вскакивает. Начинает молотить по мне кулачками.
— Ненавижу тебя! Юсупов! Чтобы ты в аду горел!
Так и тянет рассмеяться, потому что я в этом пекле давно, и никак не догореть тому, что от меня осталось.
Проклятое завещания и дед, который с небес руководит моим адом наяву! Надо было придумать такую комбинацию, чтобы вновь обрушиться на меня холодным потоком, вновь руководить моей жизнью с того света и вновь переплести наши с Юлей пути.
Меня колотить начинает, кровь кипит в груди, потому что Юля не замечает, как бретель с платья слетает и демонстрирует мне кромку ее кружевного бюстгальтера. Черного. Как на заказ. Помнит, что я люблю до сих пор?!
Нет. Просто знает, что именно подходит ей.
— Ненавижу тебя!
Кричит мне в лицо, и я ей, черт возьми, верю.
Вот сейчас Юлия искренняя, красивая, до безумия сексуальная. Подлая. Предавшая.. Глючит меня конкретно, поэтому и выдыхаю с жаром:
— Взаимно, дорогая жена. взаимно. Опять решила мне бизнес положить?! Так что, говоришь, делала в клубе?
— Ненормальный! Юсупов, ты чертов параноик! Ненавижу!
Я, как мазохист, улыбаюсь и рассматриваю дикую кошку, на которую повелся не только я, но и мой конкурент. И только от одной мысли, что мои идиоты из службы безопасности могли проморгать очередную аферу века Юлии, у меня в глазах темнеет, и я рычу диким раненым зверем.
— Давно спишь с Абрамовым?!
На этот раз глаза Юли вспыхивают, и она замахивается, а у меня срабатывает инстинкт бойца, ловлю ее руку в воздухе и тяну ее на себя, врезаюсь в ее губы, сдираю свой поцелуй и чувствую, как она отвечает, как длинные пальцы впиваются мне в волосы, притягивают.
Рычу диким зверем. В крови сразу же адреналин подпрыгивает. Меня ведет. Я, как изголодавшийся зверь, припадаю к живительному роднику, пью ее стоны, всхлипы, балдею от нее.
Крышу рвет напрочь. Не остается ничего, кроме голых инстинктов и дичайшей страсти, которая скручивает все внутренности узлом и ударяет прямиком в копчик.
Ее вкус. Аромат цветов, ландыша, гвоздики. какао. ее запах. будто домой вернулся спустя столько времени...
Пальцами впиваюсь в нежную кожу, оставляю следы, ее зубы кусают мои губы почти до крови. И я впиваюсь в нее, запускаю язык в ее рот и буквально сжираю ее всхлипы, чувствую, как царапает мою шею, но приникает грудью, и ее одежда становится лишней, хочу добраться до ее кожи, до нежных округлых полушарий груди, до того, что скрывают тонкие трусики.
Справляюсь с застежкой лифа за мгновение, и пальцы накрывают грудь, сжимаю..
— Ненавижу тебя. — шепчет в мои губы, когда я ее на кровать укладываю.
Я ухмыляюсь, нравится слышать эту болезненную правду.
— Покричи, как ненавидишь меня.
— Ненавижу. - стон, и я избавляюсь от преграды в виде тряпки, оголяю белоснежную грудь с тугими, возбужденными вершинками, подвисаю от открывшегося вида на мгновение и спустя секунду склоняюсь над своей жертвой, слышу; как стонет, чувствую ее, пока длинные тонкие пальчики теребят мои волосы, притягивают.
Сама сходит с ума вместе со мной, тянется к моему ремню, пытается неуклюже стянуть и в итоге все же справляется с задачей, а я окончательно башкой еду, когда ее белье вижу, кромку чулок и кружева под юбкой, которые я просто сдергиваю со своей жены и одним мощным толчком заполняю ее всю.
Торможу на мгновение, уносят ощущения, даю привыкнуть к себе, а дальше она сама бедрами дергает, хочет насадиться, и я понимаю, что время тормозов прошло.
Я пьянею от нее, она чистый кайф, о чем и говорю.
Никогда и ни с кем... не было так, как с ней...
Моя личная болезнь, моя одержимость.
Даже ненавидя ее, я не могу дышать без нее.
Думал, что могу.
Самоконтролем внушал себе не трогать, чтобы не переломать к чертям хребет, а тут.. тут даже остановиться не могу, словив свой кайф..и добивает ее наслаждение, ее отдача.
То, как губки свои кусает, как глаза закатывает, как царапает мои плечи, как за волосы тянет, заставляя усиливать темп, который и так запредельный.
Меняю позу, заставляю ее оседлать себя и получать свое наслаждение по максимуму, а я наблюдаю за ней и получаю также эстетический кайф.
Красивая. Раскованная. С красивой тугой грудью, которая колышется в такт ее движениям, запрокидывает голову и отдается этим хаотичным движениям, а я веду ее, пальцами впиваюсь в бедра, чувствуя, что она близка к тому, чтобы сорваться.
Но мне мало.. мне мало ее, даже когда моя жена выгибается и кричит, когда ее тело скручивает сладчайшими спазмами, я замираю и кайфую от ее наслаждения, от ее криков, от того, как ощущаю дрожь ее тела, как свою собственную.
Не отпускаю ее податливое тело, переворачиваюсь и вколачиваюсь в него, довожу Юлю до новой точки невозврата и ощущаю, как ее новый оргазм буквально скручивает и меня, отпускаю контроль, меня просто ударяет наотмашь, и накрывает ослепительным оглушающим кайфом.
Юля буквально отключается подо мной. Моментально засыпает, а вот я.. я не могу... я ложусь на спину и смотрю в потолок, тело еще не отпустило от кайфа, но мозги уже прочищаются.
Накрывает осознание того, что сейчас произошло.
И я поворачиваю голову и присматриваюсь к спящей женщине рядом со мной...
Красивая, с прилипшими ко лбу шелковыми волосами, с зацелованными, искусанными губами.
Только один взгляд, и я вновь ее хочу, как будто не я только что получал свое удовольствие.
Прикрываю веки и тяну шелковую простыню, прикрываю Юлю, так как замечаю мурашки на коже, после жарких ласк ей холодно...
Так странно, что я не решаюсь нарушить ее покой, ее сон...
А сам.. отключиться не могу. Все рассматриваю ее.
Спустя столько времени, столько лет.. я будто в прошлом... и вновь под ребрами сука-боль и ненависть с яростью уступают место чему-то теплому. тому, что я не должен ощущать.
Чтобы хоть как-то от мыслей избавиться, я резко с кровати вскакиваю, и в этот самый момент что-то с грохотом падает. Бросаю взгляд на Юлю, но она спит сладко, повернувшись на подушке на бок...
Вновь смотрю на пол и замечаю планшет и альбом, который раскрылся при падении, а…
Я моргаю отупело, чтобы развидеть то, что вижу…
Но.. Мать его Етти! Мое видение не развеивается!
И я вновь на страницу альбома гляжу.. на эскиз… на проект здания… и на пометки на полях.
Пометки с сердечками.
И кажется, что я уже видел этот почерк...
Видел
