– Так, господа, – вздохнул Ларин, – начнем сначала. В прошлый раз мы…
– Борис Сергеевич, – перебил его Туркин, – но…
– Анатолий Павлович, – недовольно отозвался Ларин, – я попросил бы меня не перебивать. О похоронах будем говорить в нерабочее время. А сейчас…
– Постой-ка! – перебил его Туркин. – Кем ты себя возомнил? Ведешь себя так, будто ты избранный нами председатель совета. Например, я…
– Заткнись! – бросил сидевший справа от него Валентин. – Четверо из пяти отдали голоса Борису Сергеевичу.
– Но вы голосовали без меня! – возмутился Туркин.
– А что бы изменилось? – усмехнулся Ларин. – Ировского сейчас нет, но он звонил и поддержал мою кандидатуру. А предложил мне место председателя Валентин Антонович. Альберт Игров против этого не возражал. Макарыч тоже согласен, чтобы я занял место Вениамина. Так что самозванцев нам не надо, председателем буду я! – Он засмеялся.
– Но вы обязаны были ввести меня в курс дела! – вспыльчиво проговорил Туркин. – Я полноправный член совета!
– Вот сейчас ты и узнал об этом, – улыбнулся Ларин.
Играя желваками, Анатолий опустил голову.
– Продолжим, – спокойно проговорил Ларин. – Сейчас в лесодобыче у нас сбой. Все знают, что вслед за Вячеславом был убит и его брат, Анатолий, который был председателем артели лесорубов в Вологодской области. Но вот что интересно и даже настораживает: сразу после убийства Лапина туда ездил Буркин, а по возвращении он тоже был убит. Здесь действует какой-то телефонный маньяк.
– Скоро нас всех перебьют! – истерично воскликнул Макарыч. – Начали со Славика, а теперь доберутся и до нас…
– Перестаньте, Макарыч! – перебил его Туркин. – Нет сомнений, что Буркин заказал и Славку, и Павлика. Ему нужны были документы, потому что рыльце у Илюши в пуху. Он поехал в Вологду, чтобы забрать у киллера документы, но, видно, мало предложил. А тот его, чтоб не проговорился, пристрелил. Вспомните, ведь именно Буркин, Вениамин и Поваров провели аферу с лесом. Они отправили большую партию из Кировской области в Китай. У них было прикрытие – какой-то министр. Но видно, в бумагах было что-то не так…
– Почему было? Вы их сожгли? – насмешливо спросил Ларин.
– Перестаньте юродствовать! – заорал Макарыч. – Нас начали убивать! Неужели никто из вас не боится, что станет следующим? Мои люди вышли на профессиональных киллеров, но никто из них не слышал об этом телефонисте. А ведь он тоже профессионал. И я уверяю вас, он перебьет нас всех!.. – Макарыч вытер пот со лба.
– Не так страшен черт, – примирительно сказал Ларин, – как его малюют. И этого найдем. Хотя бы для того, чтоб узнать, на кого он работает. Ведь за ним кто-то стоит, в этом я убежден. Хотя, думаю, теперь, если он и будет стрелять, звонков больше не предвидится. Ну не идиот же он! Сейчас главное – не поддаваться панике и принять меры защиты.
– Я поддерживаю Бориса Сергеевича, – сказал Альберт. – И я даже хотел бы, чтоб киллер вышел на меня со своим звонком. Мои ребята не таких ореликов щипали.
– Звонить он, конечно, больше не станет, – согласился Туркин. – А насчет выстрелов не знаю… Вполне возможно, Макарыч прав и, значит, заказали не только тех…
Договорить ему не дал телефонный звонок. Все уставились на стоявший на столике справа от Ларина телефонный аппарат. Не сговариваясь, все посмотрели на три больших окна и одновременно пригнулись. В кабинет заглянули двое парней в темно-серой униформе с надписью на спине: „Охрана“.
– Возьмите трубку, – сипло попросил Ларин.
Охранники удивленно переглянулись.
– Да возьмите трубку, вашу мать! – заорал Макарыч.
Один из охранников поднял трубку.
– Да? – буркнул он. Выслушав, посмотрел на Макарыча.
– Меня нет, – прошипел тот.
– Это ваша дочь, – проговорил парень, – она звонит из Бонна…
– Дай! – Выпрямившись, Макарыч протянул руку.
Остальные, смущенно переглядываясь, одновременно вздохнули. Стоявший у двери охранник усмехнулся.
– Чего скалишься? – раздраженно обратился к нему Ларин. – Лучше бы людей выставили в тех местах, из которых можно стрелять по офису. Я вас поменяю к чертовой бабушке!
– Все выполнено, – поспешно доложил охранник. – Наблюдаем за всеми возможными точками. Правда, много квартир, в которые нам не попасть. Но наш человек ведет наблюдение за окнами, и мы контролируем ситуацию…
– Убирайтесь!.. – недовольно пробурчал Ларин.
