Западноевропейский проект носит имя знаменитого итальянского живописца Джотто, изобразившего комету Галлея 1301 года на фреске "Поклонение волхвов". Небо над головами волхвов рассекает хвостатый огненный шар. И вот спустя шесть веков после смерти художника аппарат, названный его именем, сможет посмотреть на комету вблизи.
Финансирование отпущено только на часть первоначального проекта — встречу с кометой Галлея. Запуск аппарата планируется осуществить 10 июля 1985 года. Выведет "Джотто" на промежуточную орбиту искусственного спутника Земли французская ракета. Аппарат очертит вокруг Солнца гигантскую спираль и встретит комету после прохождения ею перигелия 7 марта 1986 года. Путешествие к комете будет длиться 247 суток.
"Планета-А" — так условно называется японский проект. Он в принципе мало отличается от западноевропейского. Японцы запустят два автомата. Один стартует 31 декабря 1984 года. Его цель — исследовать свойства солнечного ветра вдали от кометы. Другой отправится 14 августа 1985 года. Второй аппарат должен встретить комету Галлея 8 марта 1986 года.
Советский проект "Венера — Галлей" (или сокращенно "Вега") многоцелевой. Одним запуском автоматической межпланетной станции "убиваются два зайца": продолжается исследование планеты Венера и встречается комета Галлея. Это станет возможным благодаря уникальному расположению Венеры и кометы: планета будет находиться вблизи перигелия кометы. Таких станций будет две. Они стартуют в конце 1984 года к планете Венера, с которой встретятся в июне 1985 года. После отделения спускаемого аппарата на Венеру сами станции с помощью гравитационного поля планеты будут направлены на встречу с кометой Галлея. Встреча с кометой состоится в марте 1986 года. Они пройдут на расстоянии около 10 тысяч километров от ядра.
1910 год был оптимальным для наблюдения кометы Галлея. Земля даже прошла через хвост кометы. На этот раз Солнце будет мешать наземным наблюдениям кометы. С Земли ее можно будет наблюдать в короткие промежутки времени на рассвете и после захода Солнца. Космическую же встречу осложняет то обстоятельство, что в отличие от большинства комет галлеевская комета имеет ретроградное движение, то есть движется по своей орбите в сторону, противоположную вращению Земли и других планет вокруг Солнца. Это усложняет эксперимент: во всех проектах космические аппараты и комета встретятся на параллельных курсах со скоростью около 80 километров в секунду. Подойти к ядру ближе чем на 10 тысяч километров вряд ли удастся. При таких огромных скоростях сближения вполне реальна опасность врезаться в ядро кометы.
Время полета аппарата вблизи ядра кометы будет порядка нескольких минут, за которые необходимо собрать большой объем информации. Сфотографировать ядро, измерить химический и изотопный состав атмосферы кометы, величину магнитного поля, осуществить радиолокационное зондирование кометного ядра…
Для этого на борту советских автоматических станций будут установлены многочисленные приборы, в том числе научная аппаратура, из стран социалистического содружества, из Франции, Австрии, ФРГ…
Готовятся к наблюдениям за кометой Галлея и наземные обсерватории в разных странах. 16 октября 1982 года комету обнаружили с помощью 5-метрового телескопа Паломарской обсерватории (США).
В нашей стране наблюдения за кометой Галлея проводятся в рамках Всесоюзной комплексной программы наземных исследований кометы Галлея, которая осуществляется во взаимодействии с международной программой наблюдений. "В наблюдениях за кометой Галлея, — рассказывает председатель Всесоюзной программы, директор Главной астрономической обсерватории АН УССР, член-корреспондент АН УССР Ярослав Степанович Яцкив, — примут участие более десяти обсерваторий, в основном юга СССР. Планируется создание двух специализированных астрономических станций. Одна из них будет размещена на горе Майданак в Узбекистане, а другая — в Боливии, город Ториха.
…Мы надеемся, что первые в истории науки полеты космических аппаратов к ядрам комет, пролет через гигантские кометные атмосферы научных космических аппаратов поднимут наши знания о "хвостатых" светилах на качественно новый уровень. Важен и другой аспект. Так как кометы, по-видимому, являются "первозданными" сгустками вещества той первичной околосолнечной туманности, которая послужила строительным материалом для образования всех тел солнечной системы, ученые путем их космического зондирования, возможно, получат весьма ценную информацию о самых начальных стадиях протопланетного облака…"
Ученые с нетерпением ждут результатов от будущих встреч космических аппаратов с кометой Галлея. Эти данные, возможно, дадут ученым ключ к тайнам происхождения солнечной системы и возникновения земной жизни, а возможно, как это не раз бывало на непрерывном пути познания, еще больше озадачат их.
