— Знаете, Юлия Михайловна, если бы вы не были невестой Игната Маратовича, я бы постаралась окрутить вас и взяла бы к себе работать. У вас феноменальные данные, великолепное чувство вкуса и стиля. редко такое встретишь. Обычно мои сотрудницы долго учатся и все равно и близко нет той хватки и восприятия, которое есть у вас.. а еще и чутье.
Пока женщина говорит, внимательно меня разглядывая и тепло улыбаясь, я откладываю нежно-лиловый букетик, который подобрала для столиков гостей торжества.
— Я просто люблю свою специальность, и она смежная, скажем так.
— Понимаю, но все же.. у вас явная склонность... я бы посоветовала вам уйти именно в дизайн интерьеров, у вас невероятный талант, я не льщу, дорогая Юлия Михайловна, а просто вижу, что вы будете нарасхват.
— Спасибо, я подумаю об этом, — отвечаю женщине и вновь с головой ухожу в выбор деталей, вместе с Вероникой Александровной мы успеваем очень многое. но домой я возвращаюсь разбитая и уставшая, голова гудит, в ногах усталость, а перед глазами мушки пляшут. Я никогда не думала, что у белого цвета может быть столько оттенков. Нет, я, конечно же, в плане архитектуры сталкивалась с этим всем, но не в тканях же.
Откидываюсь на спинку и смотрю в окно, на город, который стремительно скользит за пределами дорогого автомобиля.
Дождик моросит и люди жмутся под козырьками, на остановках стоят под навесами.
Вроде не так много времени прошло с момента, когда в такую же непогоду люди Игната затолкали меня к нему в автомобиль, а кажется, что целая жизнь.
Телефон звонит, и я опускаю взгляд на дисплей мама.
сердце сжимается, когда читаю ..
Прикрываю веки, выдыхаю и отвечаю. Мама рассказывает последние новости, я отвечаю, стараюсь, чтобы она не почувствовала моего напряжения, говорю, что устала и прикрываю веки, когда мама желает мне сладких снов и отключается.
Автомобиль останавливается у поместья Юсупова, и я иду в дом, стоит войти в особняк, как каким-то подсознательным чувством понимаю, что Игнат пришел.
Не знаю, как чувствую это. По энергетике дома, наверное, которая напитывается силой и мощью этого мужчины.
Останавливаюсь и не знаю, где искать Юсупова, так как страстно желаю увидеть этого противоречивого мужчину, который меня дезориентировал своим поведением полностью.
Игнат неожиданно выходит ко мне, разговаривая по телефону, без пиджака и галстука, рукава сорочки закатаны. Пришел с работы, а дела вести не прекращает, при виде меня мой будущий муж на мгновение останавливается, заканчивает разговор спустя пару минут, напоследок отдавая четкие указания, приказы, если быть точнее.
— Привет, — наконец, когда Игнат отставляет телефон, я произношу тихо, неожиданно опять не знаю, куда себя деть.
— Добрый вечер, - отвечает, улыбнувшись.
Пауза повисает, и мой жених делает несколько шагов ко мне, останавливается на расстоянии вытянутой руки.
— Как прошел твой день?
Так странно. Так непонятно и вместе с тем все как-то правильно. Вопрос обычный, мама часто папу спрашивает, и он ее, когда домой приходят и за ужином общаются, делятся мелочами, я привыкла к такому общению, но вот совершенно неожиданно с Игнатом так же общаться.
— Все хорошо, выбрала свадебный наряд, — отвечаю и слегка краснею.
— Голодная? — неожиданно меняет тему, и я в шоке смотрю на мужчину киваю.
— Пошли, посмотрим что-нибудь, я голоден, как зверь.
Так и хочется спросить, а где твой личный штаб поваров? Но я отчего-то молчу, и мы в тишине дома идем, а я как-то про себя отмечаю, что у Игната, видимо, прислуга приходящая. здесь никого особо не наблюдала.
Мы приходим на кухню, и Игнат открывает холодильник, где по контейнерам лежит все свежеприготовленное.
Мужчина рассматривает полки, а мне вдруг кажется, что он особо не знает, где что лежит и как это все брать.
— Давай я сама накрою на стол, — говорю ему в спину и мужчина поворачивается, смотрит на меня аномально и спустя мгновение медленно кивает.
