Краем уха услышал, что кто-то вошел, но не обернулся. Да как тут поворачиваться, когда брюки еще топорщатся.
Вздрогнул, почувствовав спиной, как ко мне прижались приятные женские округлости. Дашка! Неужели тоже решила прекратить дурить? Умненькая моя…
— Даша, — выдохнул я, собираясь повернуться. Уж ей-то можно лицезреть, что со мной делают мысли о ней. Но меня удержали нежные ладошки, которые пробежались по груди, по прессу и задержались на ремне. Закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Судорожно втянул воздух, пропитанный запахом ее духов, когда ручки продолжили движение по вздыбленной ширинке. Дашка, когда я успел тебя так испортить, моя смелая практиканточка? Ащщ.
Собачка на молнии легко поддалась шустрым пальчикам, ремень тоже долго не сопротивлялся.
— Малыш, ты рискуешь, — выдохнул, совсем не желая, чтобы она останавливлась. Ох…
Я скорее угадал, чем почувствовал, что девочка опустилась на колени. Черт! Возбуждает просто нереально! Не могу остановиться после трех дней полного воздержания. А раз она так быстро действует, наверняка, предусмотрела все. Надеюсь, дверь заперта.
Однако в тот самый момент, когда меня коснулись ее губы, я и услышал странный щелчок. Замок. Открыл глаза и хотел как-то подхватить глупышку, чтобы спрятать от любопытных глаз, но замер в шоке. На полу передо мной на коленях стояла вовсе не Даша. Зато на входе именно она.
Сердце перестало биться и упало куда-то вниз.
Голубые глазищи с ужасом смотрели на то, как меня с жаром ласкают чужие губы… Надежды. Черт! С…ка! Что, бл… происходит? Я громко выругался отталкивая медсестру.
— Даша! — Но она уже развернулась и покинула ординаторскую. — Ты зачем это сделала, дура?
Рявкнул на довольно улыбающуюся идиотку у своих ног. Значит, все-таки Даша была права, это я дебил… и козел… бл…!
Пока застегивал ширинку, время катастрофически утекало, бросился в коридор, но моей импульсивной девочки уже нигде не было. Да куда же ты делась? В сестринскую? Вряд ли. Может к Ольге? Нет, Даша не из тех, кто жалуется. Боюсь, вообще рванула из больницы.
Бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Выбежал в холл на первом этаже, вызывая любопытные взгляды.
И тут сердце остановилось повторно. С улицы донесся визг тормозов и глухой удар. Холод пронёсся по венам. Я уже ясно понимал, что все неспроста. Расталкивая рукам встречных пациентов, вылетел на улицу.
Даша лежала на проезжей части в неестественной позе. Рядом развернутая ко мне задом иномарка и ещё несколько остановившихся машин.
Не чувствуя ног, бежал к ней, надеясь только на одно — что жива.
Раскидав собравшихся людей, упал рядом на колени. Пульс — слабый. Дышит. Хорошо. Плохо — из-под головы показалась струйка крови. Боже!
Повернулся глянуть, кто вокруг, вызвал ли кто медиков. Надька с…ка.
— Беги в приемник, срочно сюда носилки! Если она… — не договорил, она уже неслась назад в больницу, видимо, сообразив, что натворила. Змея.
— Дима! — к нам выбежали санитары с носилками и Тим. — Что, бл…произошло?
Но отвечать некогда. Я осматривал свою девочку, чтобы понять, как ее лучше транспортировать, и при том не усугубить ситуацию. Принял решение аккуратно переложить на носилки, фиксируя травмированные конечности. Тим согласился, что можно, и мы очень осторожно проделали это.
Упорно гнал от себя мысли, что передо мной она. Выключил все чувства, оставляя только разум доктора.
Санитары помогли закрепить и повезли в больницу, когда меня остановил бледный мужчина — водитель.
— Она выживет, доктор? Я… я не хотел, она выскочила внезапно… я не успел затормозить…
Нет, не могу сейчас думать, соблюдались ли правила, кто виноват… мне предстоит операция…
— Я сделаю для этого все возможное, чтоб она выжила… — ответил сбивчиво и быстро направился следом за носилками. Догнал Тима и попросил по-дружески разобраться с полицией.
— Сам будешь оперировать? — придержал он меня за локоть. — Дим, может не стоит?
