По конспиративным соображениям, январское совещание ЦК было названо «февральским». В «Извещении» от имени совещания говорилось:
«В феврале текущего года состоялось совещание ЦК РСДРП с партийными работниками. К совещанию удалось привлечь членов нелегальных партийных организаций Петербурга, Московской области, Юга, Урала и Кавказа… Почти все участники совещания принимали выдающееся участие в разного рода легальных рабочих обществах и так называемых "легальных возможностях". Таким образом состав совещания обеспечил правильную картину всей партийной работы во всех главных районах России» («КПСС в резолюциях», ч. 1, стр. 288).
Во имя чего большевики пошли в легальные организации, совещание дало совершенно недвусмысленный ответ:
«Продолжая свою неуклонную, настойчивую, систематическую работу по использованию всех и всяких "легальных возможностей" начиная от трибуны черной Думы и кончая любым обществом трезвости, РСДРП не забывает ни на минуту, что высокого звания члена партии достоин лишь тот, кто всю работу среди масс ведет действительно в духе партийных решений, обдуманных и принятых с точки зрения нарастающей революции… Не плыть по течению легализма, а использовать все легальное для постепенной группировки всего живого вокруг нелегальной партии — наше дело… Не пустые фразы о "единстве" в легальной печати…, а одно только объединение на местах, слияние на деле в единую нелегальную организацию всех рабочих, входящих в РСДРП, — только оно одно решает вопрос о единстве» (там же, стр. 289–290).
Так Ленин создавал нелегальную партию, как иерархическую конспиративную организацию с генеральным штабом во главе в виде ЦК, который в своих боевых операциях опирается на всевозможные легальные учреждения от думской фракции с.-д. до «общества трезвости». Не только «ликвидаторы», но и меньшевики-партийцы оказались неспособными на такую работу.
Резолюция совещания констатирует:
«Новая революция, начало которой мы переживаем, является неизбежным результатом банкротства третьеиюньской политики царизма». Совещание сознательно делает ударение на нелегальной работе, которой должны быть подчинены все легальные акции: «единственно правильным типом организационного строительства в переживаемую эпоху является: нелегальная партия, как сумма партийных ячеек, окруженных сетью легальных и полулегальных рабочих обществ» (стр. 292–293).
Поэтому основная цель, вопреки меньшевикам-ликвидаторам, — дальнейшее строительство нелегальной партии. В резолюции по данному вопросу сказано:
«Главная очередная задача — создание на всех фабриках и заводах чисто партийных нелегальных комитетов… создание из разрозненных местных групп одной руководящей организации в каждом центре… В целях установления тесных связей между местными организациями и ЦК, а также в целях направления и объединения партийной работы Совещание считает настоятельно необходимым организацию областных центров в главных районах рабочего движения» («КПСС в рез.», ч. 1, стр. 293–294).
В резолюции о работе думской с.-д. фракции говорилось, что «думская с.-д. фракция является органом, подчиненным партии в лице её центральных учреждений» и что над её работой «необходим контроль партии» (там же, стр. 295).
Второе совещание ЦК состоялось в Поронине (около Кракова) 23 сентября — 1 октября (6-14 октября) 1913 года (по конспиративным соображениям совещание было названо «августовским»). На нем присутствовали Ленин, Зиновьев, Каменев, пять членов Государственной думы, десять делегатов от русских организаций и пять польских социал-демократов (в их числе Ганецкий-Фюрстенберг). Председательствовал Ленин, его заместителем был Малиновский. Совещание продолжалось девять дней. Из 18 заседаний 5 были посвящены докладам с мест и докладу ЦК. По официальному извещению рассмотрены были вопросы о стачечном движении, о работе в легальных обществах, о партийной печати и о задачах агитации, о думской работе с.-д., о думской с.-д. фракции, о народниках (эсерах), национальный вопрос, вопрос о партийном съезде, который намечался на лето 1914 года.
