Умбра ждал в гости только симпатичных молодых девушек?
- Не так уж ты далека от правды, - усмехнулся мужчина. - Юные девушки-иномирянки его интересовали куда больше положенного.
- О чём это ты?
Я сделала вид, что не поняла более чем прозрачный намёк гомункула на моё происхождение. Айолин очевидно имел в виду не только это.
- А ты не задумалась, как так вышло, что студентке академии магии пришлось сражаться с сильнейшим тёмным магом? Не сами же мы его искали в конце концов…
- О? Так он, как и все, не устоял перед обаянием Лидии и пришёл знакомиться с ней? –саркастично заметила я.
- Ещё немного и я решу, что ты завидуешь ей, - по лицу моего спутника скользнула натянутая улыбка.
- А я завидую, - ничуть не смутившись я отозвалась. – Обидно, когда кто-то получает всё то, от чего не отказался бы и ты сам.
- Да, будущий король в мужьях – это аппетитный кусочек.
- По мне статус Джарела скорее недостаток, чем преимущество, - возразила я. - Быть принцессой, а потом ещё и королевой – наверняка сущий геморрой. Ненормированный рабочий день, который тебе придётся проводить, проверяя не разворовали ли ответственные лица бюджет, выделенный на содержание дворца.
Гомункул поднял руки вверх, показывая, что сдаётся, но меня уже понесло дальше:
- Ещё нужно улыбаться благородным мерзавцам просто потому, что у них достаточно власти среди дворян и их поддержка нужна мужу. А в перерывах между всем этим рожать без остановки. Сначала пару-тройку сыновей, чтобы наверняка не оставить престол без наследника, затем пачку дочерей, чтобы поудачнее выдать замуж и укрепить нужные связи. И мириться с изменами мужа, который замученный ещё более плотным графиком, предпочтёт проводить ночи со стройными молодыми красотками, а не с подурневшей и смертельно уставшей после десятых родов женой.
Айолин усмехнулся:
- Тебе кто-нибудь говорил, что в тебе нет ни капли романтики?
- Ошибаешься, - я назидательно погрозила ему пальцем. – Я самый что ни на честь настоящий романтик. Должно быть, Лидия действительно любит Джарела, раз согласна на такой расклад.
Либо просто чокнутая и амбициозная трудоголичка. Последнюю мысль я разумно озвучивать не стала.
Глава 28
- Что будем делать? - неожиданно спросил меня гомункул. – Не очень хочется уступать другим, раз уж мы первыми нашли убежище. Когда появятся маги, нас не пустят внутрь.
По его губам скользнула мимолётная улыбка, а взгляд обратился к массивной двери. Казалось, Айолину было, и впрямь, любопытно, какие секреты скрывал Умбра.
Вот только мне не нужно предостережение, чтобы понять - спутник проверяет меня.
Хотелось осыпать голову Арда проклятьями.
Любой заподозрит подвох, если его подопечный сначала будет азартно спорить на то, что именно вам предстоит обнаружить убежище злого колдуна. А затем, слегка прикоснувшись к камню, который ты до этого обследовал вдоль и поперёк, обнаружит тайную дверь.
Даже идиот поймёт – дело нечисто.
Не то, что проницательный гомункул.
Не то, что мастера ордена, которые непременно узнают о сегодняшних событиях из отчёта Айолина…
И, если за время, проведённое среди рыцарей, подозрения на мой счёт поутихли, они непременно вернутся вновь. Ведь мастеру Аштеру достаточно единожды поговорить со мной, чтобы понять, где я лгу, а где нет.
В такой ситуации пробраться в архив за второй половиной сферы будет невозможно. Повезёт, если меня не выкинут на улицу сразу же. Или не потащат в пыточные казематы, решив, что я приспешница Умбры.
Знай я заранее, что дверь найдётся так просто, постаралась бы обыграть её открытие по-другому. Но Ард и словом не обмолвился об этом, а сама я не спросила, сбитая с толку обилием новой информации. Хотя, честно сказать, до последнего надеялась, что алтарь появится передо мной вновь, и бог даст более точные инструкции.
Мечтать не вредно. Ард помогал по-своему, при этом непременно делая что-нибудь во вред. Я начинала понимать, насколько наивно полагать, что сумею получить от него плату без подвоха. С другой стороны, выхода у меня всё равно нет.
- Ты думаешь это хорошая идея? Наверняка камень - лишь первая линия обороны Умбры, - я старалась, чтобы мой голос звучал спокойно. – Было бы глупо умереть по неосторожности.
Гомункул обернулся и мимолётно мне улыбнулся, понимая, что я догадалась о его подозрениях. Мгновение мы смотрели друг на друга, отчасти наслаждаясь ситуацией из разряда «я знаю, что он знает, он знает, что я знаю». Ей богу, Штирлиц и Мюллер во время психологической дуэли! Затем он отвернулся и чуть изменившимся голосом продолжил:
- И всё-таки проверим… Не думал, что такая возможность появится, глупо её упускать.
Теперь сомнения появились уже у меня. Не просто так гомункул интересуется логовом Умбры. Я подошла ближе и посмотрела на совершенно непримечательную дверь.
- Ты хочешь найти что-то конкретное?
- Да. Воду из источника.
- Что это?
Он посмотрел на меня чуть лукаво и пленительно улыбнулся. С его стороны было чертовски нечестно дарить подобные улыбки – чувственные, полные невысказанного обещания, которого… нет. Впрочем, я знала, что мужчина делает это неосознанно. В минуты, когда особенно доволен собой или собеседником.
- Ольга, представить не могу, почему тебя не поймали на горячем до сих пор.
Я посмотрела чуточку разражённо на чрезмерно довольное лицо. Гомункул азартно выискивал всё новые и новые промахи в моём поведении, но разоблачать меня будто и не пытался. Собирал их, словно коллекционер, и чах над ними в одиночку. Откуда у Айолина такая слабость к иномирянам, мне понятно, но заменителем Лидии быть не хотелось.
- Что не так? – резче, чем хотелось, уточнила я.
- Источник, который нашёл Умбра, давно уже стал легендой.
В Орме изредка случаются вещи, диковинные даже по здешним меркам. Это происходит потому, что некоторые живые и неживые объекты магия переполняет сильнее, чем другие. И в подходящих условиях накопленная энергия может позволить привычному предмету или существу стать чем-то новым.
Например, камень, который волшебник долго носил с собой, может внезапно ожить и заговорить человеческим голосом. Или дом, в стенах которого произошло жестокое убийство, начнёт вытягивать жизнь из своих жильцов.
С волшебным источником, доступ к которому получил Умбра, когда-то произошло нечто похожее. Из-за этого энергия, скрытая в нём, пробудилась и придала воде способность разрушать любые чары. Омой в нём артефакт, он потеряет силу. Окуни в него проклятого человека, злая магия исчезнет. Добрая, впрочем, тоже, потому что вода в источнике разрушает
