– Ни одна из них ни разу со мной об этом не говорила.
– Пока нет. Ну а вдруг ты надумаешь на ком-нибудь из них жениться? – предположила она, произнеся это на удивление спокойным тоном. – Вряд ли твоей жене понравится существующее положение вещей.
Он рассмеялся и подошел к Джо, слишком уж близко подошел.
– Это зависит от того, на ком я женюсь. Верно? – спросил Дэвид, пристально глядя на нее.
Джо растерялась, не зная, как можно возразить, какие еще аргументы в защиту своей точки зрения выдвинуть. Он так искусно умел обезоруживать ее… Джо сделала шаг назад, отступая, он двинулся на нее, она снова попятилась, но оказалась прижатой спиной к стене.
– Если я женюсь на тебе, к примеру, то все проблемы решатся сами собой, – сказал он мягким, вкрадчивым голосом.
– Н-нет, не решатся, – проговорила она, запинаясь. – Я не хочу выходить за тебя замуж. Я уже говорила раньше…
– Что деньги тебя не интересуют, что в защите ты не нуждаешься, да? Но разве, выйдя за меня замуж, ты приобретаешь только это? Разве больше ничего тебя не ждет в нашем браке? Или ты забыла, как целовалась со мной? Как стонала в моих объятиях? Забыла? – Глаза его сверкали как раскаленные угли. – Тогда, может, стоит напомнить тебе…
Не спеша, зная, что сопротивления не последует, он обнял ее за талию и притянул к себе, да так, что Джо оказалась прижатой к нему всем телом. В следующую секунду Дэвид прикоснулся губами к ее губам, приоткрывшимся, готовым к долгожданному поцелую – ведь прошел почти год, как он не целовал ее…
Дэвид дразнил ее легкими, ласкающими касаниями, и Джо затаила дыхание, все еще боясь отдаться во власть чувств, постепенно овладевающих ею. Голова ее шла кругом – она ощущала вкус его губ, вдыхала дурманящий запах его одеколона, тепло его тела стало настоящим жаром, распаляющим желание.
Почувствовав, что Джо слабеет, становится податливой, почти безвольной, Дэвид прижал ее к себе еще крепче. Он впился в ее рот страстным, жадным поцелуем, и Джо не выдержала – обняла его за шею, стала ласкать дрожащими пальцами затылок, волосы.
На мгновение он оторвался от нее, но не выпустил из объятий. Тяжело дыша, оба смотрели друг на друга, глаза в глаза – скрещение страстных взоров, то блестящих, то замутненных в предвкушении наслаждения. Но вот Джо опустила взгляд, и Дэвид осторожно поцеловал ее в висок, потом скользнул губами вниз, к уху, так что она могла не только чувствовать, но и слышать его поцелуй. Прерывистый вздох, почти стон, сорвался с ее губ, Джо зажмурилась, отдавшись во власть дивных ощущений.
Она напряглась, почувствовав, как рука Дэвида проникла под джемпер. Затем его ладонь коснулась ее груди нежным, возбуждающим поглаживанием… потом пальцы стали ласкать сосок… Джо охватило такое вожделение, что она уже готова была отдаться сейчас же, прямо на полу старой кухни…
Казалось, она совсем потеряла голову от страсти, но неожиданно ее словно кинжалом поразила мысль – это ловушка! Красивая, привлекательная, но ловушка! Нельзя ни за что попасться, потом будет поздно. Джо, моментально придя в себя, резко высвободилась из объятий.
– Нет… Я все равно не хочу выходить за тебя замуж, – проговорила она, задыхаясь.
Дэвид удивленно поднял брови и насмешливо смотрел на нее.
– Ничего хорошего из этого не выйдет, – более уверенным тоном сказала Джо.
– Откуда тебе знать? Надо, по крайней мере, попробовать, прежде чем утверждать.
Он оперся о стену руками так, что она оказалась между ними. Джо охватила паника: если Дэвид снова ее поцелует, то все пропало – она не устоит.
– Нет. – И она отрицательно покачала головой. – Пожалуйста… Не спрашивай больше ничего…
– Почему? – не сдавался Дэвид. – Боишься, что мне удастся уговорить тебя?
– Нет, тебе меня не уговорить. Я не выйду за тебя замуж.
Тут Джо удалось выскользнуть из-под его руки. И она бросилась вон из комнаты, затем почти взлетела по лестнице. Но, только заперев за собой дверь спальни, она смогла перевести дух.
Через несколько минут Джо услышала, как хлопнула внизу входная дверь. Бросившись к окну, она увидела, что автомобиль Дэвида выезжает из ворот. Значит, продолжения разговора не будет… Слава Богу! Можно успокоиться, но надолго ли?
Джо прошла в детскую, где в своей кроватке мирно спала Клэр. Она хотела посидеть рядом с дочкой и подумать о том, что делать дальше… Как что? Да она точно знает, что должна покинуть этот дом. Сейчас же. Надо упаковать вещи, забрать Клэр и уйти. Легко сказать, но не так-то просто сделать. Разве можно уехать, не попрощавшись с Кэтрин? Лишить бабушку возможности последний раз увидеть внучку? Несчастная женщина ужасно расстроится…
А куда идти или ехать? С маленьким ребенком на руках, она не может просто сесть в первый попавшийся поезд и мчаться куда глаза глядят. Не может устроиться на любую, даже самую малооплачиваемую работу. Раньше ей было все равно, а теперь… Господи, да ведь ей некуда идти и денег у нее нет! Единственное, что можно сделать, это вернуться в Галифакс к тете Терезе… Нет, что-то не очень хочется.
А вещи… Она огляделась вокруг и пришла в отчаяние. Ее собственные вещи поместятся в одной сумке, а как собрать все, что нужно Клэр, – одежду, бутылочки, игрушки, одеяло, коляску, кроватку… Да, и еще лошадку!
Джо посмотрела на игрушку и расстроилась еще больше – невозможно было взять ее с собой, а Клэр даже не садилась на чудесную лошадку! Можно было только представить, сколько удовольствия доставит она ребенку: малышка будет смеяться, качаясь и держась за пышную гриву… Если увезти Клэр сейчас, то она никогда не увидит лошадку.
Тогда что же? Оставить дочь? Эта неожиданная мысль напугала Джо так, что у нее внутри все похолодело.
И тем не менее следовало обдумать и этот вариант. Подрастая в доме Пойндекстера, Клэр ни в чем не будет нуждаться, окруженная заботой и любовью бабушки и дяди. В противном случае ее ожидает невозможность попробовать что-либо вкусненькое, иметь новую игрушку, красиво одеться. Нет, это и представить невозможно…
Но тогда и родной матери с ней рядом не будет… Выходит, история повторяется? – подумала Джо. Неужели ее мать испытывала те же чувства, что терзали ее сейчас? Сердце защемило от тоски – должно быть, та немало страдала, а Джо всегда считала мать эгоистичной и жестокой. А оказывается, что порой обстоятельства заставляют женщину отдавать ребенка – разве можно допустить, чтобы дитя видело несчастья своей матери?
Джо подошла к кроватке, обычной деревянной кроватке, которую Кэтрин прислала в тот же день, когда была отвергнута пышная, похожая на торт, колыбель. Клэр спала, держась ручкой за край покрывала, ее пухлые щечки розовели. Такое прелестное дитя! Джо смотрела на дочку и беззвучно плакала, сердце ее разрывалось от горя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
