ты не зря стараешься. Но мне сейчас только этот загадочный Хабба Хэн и может помочь. А я не могу его найти, потому что очень хочу, — ну, я тебе уже рассказывал, и сегодня, и когда ты меня от супа спасал, помнишь?
Он пожал плечами, всем своим видом выражая искреннее недоумение.
— Было бы странно, если бы я забыл обстоятельства твоего дела за такой короткий срок.
— Вот ты бы Хаббу Хэна сразу нашел, не сомневаюсь, — вздохнул я. — А может, действительно поищешь? И попросишь его ко мне прийти? Скажешь, совсем сирота пропадает…
— Насколько я понял из твоих же объяснений, Хабба Хэн не станет встречаться ни с кем, кроме человека, который сумел его найти, — напомнил Шурф.
— Ну да, конечно. Не обращай внимания, дружище, это я так, несу что попало, — горько вздохнул я. — Понятно, что если ты встретишь Хаббу Хэна, это принесет пользу только тебе и никому больше. Но ты и без того вполне безупречен, так что затея не имеет смысла, не в коня корм. Обидно. Ты-то небось отлично знаешь, как это — хотеть и одновременно не хотеть… Эх, оказаться бы в твоей шкуре, хоть на пару часов!
— Ты уже не первый раз это говоришь, — сухо заметил Лонли-Локли.
— Ну да, не первый. А толку-то?
Он испытующе поглядел на меня, да так, что мне стало не по себе. Трудно сказать почему. Вроде, ничего особенного не случилось, а мороз по коже.
— Откуда ты мог узнать про Обмен Ульвиара, вот чего я действительно не понимаю, — наконец сказал Шурф.
— Про обмен — чего?! — искренне изумился я.
— Ну, заклинание Фиттеха. Или Аромат Тени. В разных источниках приводятся разные названия… Не притворяйся, сэр Макс.
— Понятия не имею, о чем ты толкуешь, — вздохнул я. — Вечно всем кажется, будто я знаю какие-то дурацкие чужие тайны. И ты туда же.
— То есть ты изъявляешь желание оказаться в моей шкуре просто так, без задней мысли? — с сомнением спросил он.
— Ну да. Для красного словца, чтобы подчеркнуть трагичность своего положения.
И тут до меня начало доходить.
— Погоди-ка, Шурф. Хочешь сказать, речь идет о чем-то возможном?!
Он молча смотрел на меня. На бесстрастном лице не было ни единого следа внутренней борьбы, зато воздух в комнате звенел от напряжения, а мои лохмотья вдруг заискрились от статического электричества.
Наконец мой друг встал и вышел из кабинета. Я уж не знал, что и думать. Сидел, ждал каких-то невероятных чудес, дрожал не то от страха, не то от нетерпения. Но Шурф вернулся вовсе не с каким-нибудь зловещим магическим жезлом в деснице, даже не с древним фолиантом под мышкой, а всего-навсего с ворохом одеял в охапке. Кинул их на пол рядом со мной.
— Ты хотел спать, — напомнил он. — Вот и ложись, поспи пару часов. А я пока подумаю и приму решение.
— С чего ты взял, что я смогу уснуть?! — взвыл я. — После бальзама Кахара и твоих интригующих намеков?
— Ничего, если проблема только в этом, я ее решу. Как раз вчера думал, что неплохо бы освежить в памяти некоторые знахарские навыки, которым обучился в юности. Ты согласишься принять мою помощь?
— Неплохо бы, конечно, но…
Я хотел вежливо осведомиться, не опасно ли вспоминать давно забытые умения вот так сразу на живом человеке, не замучив предварительно дюжину морских свинок, но не успел произнести ни слова. Сэр Шурф положил ладонь на мою макушку, и я мгновенно отрубился. Практически умер. Но, к счастью, не навсегда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
