Ира хотела поздороваться в ответ, но с непослушных губ сорвался лишь хриплый шёпот.
Зачем он пришёл? Ведь шахматы будут только в четыре. И он, как сказал Витя, больше туда не собирался ходить. Да и вообще сейчас тихий час!
И тут Вадим вдруг шагнул вперёд и наклонился к ней, упёршись обеими руками в стол. Ира инстинктивно отпрянула. Что он творит? Зачем он так близко?
– Слушай, а чего ты от меня всё время бегаешь? – в серых глазах плясали задорные смешинки. – Я не кусаюсь. Можешь меня не бояться.
Вот так заявочки! Ира вовсе его не боялась, а… А вот что – она и сама не знала. Сама не понимала своей реакции. И что самое обидное, ничего с собой поделать не могла!
Но Вадим, к счастью, отступил от стола к стене. Уже легче. Ира даже смогла выдавить, заливаясь краской:
– Ничего я тебя не боюсь.
– А почему бегаешь тогда? – Казалось, он сейчас рассмеётся.
– Ничего я не бегаю.
– Да ну? А у клуба…
Только не это! Только не надо перечислять, где и когда она повела себя по-дурацки. Ей и просто помнить это мучительно, а ещё обсуждать вслух... Да с кем? С ним! Нет уж!
– Я… я просто спешила. – Ира опустила глаза.
– А-а? Ну ладно тогда, – сказал он легко. – А то я уж было расстроился…
Ира удивлённо воззрилась на него. Расстроился? Он? Почему?
– Думал, неужто я такой урод, раз от меня симпатичные девчонки шарахаются?
Ира смутилась ещё больше: это он её сейчас симпатичной девчонкой назвал?
– А куда ты так спешила, если не секрет?
Она растерялась.
– Ну так… просто… Денис велел… – пролепетала она.
Ничего правдоподобного в голову, как назло, не приходило.
– Ах, Денис! – И вдруг Вадим выпрямился, поджал губы и свёл брови к переносице, устремив на Иру непривычно хмурый взгляд. А затем не своим голосом произнёс точь-в-точь на манер Дениса: – Почему здесь такой непорядок? Карандаши вон разбросаны, листы лежат неаккуратно. И главное, почему тут посторонний? Да ещё и из другого отряда! Да ещё и в сончас!
Ира не выдержала и прыснула, а следом рассмеялся Вадим.
– Здорово у тебя получилось! Очень похоже.
– Да это я перепародировал с Павлика. Ты просто не видела, как наш вожатый вашего Дениса копирует. Вот это и впрямь умора! Он у нас почти любого может изобразить. Он вообще юморит постоянно. Ему точно на передачу «Вокруг смеха» надо, хотя нет, лучше в этот… в «КВН». Ты бы видела, как он пародировал Хазанова! Прямо один в один. Он многих так умеет.
– Да, повезло вам с ним, – улыбаясь, кивнула Ира.
– Ещё как! Он свой в доску. И весело с ним. И дискачи он здорово ведёт. Музон нормальный включает. Я прошлым летом в другой лагерь ездил, на море, всё там было зашибись. Удобства, например, не уличные, как тут, а нормальные, в каждом корпусе душ и туалет, откармливали просто на убой, но вот дискотеки… Нам там то Лещенко включали, то Кобзона, то еще какое старье. А то ли дело здесь, да? И это всё Павлик. У него такие записи есть – закачаешься! Скорпов слышала? Нет? А Джима Моррисона? Тоже нет? Ну ты даёшь! Обязательно послушай, если будет возможность…
Вадим разговаривал с ней так запросто, что Ира почувствовала, как постепенно стихает дрожь. И язык уже не такой деревянный. Волнение, конечно, никуда не делось, но как тут не волноваться, когда он тут, совсем рядом, такой красивый, такой… солнечный, почему-то пришло на ум Ире. Наверное, потому что в глазах у него отражается солнце, ну и потому, что улыбка у него открытая, добрая, по-настоящему дружелюбная. Самая лучшая улыбка! И он щедро дарит её всем подряд.
– А что ты тут делаешь? Тихий час ведь,– осмелилась спросить она. Голос, правда, был какой-то не свой, надтреснутый. Но хорошо ещё что вообще был – полчаса назад Ира и вообразить себе не могла, что сможет сказать Вадиму целую фразу, связанную и осмысленную, причём глядя в глаза.
– Угу. Тихий час – для всех, кроме нас*. Да просто решил в гости заглянуть.
– Зачем? – тихо спросила Ира.
Он пожал плечами и опять обезоруживающе улыбнулся.
– Захотелось. Приметил, что сидит тут девчонка симпатичная, к которой пытаюсь подкатить, она отшивает. Или дёру даёт. Я вчера, между прочим, правда, хотел тебя на чьё-нибудь место посадить. У тебя же нога болит. Болит еще?
У Иры сердце от его слов подпрыгнуло, перевернулось и пустилось в бешеный пляс. То есть всё-таки это она симпатичная? И он к ней подкатывал? Хотел познакомиться? Что ответить она не нашлась и, смутившись, отвернулась к окну, еле сдерживая счастливейшую улыбку.
– Кстати, я – Вадим, если ты вдруг не помнишь.
Как она могла забыть? Да и он наверняка сейчас слукавил. Если он такой наблюдательный, то уж точно заметил, как она то краснеет, то бледнеет при нём.
– Вадим Рудаков, – он картинно поклонился, прижав правую ладонь к груди. – Шестьдесят девятого года рождения. Холост. Вредных привычек не имею. Не привлекался…
Ира вновь засмеялась.