ОЛЕГ МОРОЗ, заведующий отделом науки "Литературной газеты"
Кроме нас — никого?
Декабрь 1981 года. Заснеженный плоский берег Таллинского залива. Слева по ходу движения до горизонта свинцово-серая водная равнина. Несколько "Икарусов" едут в Пириту, на окраину эстонской столицы. Там, в Олимпийском центре парусного спорта, проходят заседания симпозиума по внеземным цивилизациям, сокращенно — ВЦ.
В первый день, с утра, народу в зале набилось довольно много, в том числе нашего брата, журналистов. Впечатление было такое, что ожидают какой-то сенсации — если и не показа инопланетян, то какого-нибудь этакого сообщения на жгуче-интересную тему. То и дело включалось невыносимо яркое освещение для киносъемки (мешавшее показывать слайды), стрекотали камеры, вспыхивали блицы, суетились люди с переносными микрофонами…
После все улеглось и вошло в свою колею. Народу поубавилось. Камеры исчезли. Ушли "тарелочники", должно быть, осознав, что ничего заслуживающего их внимания здесь не предвидится…
Лет через сто, если к тому моменту интерес к ВЦ не угаснет, о нашем времени будут говорить как о поре начала научного исследования этой проблемы. Ныне этой поре почти четверть века, если вести отсчет с 1959 года, как это делают многие. Тогда в английском журнале "Nature" появилась статья двух американских ученых Дж. Коккони и Ф. Моррисона. Называлась она "Поиск межзвездных сигналов". Этот поиск впервые рассматривался как конкретная техническая задача.
Если б статью не заметили — случается и такое, — тогда, может быть, впоследствии пришлось бы взять иную точку отсчета. Но она привлекла внимание. За ней последовали другие публикации, зародился ряд конкретных проектов.
И на таллинском симпозиуме многие наши ученые мне говорили, что впервые интерес к ВЦ у них пробудился, когда они познакомились со статьей Дж. Коккони и Ф. Моррисона.
Много ли это — четверть века? Конечно, ничтожно мало, если иметь в виду грандиозность проблемы. Никогда ни с чем подобным люди не сталкивались на протяжении всей истории. Тысячелетия земляне варились в собственном соку и вот только-только начинают окидывать любопытствующим взором небо: нет ли там, в бескрайних просторах вселенной, каких-то подобных существ?
Лет через сто или двести, если историки оглянутся на эту пору, их главный интерес, наверное, привлекут не технические детали начавшегося поиска, а идеи. Те идеи, которые высказывались в наше время, на начальном этапе исследования проблемы ВЦ. Они заметят, что основных идей было две: первая — внеземные цивилизации есть, причем их довольно много; вторая — внеземных цивилизаций скорее всего очень мало, не исключено даже, что их вовсе нет.
Заметят они также, что распределение сил было неравное: тех, кто держался первой точки зрения, было несравненно больше.
Наконец, может быть, они обратят внимание — хотя это уже не так вероятно, — что "скептики" не всегда были "скептиками", они превратились в них постепенно, на протяжении первых десятилетий теоретических размышлений и практического поиска внеземного разума.
Показательна в этом отношении эволюция взглядов члена-корреспондента Академии наук СССР Иосифа Самуиловича Шкловского.
Он автор книги "Вселенная, жизнь, разум".
Первое ее издание вышло в 1962 году.
Какова была в то время позиция И. С. Шкловского?
"…Проявления разумной жизни… — говорилось в книге, — могут быть довольно широко распространены во вселенной". Вместе с тем нельзя исключить "неутешительную возможность того, что разумная жизнь во вселенной — редчайшее (хотя, конечно, не уникальное) явление. И все же эта возможность представляется нам маловероятной…".
Известно, что число внеземных цивилизаций зависит от числа планетных систем, планет, на которых может зародиться жизнь, где она может развиться до разума и, наконец, технически развитого общества. Каких же тут следует ожидать чисел? Точка зрения И. С. Шкловского в ту пору была такова:
