Незнакомка одета в голубое шелковое платье: материя старинная и фасон средних веков. На шее у ней нитка розовых кораллов. У корсажа пучок пунцовых роз. На пальцах дорогие кольца.
Она идет по залу с видом владелицы замка, едва отвечая на поклоны.
В глазах ее властная, притягательная сила.
Гарри совершенно очарован своей дамой. Он проходит с ней все бальные залы и подходит к главному буфету.
Но на все предложения любезного хозяина незнакомка качает отрицательно головкой.
Умоляя ее отпить из бокала шампанского, Гарри берет ее за руку.
- Боже, какая холодная ручка. Вам холодно! - и он торопливо отдает приказание затопить камин у себя в кабинете.
Кабинет, спальня и уборная хозяина - почти единственные комнаты в этом этаже, закрытые для гостей.
Музыка играет веселый вальс.
Гарри делает несколько туров со своей дамой. Она танцует превосходно, точно скользит по полу, отдаваясь в объятия своего кавалера.
- Довольно, - шепчет она, и Гарри тотчас же останавливается.
Джемс на другом конце зала занят усиленным флиртом с маленькой испанкой в желтой шелковой юбке; он в это время поднимает голову, и взгляд его падает на красавицу рядом с Гарри.
Он слегка вскрикивает, и веер, который он выпросил у своей дамы, со стуком падает к ее ногам.
Кое-как проговорив "извините", Джемс бросается через зал к Гарри, но пока он пробирается между танцующими, пара исчезла.
Он хочет бежать дальше... Рука Райта его останавливает.
- Джемми, что с тобою, ты бледен, как мертвец? - говорит капитан.
- Но это она, она, я узнал ее, пусти меня, - вырывается Джемс.
- Нет. Кто "она", говори, - властно приказывает Райт.
- Та, в голубом платье, из Охотничьего дома.
Райт вздрагивает и бледнеет, в свою очередь.
- Где она? - тревожно спрашивает он.
- С Гарри под руку, с Гарри, надо предупредить; я чувствую сердцем, Гарри грозит опасность, - взволнованно твердит Джемс, порываясь бежать.
- Да, ты прав; надо искать, надо узнать, кто она? - решает Райт.
Они обегают все залы, невежливо толкая танцующих, нахально заглядывают в уютные уголки, прерывая жаркие признания. И уже готовы спуститься в сад, как Райту приходит на ум спросить камердинера: "Где господин хозяин?"
- Мистер приказал затопить камин в кабинете; вероятно, он там, - отвечает Сабо.
- Идем туда!
IV
Между тем Гарри, окончив вальс, повел свою даму к двери кабинета.
- Я сейчас вас согрею, - шептал он, - там топится камин, и никто туда не войдет.
Его тешила мысль остаться наедине с красавицей и упросить ее снять кружево с лица.
Лакей распахнул перед ними двери кабинета.
"Сейчас я увижу ее рядом с собою, - подумал Гарри, - зеркало висит как раз против двери".
Они входят. Что за странность: Гарри видит себя в зеркале, но одного; рядом нет ничего; видно только, как лакей закрывает дверь.
Прежде чем ошеломленный Гарри мог что-либо сообразить, спутница увлекает его на низенький диван, кладет себе под руку мягкую подушку. Она это делает с таким видом, точно бывала не раз в этой комнате.
Грациозным движением вытаскивает розовую сердоликовую булавку и откидывает кружево.
Если через кружево она казалась красавицей, то теперь она была еще лучше.
Гарри позабыл весь мир: он соскальзывает с дивана на ковер к ногам красавицы и кладет голову на ручку дивана.
Дама наклоняется низко-низко; Гарри чувствует одуряющий запах лаванды и неизъяснимую сладкую истому. Глаза сами собой закрываются.
Он сознает, как сквозь сон, что холодные пальчики с острыми ногтями ищут расстегнуть ворот его костюма...
Вдруг дверь с шумом открывается: это Райт и Джемс, вопреки настоянию лакея, входят в кабинет.
Женщина поднимает голову, и взгляд, полный злости и ненависти, на минуту останавливает молодых людей.
Она встает, а Гарри безжизненно падает на ковер. Он в глубоком обмороке.
Райт бросается к незнакомке, чтобы задержать ее; но уже поздно. Она у двери, портьера скрывает ее.
Друзья, не зовя слуг, освещают и обыскивают все: спальню, уборную никого. Все двери заперты и заложены изнутри.
Гарри кладут на диван и приводят в чувство. Первое его слово о красавице.
Райт старается уверить его, что он ошибся, что душный воздух зала был причиною его обморока.
- Полноте, я отлично все помню. Она была здесь; вот и подушка, на которую она опиралась; вот и ямка от локтя; затем он быстро нагибается, что-то поднимает и с торжеством, показывая сердоликовую булавку, восклицает:
- А это что? Вы и теперь будете отрицать ее существование! И какая у вас цель? - и ревность, горячая ревность загорелась у него во взгляде.
- Полно, Гарри, только не это! - вскрикивает Райт.
- Мне одно странно, - продолжает Гарри, - когда мы вошли, я не видел ее в зеркале, хотя она и была рядом со мной.
При этих словах Джемс вздрагивает и испуганно смотрит на Райта.
- Все это мы разберем после, а теперь нельзя оставлять гостей одних, - благоразумно замечает капитан.
Гарри послушно поднимается, и все выходят из кабинета.
Джемс берет капитана под руку и шепчет ему:
- А мне эта история не нравится; тут что-то неладно... И скажи, где я ее видел, а что видел, то это несомненно.
- А заметил ты странность, - продолжал Джемс, - в спальне Гарри, на обеих стенках его кровати, есть знак пентаграммы? Видел ты его?
- Пентаграммы? Ты хочешь сказать о том каббалистическом знаке пятигранной звезды, что, по преданию, в средние века употребляли как заклинание против злых духов?
- Ну, да, - подтвердил Джемс.
- Неужели Гарри сам велел их приделать к спинкам? Я ясно рассмотрел; они не входят в рисунок кровати, а помещены сверху.
- Не вижу тут ничего особенного, - сказал спокойно Райт. - Знак пентаграммы, видимо, почему-то был любим бывшим владельцем замка. В вещах, перешедших к Гарри по наследству, он часто встречается, и я видел золотую цепь, на которой висит знак пентаграммы из чистого золота, усыпанный бриллиантами. Вещь в высшей степени художественная, и Гарри сказал, что она нравится ему больше всех остальных вещей и что носить ее он будет охотно.
- Райт, мне необходимо сегодня же говорить с тобою, - заявляет Джемс.
- Хорошо, когда проводим гостей. Смотри, к тебе идет твоя испанка.
- А, ну ее к черту, не до того теперь! - ворчит Джемс.
Веселье, ничем не нарушаемое, царит в залах; гости по-прежнему танцуют, пьют, любезничают. Только хозяин стал холоднее; он не замечает ни страстных взглядов, ни вздохов, ни милых улыбок, которыми щедро дарят его красивые и некрасивые особы женского пола.
Он молча бродит по комнатам.
Красавица в голубом платье как внезапно появилась, так внезапно и исчезла, унеся с собою и веселье хозяина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
