— Вы не команда, вы самое жалкое сборище лентяев, которое я когда-либо видел. Мне давно хотелось показать вам, что значит настоящая дисциплина. — Брэкетт повернулся к Дейви: — Ты действительно собираешься стать матросом, парень? Думаешь, что у тебя есть все, что для этого требуется?
Дейви кивнул, нервно сглотнув.
— Но, как оказалось, ты даже не умеешь работать со свайкой. Возможно, тебе придется по вкусу менее тяжелый инструмент. Как насчет того, чтобы попробовать кнут?
София метнулась вперед.
— Нет!
Мистер Брэкетт повернулся к ней:
— Мисс Тернер, это неподходящее зрелище для леди. Вы должны вернуться в свою каюту.
— Нет. Вы не можете это сделать. Я этого не допущу.
Как только эти слова сорвались с ее губ, София поняла, что совершила серьезную ошибку. Если у Дейви еще оставалась надежда на снисхождение, то теперь она напрочь лишила его этой надежды. Черные, как обсидиан, жесткие глаза Брэкетта буквально приковали ее к доскам палубы. Теперь он не отступит. Уступив пассажирке в такой ситуации, Брэкетт перед всей командой признал бы свое поражение.
— Прошу прощения, что задеваю ваши нежные чувства, мисс Тернер. Но справедливость далеко не всегда имеет привлекательный вид. Я настоятельно советую вам идти вниз.
— Идите, мисс Тернер, — сказал Дейви. — Мне не впервой, спасибо, конечно, но не беспокойтесь за меня.
Конечно же, Дейви совсем не хотел, чтобы она видела, как плеть будет плясать на его спине. София бросила на него извиняющийся взгляд. Затем она решительно вздернула подбородок и сказала Брэкетту:
— Я останусь. Если вы способны совершить подобное злодеяние, вам придется сделать это в моем присутствии.
Может, если она будет здесь, этот человек обойдется с Дейви помягче. Или она сделает вид, что упала в обморок, и тогда экзекуцию прекратят.
— Как пожелаете. — Брэкетт повернулся на пятках, держа свайку в руке острием вперед, и она, подобно стрелке компаса, постоянно указывающей на север, остановилась, показав на Куина. — Вот ты. Привяжи Линнета к ноку рея.
Приглушенные ругательства пронеслись по толпе, а Куин беспокойно переступил с ноги на ногу. Брэкетт снова развернулся, сделав еще один угрожающий жест свайкой, при этом с него слетела шляпа. Матросы в молчании отступили.
На лбу Софии выступила холодная испарина.
— Сними рубаху, Линнет.
Парень остался стоять неподвижно, и Брэкетт, подцепив воротник его рубашки острым концом отполированной железки, дернул грубую, но истончившуюся от старости ткань и разорвал одежку паренька от воротника до пояса. Второй рукой он быстрым движением сдернул рубашку с тела мальчишки, обнажив гладкую бледную грудь.
Положив свайку на плечо, словно дуэльный пистолет, Брэкетт повернулся к Куину:
— Привяжи его наверху.
Куин не пошевелился. Он стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, похожий на застывшую гору мускулов. И он выслушал команду Брэкетта с каменным равнодушием горы, которой только что приказали подпрыгнуть. «Заставь меня, — говорил его взгляд, — и я посмотрю, как у тебя это получится».
Софии хотелось верить, что этот человек на стороне Дейви, но она подозревала, что настоящей причиной его вызывающего поведения служила жара. Если Куину десять минут назад не хотелось лезть на мачту, ему вряд ли могла прийтись по душе идея еще и парня тащить с собой.
Казалось, мистер Брэкетт не слишком рассержен молчаливым отказом Куина. Наоборот, Софии показалось, что он был странно доволен этим отказом. На его лице загорелась хищная предвкушающая улыбка.
— Значит, ты отказываешься повиноваться прямому приказу, Куин?
Куин не шелохнулся.
— Неподчинение, — сказал Брэкетт, медленно обходя Куина, — является серьезным нарушением. Советую тебе хорошенько подумать. Повторять я не буду. — Брэкетт отчеканил каждое слово, сопровождая их толчками в грудь матроса: — Привяжи его наверху.
Куин небрежно отмахнулся от свайки — так лошадь дергает боком, чтобы согнать муху.
Брэкетт насмешливо улыбнулся, по его бровям тонкой струйкой потек пот. Его глаза подернулись пеленой безумия, и железный штырь заплясал в его руке как орудие какой-то страшной, дьявольской пытки.
— Я собирался использовать мальчишку в качестве примера, но теперь, думаю, — он вновь толкнул Куина, — ты послужишь гораздо лучшим примером.
С неожиданной стремительной яростью Брэкетт ударил Куина тяжелой железной иглой под колено. Нога у мужчины подкосилась, и он упал на палубу с глухим стуком.
София закрыла рот рукой, чтобы не закричать.
Куин застонал и попытался подняться на колени. Брэкетт перехватил свайку за острие и тупым концом ударил Куина между лопаток, так что тот растянулся на палубе лицом вниз. Прежде чем матрос успел оправиться от удара, Брэкетт придавил каблуком сапога его шею, не давая раненому подняться.
Матросы оцепенели. Ничего не понимая, они смотрели друг на друга. София видела их замешательство. Даже если бы капитан воспротивился подобной жестокости — а София была уверена, что такое насилие капитан Грейсон не одобрил бы, — открытое противостояние Брэкетту означало настоящий бунт на корабле.
Куин пытался подняться. Брэкетт ударил его каблуком по шее, пресекая всякое сопротивление.
— Принеси мне плеть, — приказал Брэкетт, штырем указывая на Дейви. — И поторопись, а то я увеличу количество ударов вдвое.
София не стала дожидаться реакции Дейви. Она развернулась и стремительно понеслась к трапу, затем вниз, через дамскую каюту в румпельную.
— Мистер Грейсон! — Она протиснулась через беспорядочно составленные ящики. — Мистер Грейсон! Грей!
Чья-то сильная рука схватила ее за локоть.
— Все-таки ты пришла ко мне?
Услышав его сонный баритон и ощутив успокаивающее прикосновение мужской руки к своей коже, она едва не забыла, зачем прибежала в это темное и не предназначенное для людей помещение. Он сел на своем странном ложе и, прислонившись к поставленным один на другой ящикам, протер глаза, прогоняя сон.
— В чем дело, моя дорогая?
— Пойдемте быстрей, — проговорила она, в свою очередь, подхватывая его руку.
Услышав безумное дрожание в ее голосе, Грей тотчас перестроился на серьезный лад. София потянула его сильнее, но он не тронулся с места.
— В чем дело? — повторилон, строго глядя в ее широко раскрытые от страха глаза.
— Это Дейви. И Куин… Он собирается сечь их.
— Кто?
— Мистер Брэкетт.
Он вполголоса чертыхнулся и, ни слова не говоря, почти бегом бросился наверх. София поспешила за ним.
