Читаем без скачивания Нищенка, дракон и болгарские перцы - Кария Гросс

заноза впилась в мое сердце… Видишь? Видишь, что происходит?

– Ну да, здесь не мешало бы прибраться! – кивнула я так, словно речь идет не о его чувствах, а о комнате. Боже мой! Как же я хотела услышать от него эти слова. Я думала, что этот момент наступит немного позже, когда я в роскошной карете, в красивом платье, богатая и таинственная… А тут… Что-то внутри заволновалось. “Опасная ситуация!”, – тут же забил тревогу здравый смысл. “Ага!”, – сладко согласилось сердце.

– Хватит! – зарычал дракон, тряхнув меня. – Хватит меня изводить!

Мне казалось, от его крика сейчас соседи заинтересуются, кто кого тут изводит, и какую выгоду с этого имеет.

Тут же, увидев, что я слегка испугалась его внезапного порыва и сделала шаг назад, он попытался успокоиться. Видели, как поезд тормозит на полном ходу? Это было что-то из этой оперы.

– Я приказываю тебе любить меня, – произнес герцог, тяжело дыша. – Приказываю… Это приказ! Слышала? Приказ! Можешь больше ничего не делать, просто…

Он пристально посмотрел на меня, в надежде, что его глаза все скажут за владельца. Я же никогда не понимала таких взглядов, обладая уровнем проницательности табуретки.

– Пустите, – прошептала я, стараясь осторожно снять его пальцы с кисти своей руки. – Я прошу вас…

– Не пущу, – выдохнул дракон.

– У вас есть невеста, – напомнила я. – А я – девушка приличная. Я не хочу быть игрушкой на время. Вы же это понимаете…

– Почему игрушкой? – прошептал герцог, не отпуская меня. – Почему ты решила, что станешь игрушкой? А что если я отправлю жену в дальнее поместье, а ты останешься здесь полноправной хозяйкой?

– И что? А потом появится новая, милая и улыбчивая, – заметила я, снимая его палец со своего запястья. – И меня выбросят отсюда, как ненужный шкаф. Простите, но нет. Я так не согласна…Так что пустите!

– Никуда ты отсюда не пойдешь! – произнес герцог, а в его глазах сверкнуло пламя.

Глава 49

– Что значит “не пойду”? – опешила я.

Рука его сжалась. А я смотрела в его глаза, видя в них языки пламени. Он прижал 1еня к себе да так, что у меня перехватил дыхание.

– Будь моей, прошу тебя, – слышала я шепот.

– И что дальше? – прошептала я, чувствуя, как он гладит мою щеку. – Что потом?

Его рука расшнуровывала корсет, а я ловила его, стягивая обратно. Казалось, эту страсть нельзя остановить даже ударом обухом топора по голове.

– У этих отношений нет будущего, – прошептала я, ловя его руку, которая продолжала тянуть завязки. – Вы это понимаете… Я – служанка. У вас есть невеста… Это добром не кончится…

Я чувствовала, как его прикосновения заставляют мой голос вздрагивать.

– Прошу вас, одумайтесь, – шептала я, чувствуя, что еще немного и сдамся. Где-то пролегала невидимая грань между страстью и здравым смыслом. – Вы погубите меня…

Я чувствовала жаркое дыхание на своих губах. Он обжигал меня, словно не решаясь поцеловать. Перспективы были так себе. Быть любовницей на птичьих правах, игрушкой женатого мужчины, а потом? Потом что? А если будет ребенок?

– О, лучше бы вы меня убили! – воскликнула я, отпрянув. Я сжала в руках корсет, отступив еще на шаг.

Эти слова подействовали, словно хлёсткая пощечина. Я смотрела в желтые глаза дракона, пытаясь зашнуровать корсет обратно.

– У тебя есть жених? – спросил дракон, сглотнув.

– Да, есть! – соврала я. – И я хочу достаться ему целой и невредимой!

В этот момент я отдышалась. Нет, а что? Ему невесту можно иметь? А мне нельзя иметь жениха?

Послышался звук шагов, а я дверь открылась.

– Ваша невеста очнулась, – выдохнул Ламберт. – Если вам это интересно…

Я поспешила выйти из комнаты.

– Мисс Лаванда, вы куда? – встрепенулся Ламберт.

– У меня закончился рабочий день, – усмехнулась я. – Насыщенный весьма! Так, я могу забрать окна?

– Да, но так, чтобы никто не узнал, – шепнул Ламберт. – Иначе сейчас начнется. Слуги все из дома потащат, если увидят пример!

– Я вас поняла, – кивнула я. – Поэтому прошу тележку.

Мы вышли из замка, а я Ламберт привел меня в сторожку, где стояла накрытая мешковиной телега.

– Спасибо, – кивнула я, заприметив молоток и ржавые огромные гвозди.

– Я пойду, а то вдруг хозяин позовет, – заметил Ламберт, поглядывая на дом. – А вам я советую сделать вид, что я дал вам поручение по саду… Чтобы не привлекать внимания.

– Спасибо, – кивнула я.

Я уже стащила старый, покрытый паутиной молоток, высыпала в передник гвозди и выкатила тележку

– А молоток вам для чего? – спросил дворецкий.

– А? Забивать… – стушевалась я, понимая, что некрасиво получилось.

– Гвозди? – спросил Ламберт.

– Нет, тех, кто покусится на мои окна! – усмехнулась я. – Понимаете, такие окна… Они… Очень дорого стоят… в глазах соседей… И мне придется их отбивать!

– Конечно берите! Тут банда недавно объявилась! Уже ограбили некоторых соседей! – кивнул Ламберт. – И возьмите гвозди!

– Для чего? – спросила я, чувствуя, что уже начинаю наглеть.

– Для того, чтобы забивать на мнение окружающих! – улыбнулся старик. – Есть еще старая пила… Ею можно расчленить труп и отнести в лес. А потом сказать, что его съели дикие звери.

– Ну да, а как объяснить четкий надрез? – спросила я.

– Легко! Это был очень интеллигентный медведь, который пользовался приборами. Пилой и лопатой! – усмехнулся старик, пока я выкатывала телегу и направлялась в сторону окон.

Ламберт вернулся в дом, а я наслаждалась явным плюсом на улице.

– Так, – поплевала я на руки, бережно затаскивая огромное окно на телегу.

Маршрут был уже придуман. Правда, он был длиннее, чем я планировала, но все же! Колесо телеги скрипело, а я толкала ее через кусты к старой дороге.

– Так- так -так! – послышался неприятный знакомый голос. – А что это мы тут делаем?

Я увидела, как из тени деревьев выходят знакомые бандиты.

– То же, что и вы! Граблю богатых, чтобы кормить бедненькую себя, – ответила я довольно дерзко. Но что-то мне не нравилось в их лицах.

– Слышь, краля, ты шутки не шути с нами! Мы на этот перец дышали поочереди! И ничего не проросло! – вякнул главарь. Один из преступников прокашлялся. – Сейчас отвечать будешь! Готовься!

Глава 50

То, что дела у меня хреновые, я уже поняла по недоброжелательным взглядам дышальщиков.

– Так, – строго сказала я, дергая плечом, на котором лежала тяжелая грубая рука с грязными ногтями. – Во-первых, мы как договаривались? Я передаю вам то, что слышала. Это раз!

Рука перестала давить плечо, а я ловко скинула ее, освободившись. И даже отряхнулась, скорее от нервов.

– Так, так, спокуха! – рыкнул