Парни вышли.
– Хорошо, – сказал в телефонную трубку Макарыч. – Тебя встретят. Пока, милая.
– Да-а, – протянул Туркин. – Своего этот киллер добился – мы в панике. Знаете что, если Ларин – председатель совета, то уж пусть так и будет. Однако сейчас нам надо решать не деловые вопросы, это может и подождать, а вот как нам остаться живыми и не дрожать при каждом телефонном звонке?… Ведь только решили, что звонков больше не будет, а зазвонил телефон, и все чуть в обморок не попадали. Надо в первую очередь заняться этим. А остальное может подождать. Все равно прибыль будет, не первый год работаем.
– Верно, – согласился Ларин, – об этом я и хотел поговорить.
Тут снова раздался телефонный звонок. Борис, кусая губы, снял трубку.
– Ларин слушает… – Он нахмурился. – Хорошо, встретимся вечером. Это не телефонный разговор. Сотовый я дома забыл. В общем, вечером позвоню сам. До встречи. – Положив трубку, облегченно вздохнул. – Еще неприятности, – пробормотал он. – МВД, похоже, нами все-таки займется. В психушке убиты хулиганы, которые были арестованы за убийство Славки. Похоже, милиция не верит, что они умерли сами, естественной смертью… Готовьтесь, господа, к разговору с дознавателями.
– Да сколько можно об этом говорить?! – раздраженно отозвался Игров. – Неужели…
– Слушай, Альберт, – усмехнулся Макарыч, – об этом менты будут говорить до тех пор, пока не узнают истину. Давайте побазарим напрямую… Ведь каждый из нас думает, что кто-то из сидящих здесь нанял киллера. Кто скажет, что я не прав? – обратился он к компаньонам. Все промолчали. – Вот и надо искать заказчика. Конечно, было бы неплохо и исполнителя поймать… Есть версия, что какой-нибудь пацан прошел Чечню, научился там стрелять, вот и мнит себя непревзойденным киллером вроде Фантомаса. Версия вроде нормальная, если бы не тонкий расчет этого гада. Как он попал в квартиру, когда хозяева в Турции были? Мы прощупали и хозяев, и домработницу. Они к этому отношения не имеют. Сейчас проверяются знакомые и родственники хозяев и бабуськи. Правда, в этом направлении и менты работают. У них, конечно, возможностей больше, но ментам могут и не ответить, а мои спрашивать умеют и откровенные ответы получают. В общем, пока по этому гаду ничего нет… – Он вздохнул. – И я не постесняюсь заявить вам всем, что боюсь. И вот что еще… я не зря заикнулся о том, что каждый из нас подозревает кого-то из присутствующих. Лично я считал, что это Повар. Но, как показали последующие события, это не он. А кто же еще?… – Он пожал плечами. – В общем, я растерян и перепуган. И думаю, каждый из вас чувствует себя так же.
– Ты прав, – согласился Ларин. – Сейчас каждый выскажет свое мнение…
– И сколько я вам должна? – вздохнув, спросила Настя.
– Пока ничего, – покачал головой адвокат. – Если дело выиграем – а я в этом не сомневаюсь, – то оплатите мне расходы, около пяти тысяч в евро, плюс гонорар три тысячи и, так сказать, премиальные, – усмехнулся он. – Это уже на вашей совести. Может, просто чаем напоите с вареньем. Кстати, варенье чудесное! – Улыбаясь, он взглянул на Антонину Федоровну.
– Господи! – перекрестилась она. – Да где ж Настенька столько денег-то найдет? Ведь ничего ей этот супостат не оставил.
– Я сказал, если мы выиграем, – напомнил Михавич. – Если же не получится, то просто запьем поражение. А сейчас извините, – он поднялся, – мне пора. Я должен навестить нашего противника. До свидания. – Он вышел.
Настя пошла за ним.
– Скажите, – спросила она, – вы верите Ангелине? Почему она это делает?
– Постойте, а разве Ангелина Аркадьевна не родственница вам? Мне она сказала…
– Мы с ней познакомились два дня назад, – перебила его Настя. – Она пришла ко мне с предложением начать судебный процесс против бывшей жены…
– Понимаю, – кивнул Михавич. – Признаюсь, для меня это неожиданно. Но мы выиграем дело. И даже если говорить откровенно, дела-то, собственно, никакого и нет. Бумаги, предъявленные вам Милой, рассчитаны на простаков, извините, ради Бога.
– Я понимаю, – без обиды отозвалась Настя.
– Так вот, завещание – самая откровенная фальшивка. Если бы вы просто пошли к адвокату, то, я уверен, Мила Андреевна сразу перестала бы говорить о своих правах. Что касается Ангелины Усовой, то советую вам держать ее на расстоянии и ни о чем ей не рассказывать. Когда все закончится, я помогу вам разобраться со столь неожиданно появившейся подругой.
