– Нет, – задыхаясь, сказала Клэр, – конечно, нет.
– А почему бы нам не войти в дом? – предложил Джеймс, отступая в сторону и пропуская всех в холл.
Неожиданно Клэр, к своему ужасу, обнаружила, что оказалась на руках у Стюарта.
– Я должен перенести свою молодую жену через порог, – прошептал он.
Мать Стюарта рассмеялась от удовольствия и поспешила следом за ними, закрыв дверь.
– Стю, – сказала Мери с понимающей улыбкой, – почему бы вам с Клэр не подняться наверх и не привести себя в порядок, пока мы с отцом приготовим чего-нибудь закусить и выпить.
– По-моему, это неплохая мысль, – кивнул Стюарт, ставя помертвевшую Клэр на ноги. – Па, не мог бы ты попросить Сэмюэла принести кувшин воды и несколько полотенец в большую спальню?
Потом, повернувшись к Клэр, он взял ее за руку и повел через отделанный мрамором холл к прекрасной дубовой лестнице.
– Вы не голодны? – спросил он, когда они начали подниматься по ступенькам.
– Не очень, – прошептала Клэр, отчаянно пытаясь высвободить свои пальцы из его ладони. Но Стюарт не позволял Клэр этого сделать, и не было никакой возможности вырвать руку, не устроив сцены на глазах у его родителей.
Клэр показалось, что до первой лестничной площадки они добирались целую вечность. Но вот наконец они оказались там, где родители Стюарта не могли их видеть. Поняв это, Клэр сердито вырвала у него свою руку.
– Что случилось? – с невинным видом спросил Стюарт.
– Прекратите! – прошипела девушка. – Как вы смеете дотрагиваться до меня!
Глаза Стюарта сузились, и резким движением, не оставлявшим сомнений в том, что он не потерпит никаких возражений, мужчина сжал пальцы на ее плече и подтолкнул ее вперед. Они прошли через большой коридор, потом повернули налево и вошли в элегантно обставленную спальню. Ах, никогда в жизни не видела Клэр такой красоты!
Большие окна этой комнаты, выходившие на улицу и украшавшие фасад здания, девушка заметила еще снаружи. Изнутри окна были задрапированы бархатными шторами кремового цвета, отделанными муслиновыми оторочками, а пол был застлан мягким зеленым ковром, напоминавшим по цвету лесную лужайку. У одной стены стоял большой шкаф красного дерева. В углу комнаты находился камин, перед которым стояли два кресла кремового цвета с маленьким столиком между ними. На нем сверкал и переливался прекрасный хрустальный графин с бренди, окруженный четырьмя изящными бокалами тончайшей работы.
Клэр восхищенно рассматривала этот прелестный уголок, пока взгляд ее неожиданно не упал на кровать у дальней стены. Ложе это было совершенно не похоже на те постели, в которых Клэр доводилось спать прежде, и от одного его вида сердце ее забилось как сумасшедшее. Это была не просто кровать, это было настоящее прибежище неги – огромное, роскошное и манящее. Клэр довольно долго просто смотрела на удивительное ложе, пока неожиданно Стюарт не взял ее за плечи и не повернул к себе.
– А теперь послушайте меня, – приказал он, и стальные ноты в его голосе тотчас заставили Клэр внимательно посмотреть на мужа, – эти люди внизу думают, что мы безумно влюблены друг в друга, и вы не сделаете ничего, я повторяю – ничего, чтобы вывести их из этого заблуждения.
– А почему они так считают? – удивилась Клэр. – Просто оттого, что мы женаты?
– Нет, потому что я им написал, что мы любим друг друга, – мрачно ответил Стюарт. – Перед тем как покинуть Саванну, я послал им телеграмму, в которой сообщил, что безумно влюбился в свою сиделку, женюсь на ней и привезу ее домой. Конечно, я не ожидал, что они окажутся здесь до нашего приезда, но они примчались в Бостон, и я не хочу волновать их и давать им повод думать, что между нами что-то не так.
– Понимаю, – кивнула Клэр, – и не сделаю ничего, что вызвало бы у них хоть какие-то подозрения. Но молодожен вы или нет, вы не должны хватать меня руками каждый раз, когда ваши родители оказываются в комнате.
– Клэр, – Стюарт проявил твердость характера, сдерживая нарастающую ярость, – мы с вами новобрачные. Я не знаю, известно вам или нет, но новобрачные обычно не могут удержаться, чтобы не прикоснуться друг к другу.
– Ну, едва ли это справедливо по отношению к нам, – протянула Клэр.
– Отношения наши таковы, что вы – моя жена, и я надеюсь, что вы будете вести себя соответственно, – грозно заявил Стюарт. – Вы обязаны так поступать, – сурово добавил он.
– Майор, мы уже раньше говорили об этом, и вы достаточно ясно дали мне понять, к чему сводятся ваши ожидания, – звенящим голосом ответила девушка.
– Да, и они станут еще яснее, когда сегодня ночью мы окажемся в этой постели, – предупредил Стюарт.
Глубоко вздохнув, Клэр повернулась и снова взглянула на огромную кровать.
– Вы обещали мне, что ни к чему не будете меня принуждать, – прошептала она.
– Я помню, что обещал вам, и могу снова повторить, что у меня нет ни малейшего желания овладеть вами силой. Но я буду любить вас. В этом не может быть никаких сомнений. И вы тоже захотите разделить со мной восторги страсти!
– О, как вы отвратительны! – яростно вскричала Клэр. – Я не захочу разделить с вами восторгов страсти, даже если вы окажетесь последним мужчиной на земле и это будет последний день моей жизни!
Стюарт улыбнулся и бросил на нее такой вызывающий взгляд, что ей захотелось ударить его.
– Отвратителен, миссис Уэлсли? – спокойно сказал он и дразняще провел пальцем по ее щеке и нижней губе. – Вы считаете, что я отвратителен? Посмотрим, что вы скажете завтра утром.
Клэр подняла руку, чтобы оттолкнуть его, но он поймал ее в воздухе, крепко прижал к груди и наклонился, чтобы быстро поцеловать жену в губы.
– Надеюсь, – прошептал он, – что, спустившись вниз, вы вернете мне этот поцелуй, конечно, только ради родителей.
Едва Стюарт закрыл за собой дверь, как услышал, что его щетка для волос ударилась в дверь с другой стороны. Рассмеявшись, он покачал головой и пошел вниз, чтобы присоединиться к родителям, задавая себе вопрос, какие еще сюрпризы принесет предстоящий вечер.
12
Вечер прошел значительно лучше, чем ожидала Клэр. После того как Стюарт ушел к родителям, она провела в спальне столько времени, сколько позволяли приличия. Наконец, после того как она умылась, причесалась и переоделась в новое желтое шелковое платье, Клэр поняла, что дольше тянуть нельзя, и вышла в коридор. Медленно спускаясь по великолепной лестнице, она услышала громкие голоса Стюарта и его отца, доносившиеся из комнаты, которая, как ей показалось, служила главной гостиной. Тихо пройдя через холл, она остановилась возле двери и заглянула внутрь. Она не знала, что может там увидеть, но сцена, представшая ее взору, повергла ее в изумление.