Я попытался проанализировать свои ощущения. Руки и правда подрагивают, сердце не на месте, в глазах туман. Черт. Плохо дело. Кто сегодня из врачей? Неет… я не смогу доверить ее другому… если бы Гена, наш завотделения, то возможно, но он в отпуске, а другим — нет!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я сам, Тим, сам. Я справлюсь. Сейчас успокоюсь и все сделаю.
Я просто не могу иначе. Выбора нет. Если я не смогу — грош цена моим знаниям и умениям. Какой на хрен из меня тогда врач? Должен ее спасти, но не просто, а сделать так, чтоб она не осталась инвалидом. На плечи рухнул невообразимый груз. Передернул ими и решительно двинулся в отделение.
— Готовьте первую операционную, пострадавшую на МРТ, — резко отдал распоряжение. Зацепился взглядом за направляющуюся почти бегом в мою сторону Ольгу. — Даже не отговаривай.
— Не буду, — она сунула мне в руку стакан с водой, выпил залпом. — Давай, Дим, ты справишься, мы в тебя верим.
Сдержанно кивнул и открыл дверь операционной.
Глава 38
Я это сделал!
Не знаю, как, не знаю откуда взялось то ледяное спокойствие, не знаю чего оно мне стоило. Но операция прошла успешно. Михаил, ассистировавший мне, удовлетворенно кивнул. Дашу увезли в реанимацию, а я стоял, погруженный в себя, и не мог шагу сделать. Поднял руки и посмотрел на ладони. Вот сейчас пальцы начали дрожать, их едва не сводилл судорогой от напряжения. Расслабиться. Надо выдохнуть и расслабиться. Но нервы в животе стянулись в тугой узел, а кровь хлынула в голову.
Черт! Инсульта еще не хватало!
— Дмитрий Сергеевич… — сквозь заложившие уши прорвался чей-то голос. Ах, Ирина Андреевна, сестра. — Давайте помогу вам.
Она подхватила меня под руку и вывела из операционной. Стянула спецодежду и подвела к раковине. Помыл руки и направился к выходу. В голове сплошная вата. И только пульс бьет по вискам.
— Дима! — кто-то снова ухватил меня за локти, не давая рухнуть прямо здесь. Почему так хреново-то? Ведь все шло хорошо. Я держался. Старался не думать, кто передо мной и одновременно повторял себе, что от меня зависит ее жизнь и ее здоровье.
Движения очень точные, четкие. Моя работа требует сосредоточенности и скрупулёзности. Как я смог не сорваться раньше времени? Сейчас, чувствуя, что меня в буквальном смысле трясет, я поражался: неужели сделал-таки профессионально? Привычка, выработанная годами, взяла верх? У нас должно получиться. Применил все свои знания, весь опыт, чтобы девочка не испытала последствий травмы.
И все равно п…ц как страшно — вдруг где-то налажал. Сейчас ведь точно не скажешь. Пока она не придет в сознание, пока состояние не стабилизируется.
— Дим, — о, Ольга. — Давай домой, а? Я отвезу.
Тряхнул головой, разгоняя туман перед глазами. И Тим тут — держит меня, чтоб не свалился прямо посреди коридора.
— Нет, домой не поеду. Пока она там, нет.
- Ну нет, так нет, давай хоть в комнату отдыха. Тебе нужно прийти в себя.
Согласился. Но уже вполне мог идти сам. Конечно, слегка мутило и покачивало, но ничего — добрался. Здесь никого — хорошо. Мне нужна тишина.
— Тим, Оль, только, если что, сразу ко мне. И позвоните Воронцовым, там у меня в телефоне номер. Сообщите. Черт, есть что-нибудь от головы? — такой боли ни разу не испытывал.
Ольга вышла, сказав, что скоро вернется, а я кинул свое непослушное тело на диван. Пытался дождаться подругу и не отключится. Хрен знает, что происходит. Тим что-то говорил о полиции, но я не понимал, о чем речь. Ольга вернулась с тонометром. Да к черту!
Но проще согласиться, чем спорить с этой упрямой женщиной. Махнул рукой, подставляя вторую. Уже отключался, когда она назвала какие-то цифры и сунула мне в рот противную таблетку. Воды? Да, осушил целый стакан. И вырубился.
Мне снилось что-то невообразимо ужасное. Я ее терял. Даша ускользала из моих рук. Я кричал, пытаясь ухватиться за ее пальцы, но она таяла в воздухе, вызывая дикий ужас, невыносимую боль и желания растаять вместе с ней.
