***
Эрик бросил телефон Каю и полез за аптечкой. Рана в груди все еще кровоточила и разрывала тело монотонной болью, от которой мозги отказывались работать, превращаясь в кашу. А это сейчас слишком мешало. Достав шприц, он вколол себе небольшую дозу обезболивающего, и снова обратил свой взор к ноутбуку. Клавиши уже залипали от крови с его рук, поэтому пришлось вскрыть упаковку марли, чтобы их протереть. Кай периодически поглядывал на него, стараясь скрывать удивление и поменьше потеть от волнения за свою жизнь. Но Эрику было наплевать ровным счетом — на все! От Нейлы… точнее, от Лии, шел хороший сигнал в сорока километрах от него. Они уже летели по скоростной трассе, и его машина не должна была уступать той, на которой ехала она. И хоть вряд ли ей может удаться снять его ошейник, рисковать он намерен не был. Но… у него было больше не опасений, а желания проучить девчонку и просто скорее оказаться рядом с ней.
— Черт тебя подери! Кай, нажми на газ. С такой скоростью и я мог бы ехать.
— Извини, брат.
— Не преувеличивай, ты мне не "брат". А вот кто именно сейчас — я был бы не прочь узнать.
— Я помог тебе в Отеле, — выдвинул Кай свой аргумент. — Разве это ничего не значит?
— Это значит то, что ты еще дышишь, и я ни сколько не преувеличиваю, Кай. Ты стал слишком назойлив, а мне это не нравится, как и то, что ты плелся за нами всю дорогу. Полагаю, Нифер тоже знает все наши передвижения, — заметил Эрик.
Кай стал потеть в два раза сильнее.
— Ты же знаешь, что у меня нет выбора. Ему нужна эта девчонка, и он не отступит. Отдай ее. Зачем тебе такие проблемы? Ты можешь получить любую другую.
— Отвали, Кай. Я не собираюсь повторять дважды. Где сейчас Нифер?
— Он ждет моего звонка, и если я снова разочарую его, то он приедет сам. Тебе это надо?
— Ты решил сморить меня уговорами? Не очень умно с твоей стороны.
— Я решил попробовать достучаться до твоего здравого смысла, помнится, он у тебя когда-то был.
— Он был еще двадцать четыре часа назад, и кончился как раз перед тем, как я встретился с этой Нейлой.
— Ну вот, видишь, ты и сам не рад этому знакомству. Давай, я просто избавлю тебя от него.
— Кай, ты выбрал неудачное время для такого разговора. Я сейчас ранен, зол и голоден. Я за это время спал всего около часа. Поэтому закрой свой рот и смотри на дорогу, или выматывайся из моей машины.
— Поверь, если ты отделаешься от меня, это ничего не решит. Я лишь прошу помочь мне и в ответ готов помочь тебе. Я придержу Нифера…
Эрик не смог сдержать смеха, даже несмотря на то, что он отозвался болью в раненой груди.
— Ниферу не выгодно встречаться со мной, тем более сейчас. И я не собираюсь менять своего решения, поэтому полагаю — наш разговор закончен. Но, отдавая честь твоей смелости, я могу позволить тебе доехать со мной до первого города, если ты сейчас заткнешься. Это все, что я могу для тебя сделать. Выбирай, — предложил Эрик, понимая, на какой риск идет сам. Этот парень предаст любого, лишь бы выжить. И он еще хочет втесаться к нему в доверие. Но если бы Эрику не было так удобно его присутствие, он бы уже выкинул этого ликана из машины с пулей во лбу. И только понимание того, как сложно жить в Стае Нифера, позволяло давать Каю поблажки.
— Хорошо, молчу, — ответил тот, не переставая потеть и нажимая на газ.
— Молодчина, хорошее решение. Едем прямо.
И, наконец, Эрик вернулся к своему ноутбуку. Красный огонек его Нейлы продолжал мигать на мониторе, немного успокаивая, но все сильнее подгоняя и накаляя нетерпение. Что-то ему подсказывало, что девчонка надеялась как-то снять его ошейник, иначе не было бы смысла убегать и устраивать такую бессмысленную погоню. Но Эрик не был глупцом, поэтому подстраховался и здесь. Стая Ветхих оказалась для него хорошей школой…
Мать вела его за руку по широкому и темному коридору. Но его тревожила не это странное место, в которое они приехали, а ее состояние. Она была очень слаба. В последнее время мать сильно похудела и все больше проводила время в образе волчицы, но даже она не придавала ей силы, а казалось, что все было наоборот. Нифер же только усугублял ее состояние. И за это Эрик ненавидел его всей своей еще маленькой сущностью. Они вошли в какую-то светлую комнату, и мать повернулась к нему.
— Эрик, послушай меня, — сказала она, присаживаясь перед ним на колени. Позади нее появилась худощавая женщина со светлыми волосами и улыбнулась ему. — Это Сара, моя хорошая знакомая. Я оставлю тебя с ней…
— А ты?
— А я вернусь обратно.
— Но ты не можешь вернуться к этому живодеру, — обидчиво буркнул он.
— Не переживай, со мной все будет в порядке, — соврала она, и у самой проступили слезы. — Так надо, поверь мне. Эти ликаны — Ветхие — помнишь, я рассказывала тебе о них? — Эрик кивнул. — Они помогут тебе, и слушай все, что они будут тебе говорить.
— А почему они не могут помочь тебе? Почему мы не можем остаться здесь вместе?
Мать закусила губу и обняла его…
Эрик протер ладонью лицо, прогоняя воспоминания. Тогда он не сразу понял, какую жертву принесла собой мать. Нифер был и остается ликаном, который отвоевал себе ни одну Стаю, теперь владея ими и их территорией. Для одного ликана это было слишком много, но только не для Нифера. Все дело было в Нейлах и, конечно же, в его желании обладать властью. Он нападал лишь на те Стаи, в которых были Нейлы, одерживал верх в битвах с ними и губил этих несчастных женщин. Насколько Эрик знал, двое из них покончили жизнь самоубийством, одной он — как говорили — случайно свернул шею, а его матери повезло меньше — она родила от него ребенка, что в купе с Нифером истощило все ее силы, убивая долго и мучительно. Волчица грызла ее изнутри, чувствуя эту слабость. И зная, что ей не так много оставалось, мать сделала все, чтобы защитить своего сына. Она отдала его Ветхим. И то, что она сделала это в обход воле Нифера, он ей еще долго не мог простить.
— Я хочу забрать своего сына, — сказал Нифер, сидя на стуле в комнате посетителей.
— Нет, Нифер. Мальчик останется у нас.
Эрику позволили наблюдать за их разговором по монитору, на который камера выводила изображение.
— Это мое право! — выкрикнул он, ударяя кулаком по столу, и шестеро охранников, занявшие позиции по периметру комнаты, вскинули оружие.
— Ты отрекся от него. Это слышали многие. И с того момента ты потерял все права на своего сына. К тому же — у тебя остается его мать. Поэтому, тебе нечего нам возразить.
— Ты хочешь войны?
— Отнюдь, но прежде чем объявлять ее нам, сопоставь силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