Все эти вопросы были рассмотрены с точки зрения неизбежности начала новой революции в ближайшее время («КПСС в рез.», ч. 1, стр. 302). Еще раз в центре внимания совещания стоял вопрос о необходимости сочетания нелегальной работы с легальной работой. Совещание рекомендовало, а ЦК утвердил, что надо расширить сеть «доверенных лиц» ЦК (агентов ЦК) на местах. Кроме членов ЦК, в России уже работало 14 агентов ЦК («История КПСС», т. 2, стр. 413). Об этих доверенных лицах-агентах ЦК в резолюции сказано:
«Совещание признает, что система доверенных лиц при ЦК для объединения общероссийской работы совершенно необходима… Чтобы выдвинуты были доверенные лица хотя бы в каждом крупном центре рабочего движения и в возможно большем числе» («КПСС в рез.», ч. 1, стр. 310). О легальных ячейках партии сказано, что необходимо усилить работу во всех легальных рабочих обществах (профсоюзы, клубы, больничные страховые кассы, кооперативы и т. д.) и постепенно взять их под влияние партии, «чтобы каждое из этих учреждений было оплотом партии», и что надо «добиваться избрания на все ответственные посты сторонников партии» (там же, стр. 314).
Совещание отметило, что в предстоящей революции малые нерусские народы России будут играть важную роль. Надо заручиться их поддержкой в пользу партии. Для этого совещание рекомендовало, а ЦК утвердил как главный лозунг по национальному вопросу следующее положение: признание «права угнетенных царской монархией наций на самоопределение, т. е. на отделение и образование самостоятельного государства» (там же, стр. 315–316). Тут же ЦК делал оговорку, сводящую на нет только что объявленное право наций на самоопределение, говоря, что право нельзя смешивать с «целесообразностью» и что партия будет решать национальный вопрос каждый раз конкретно, в «интересах классовой борьбы пролетариата за социализм» (там же).
Этим двумя совещаниями Ленин доказал, что у партии есть не два центра (ЦК и ОК), а только один руководящий и практически действующий в России орган — большевистский ЦК.
Власть — вот фокус средоточия всех политических страстей большевизма. В ЦК Ленин открыл орудие достижения государственной власти. ЦК словно почувствовал близость достижения этой власти, когда он в «Извещении» о Поронинском совещании записал следующие воистину пророческие слова:
«Вопрос о новой революции господствует над всей политической жизнью страны… Путь намечен. Партия нашла основные формы работы в нынешнюю переходную эпоху… Самое трудное время позади, товарищи. Наступают новые времена. Надвигаются величайшей важности события, которые решат судьбу нашей родины» («КПСС в рез.», ч. 1, стр. 302–308).
Бюро Социалистического Интернационала продолжало предпринимать шаги, чтобы примирить враждующие течения РСДРП (в связи с кампанией выборов в IV Государственную думу, потом по инициативе члена Бюро Р. Люксембург). Состоялось специальное заседание Бюро Социалистического Интернационала 14 декабря 1913 года, на котором были сделаны тщетные попытки примирить большевиков и меньшевиков.
Последняя такая попытка состоялась 20 июня 1914 года в Брюсселе. Руководители II Интернационала Каутский, Вандервельде, Гюисманс, Р. Люксембург созвали общее собрание по этому вопросу. На собрании присутствовали делегации ЦК во главе с Лениным, представители Бунда, польских с.-д., латышских с.-д., редакций «Правды» и «Нашей рабочей газеты», представители от «шестерки» и «семерки», персонально присутствовали Троцкий, Плеханов, Алексинский.
В ответ на предложение объединиться Ленин заявил, что объединяться, собственно, не с кем, за его ЦК стоят 4/5 всей партии. Ленин кончил речь ультиматумом:
«Признать ЦК РСДРП в качестве единственного руководящего центра и уничтожить меньшевистский центр ОК» («Ко дню 50-летия В. И. Ульянова (Ленина)», Москва, 1920, стр. 29).
Речь Ленина была встречена его противниками резкой критикой. Плеханов даже заявил, что Ленин не хочет объединения потому, что не хочет выпустить из своих рук партийных денег, часть которых, сказал Плеханов, он захватил «воровским способом» (за это выражение Плеханов был остановлен и лишен слова) (Спиридович, цит. пр., стр. 261).