Отходит, оставляя меня один на один с холодильником, а я нахожу все необходимое.
Здесь, можно сказать, целый ресторан на вынос, только еда домашняя.
Ставлю на электрическую плиту несколько кастрюлек, разогреваю, сервирую стол, нахожу все необходимое, салаты сервирую так, как в ресторане, в котором работала до недавнего времени, при этом чутко ощущаю на себе взгляд. Игнат следит за мной, за тем, что и как я делаю, круглый стол на навороченной кухне уже спустя несколько минут имеет вид ресторанного. Сервирую фужеры, расставляю тарелки, поправляю салфетки и, оставшись довольной своим стараниями, поднимаю взгляд и сталкиваюсь с внимательными желтоватыми омутами.
— Прошу к столу, - говорю, улыбнувшись, Игнат же медленно поднимается со своего места у барной стойки, открывает специальный холодильник, достает бутылку премиального вина и подходит ко мне, как джентльмен придерживает для меня стул, я сажусь, он открывает бутылку и разливает по бокалам.
И ощущение такое в воздухе повисает. Недосказанности какой-то. Напряжение усиливается...
Игнат садится передо мной, поднимает бокал, смотрит в мои глаза и неожиданно проговаривает тост:
— за нас.
Улыбаюсь на вот такое вот неожиданное заявление.
Нас. Это звучит странно, но сердечко у меня екает.
Звон бокалов раздается, багряная жидкость отдает приятной терпкостью на языке.
Я пробую весьма аппетитный салат, Игнат какое-то время ест молча.
— Как прошел твой день?
Не знаю, почему задаю этот же вопрос, что и немного ранее спрашивал Игнат, но... не знаю, мне кажется, что это правильно — интересоваться друг другом, учитывая, что мы собираемся жить под одной крышей, а возможно, и.. делить постель... От последней мысли бросает в жар.
Фокусируюсь на Юсупове, который делает медленный глоток из бокала и концентрирует на мне внимательный взгляд.
— Уверена, что тебе интересны вопросы моего бизнеса? — в его голосе слышна ирония, ноя отбрасываю ненужные мысли и говорю совершенно четко:
— Конечно, я же спросила тебя.
Кивает и вновь делает глоток.
— У меня назревает очень важный проект. Нужно сделать кое-что новое, создать комплекс, который будет отвечать всем международным стандартам и будет экологически чистым, сегодня разбомбил своих горе-инженеров, проектирующих новые здания. Мне нужны свежие идеи, я хочу создать нечто такое, что положит всех конкурентов на лопатки и выведет бизнес на мировую арену.
По мере того, как Игнат говорит, я вся превращаюсь в слух. Юсупов профи и явно понимает в бизнесе, который ведет, но больше всего меня затрагивает сама тема комплекса, то, что он говорит, его пометки, пояснения, все это формирует в моей голове четкую картину.
— Я, наверное, наскучил серьезными разговорами? - будто спохватившись, спрашивает, а я лишь качаю головой, уменя будто в голове уже картинка того, каким должен быть проект для Игната. Я вижу его перед своим мысленным взором, вижу дома, где на балконах в виде террас и на крыше будут разбиты настоящие сады, в моем проекте сияет солнце и ветер шумит, и я вижу строения невесомые, легкие, будто сотканные из небес.
— А можно МНЕ? — спрашиваю и смотрю на Игната с надеждой.
— Можно что? — не понимает меня, переспрашивает.
— Можно мне тоже попробовать свои силы, создать для тебя проект?
Я говорю, и сама понимаю всю абсурдность своей просьбы. Кто я? Всего лишь девчонка, еще даже университет не закончившая, без диплома, без особого стажа работы, без стажировки за рубежом.
На Игната работают асы и профи, а я...я все это понимаю, но в сердце рождается жгучее желание и стремление сделать этот проект, потому что мне кажется, что я стопроцентно знаю, что там должно быть.
Я уже вижу это все в своей голове...
— Ты сейчас шутишь? — спрашивает и губу прикусывает нижнюю, прищуривается.
— Я. я понимаю, что глупость сказала, что всего-навсего девчонка, которая учится на архитектурном, но... прошу, Игнат, позволь мне поработать над проектом, я.. мне кажется, что у меня есть идея, что я смогла…
