в атаку.
Короткая сшибка и маг отскакивает, со скепсисом смотря на свое оружие. Там видны два обрубка, которые я успел ополовинить. Как и ожидалось, обычную сталь кинжалы взяли с легкостью.
— Хм… а если так? — говорит Рик и его оружие распыляется на мелкие частицы, через секунду сформировавшись в бесцветные ножи с длинным лезвием. От магии металла веет холодом и опасностью, понимаю, что наши поединки вышли на новый уровень.
Следующие пять минут мы развлекаемся вовсю, наскакивая друг на друга. Это совсем отличается от боя обычным оружием. Здесь натиск жестче и ярче. Каждая ошибка может привести к очень неприятному ранению, вплоть до отсечения конечности.
Несколько раз я разрубал оружие Рика, но он быстро его восстанавливал. Насытившись, мы довольные разошлись. Я прочувствовал такт и логику боя новым оружием, что несказанно радовало.
— Дай посмотреть! — воскликнул, будто ребенок, маг.
Я впал в ступор, потому что родное оружие давать кому-то не хотелось. Пересилив себя, все же протянул кинжалы Рику, ожидая его оценки. Но тот лишь бережно вертел клинки в руках, цокая языком и качая головой. Остальные столпились вокруг, ну точно, словно дети. Я же стоял рядом, нервничая и ожидая, когда мне вернут оружие.
— Какие у них способности, знаешь? — обратился ко мне Берг.
— Только одну. Они должны уметь превращаться в любое оружие.
— Да, как-то я видел это собственными глазами, — покивал Леший, — Пробовал уже?
— Нет, я не знаю, как это сделать.
— Хм… Оружие сильное. Наверняка родовое и требовательное. Попробуй его смочить кровью.
Я недоуменно посмотрел на Берга, но тот стоял с невозмутимым лицом. Он что, серьезно? Походу, да. Что же… вытягиваю ладонь, ожидая, что меня остановят, но команда продолжает выжидающе смотреть. Провожу аккуратно лезвием, чтобы не отсечь руку и вижу, как кровь бежит по кинжалу. Следом повторяю трюк со вторым клинком и другой ладонью. Держу оружие в руках, красные капли падают на землю, а через несколько секунд раны затягиваются.
Сначала ничего не происходит. Да и потом тоже. Мы ждем минут пять и возникает обсуждение, что еще можно сделать. Его прерывает появившееся ощущение. Я почувствовал… оружие!
Так странно, будто мою частичку переместили куда-то далеко и та постепенно приближается. Связь то пропадала, то налаживалась, а со стороны кинжалов тянуло… вниманием? Ха, да меня изучают! Вот те и ножички!
— Я их чувствую, — прерываю разговоры.
— И? Можешь с ними что-то сделать?
— Что именно?
— Представь, как они превращаются в меч, — предлагает Берг.
Так и поступаю. Сначала воображаю. Потом еще раз. И так десяток вариаций на тему чудесных метаморфоз. Эффекта ноль. Меняю тактику и пытаюсь мысленно обратиться к оружию. То игнорирует меня, словно насмехаясь.
Если бы я создавал могучий артефакт, то какую бы систему управления сделал? Максимально простую и только для своих, ответ очевиден.
Направляю на кинжалы не мысль, а волю и… Один клинок моментально перетекает в другой, усиливая и удлиняя его. В руках оказывается меч, что напоминает блеском кинжалы. Я завороженно смотрю, осознания, какое чудо мне попалось. Воистину, это достойное наследство.
Рядом раздается поздравительные хлопки. Я счастливо улыбаюсь.
* * *
Следующая неделя прошла в тренировках и обучении. Думал, что после испытания что-то изменится, а вот нет. Гоняли также нещадно, как и раньше. Разве что отношение немного изменилось. Я перерос звание непонятного субъекта и стал младшим членом команды. Слово младший смущало, но придется мириться. Эти люди минимум раза в два старше, чем я.
Мы с Риком принялись за разработку нового стиля боя, заточенного под конкретно мое оружие. Возможность за секунду видоизменить его по желанию — это меняло абсолютно все. Буквально.
Вот ты бежишь на противника с кинжалами. Он готовится принять их на блок, внимательно следит, а тут хоп… вместо ножей меч или копье. Все, враг, если он не отличается запредельной подготовкой, труп. Или обратная сторона, когда на меня бегут. Сменить кинжалы на щит, это дорого стоит.
Мы проверили. Щит из кинжалов, как звучит-то, легко держит средний магический удар, направленный в одну точку. Понятное дело, что от объемных заклинаний не прикроешься, там вообще либо убегать, либо магией защищаться, но все же.
За эту неделю я вырос на голову в боевых искусствах и все благодаря наследству. Оружие настолько стало привычным, что находилось по всюду со мной. Разве что в душе снимал, да когда спать ложился, то один кинжал клал под подушку, а другой рядом.
Связь также усилилась. Я теперь отчетливо ощущал клинки, будто они живые. Чувствую, что в них хранится множество секретов, но как разгадать — неизвестно.
Помимо тренировок с Риком еще шли занятия с Зель. Здесь нашлись не меньшие секреты и открытия, чем с боях на магическом оружие.
Мне наконец-то открылись секреты Игроков! Точнее, Зель решила, что пора об этом рассказать. После уничтожения Игры перед людьми встал вопрос, а как дальше развиваться? Быстро установили, что при убийстве тварей Сила продолжает выделяться. Только сгустки вместо того, чтобы следовать за победителем и вливаться в него самостоятельно, стали зависать над трупом, в ожидание, кто их возьмет. Теперь их мог взять любой, кто окажется поблизости и доберется раньше, что усложняло задачу сбора Силы.
Но это не главная проблема. Раньше Силу распределяли за счет интерфейса. Я слабо представлял, как это может выглядеть, хоть Зель и пыталась объяснить, но вскоре плюнула, сославшись на то, что это не критично. Единственное, что понял — можно было через этот самый интерфейс точечно распределять характеристики и усиливать навыки.
Только вот что делать, когда система исчезла? Орденцы подумали и отправились медитировать… Задачка далась не так быстро, как хотелось бы. Решение нашли через пару месяцев, а в систему и комплексный подход это переродилось только через два года. И это в Ордене! В остальном мире большинство людей так и не смогли добиться результата, утратив способности к развитию.
За эту неделю я понял одно. Как таковой, интерфейс остался. Точнее, его образ. Только вместо визуального отображения он сменился на интуитивные ощущения. Так родилась наука работы с Силой в теле на уровне физиологических
