что он крайне важен как для США, так и для Японии. Что касается Соединенных Штатов, то для них важность сохранения союзнических отношений со Страной восходящего солнца объясняется не только тем, что ни одна из союзных с Соединенными Штатами стран не выплачивает американской стороне столь большую компенсационную сумму за присутствие вооруженных сил США на своей территории (4 млрд долл. ежегодно). Да и вывод американских войск с Окинавы также финансируется преимущественно японской стороной — японское правительство обещало выделить для решения этой задачи 3,1 млрд долл. В Японии находится более 52 тыс. американских военных. С учетом гражданского персонала и членов семей военнослужащих количество американцев в Японии составляет более 100 тыс. человек.
Огромное значение для Соединенных Штатов имеет и готовность японской стороны к взаимодействию с американцами в развитии системы противоракетной обороны театра военных действий. Так, японские круги высказывали намерение создать совместно с США региональную систему ПРО на своей территории с возможным участием Южной Кореи, а также желание развивать сотрудничество с США в производстве систем ПРО типа Patriot PAC-3 и проведении НИОКР по новой противоракете морского базирования «Стандарт-3М» (модель 2).
Руководство Тихоокеанского командования высоко оценивает готовность Японии к взаимодействию с другими американскими союзниками в Азиатско-Тихоокеанском регионе, включая Южную Корею и Австралию. Разумеется, в Вашингтоне хотели бы более активного участия японских сил самообороны в поддержании весьма выгодного Соединенным Штатам status quo в регионе, однако экономические трудности Японии, вынуждающие эту страну неуклонно сокращать свои оборонные расходы начиная с 2002 г., превращают Страну восходящего солнца скорее в потребителя, чем в производителя безопасности.
Как указывается в промежуточном отчете, подготовленном министерствами обороны США и Японии о пересмотре руководящих принципов японо-американского сотрудничества в области обороны, военные ведомства двух стран будут сотрудничать в следующих областях:
• разведка, наблюдение и рекогносцировка;
• учения и боевая подготовка;
• использование объектов и территорий;
• материально-техническое обеспечение;
• защита имущества;
• противовоздушная и противоракетная оборона;
• защита объектов и территорий;
• поиск и спасение;
• деятельность по обеспечению эффективности экономических санкций;
• небоевые операции по проведению эвакуации;
• меры по работе с беженцами;
• безопасность на море.
В документе особо подчеркивается, что в случае вооруженного нападения на Японию Япония будет нести главную ответственность за отражение нападения. Соединенные Штаты будут оказывать поддержку, в том числе посредством проведения ударных операций в случае необходимости. Аналогичным образом будут действовать американские военные и в том случае, если будет совершено вооруженное нападение на иностранное государство, находящееся в «тесных отношениях» с Японией, и если применение японских вооруженных сил допускается в соответствии со своей Конституцией и в соответствии с постановлением кабинета министров Японии от 1 июля 2014 г.[225]
Другим ключевым компонентом стратегии США в регионе являются отношения Соединенных Штатов с Южной Кореей. Эта страна играет ведущую роль в сдерживании той угрозы, которая, по оценке американских правящих кругов, исходит со стороны КНДР, ее конвенционального и ракетно-ядерного потенциала. Вот почему Тихоокеанское командование уделяет особое внимание этой стране. Достаточно сказать, что широкомасштабные американо-южнокорейские военные учения с участием сухопутных войск, ВВС и ВМС проходят не реже двух раз в год. Хотя Вашингтон всякий раз декларирует «оборонительный» характер этих военных учений, там не скрывают, что эти маневры должны произвести эффект устрашения на Северную Корею.
Процесс трансформации Тихоокеанского командования затронул и военные связи Соединенных Штатов и Южной Кореи: за последние годы американское военное присутствие в стране было серьезно сокращено. Предполагается, что эта передислокация будет завершена в 2017 г. В настоящее время американские войска перебрасываются из центра Сеула на объекты постоянного базирования южнее столицы РК. Туда же будет переведена и штаб-квартира 8-й армии США.
В принятом в октябре 2016 г. Совместном коммюнике по итогам 48-й американо-южнокорейской встречи по проблемам безопасности на уровне министров обороны американская сторона подтвердила «приверженность США обеспечению расширенного сдерживания для обеспечения безопасности Республики Корея за счет полного спектра военных возможностей, в том числе американского ядерного зонтика, обычных средств и возможностей противоракетной обороны»[226]. Свидетельством тому, что это не пустые слова, стало решение американской стороны о развертывании батареи ПРО системы THAAD на территории Южной Кореи[227].
Особое значение, с точки зрения Министерства обороны, имеет трехстороннее американо-японско-южнокорейское военное сотрудничество, поскольку эти три страны разделяют «общие ценности», а также располагают финансовыми ресурсами и материально-техническим потенциалом для того, чтобы дать ответ на вызовы безопасности в данном регионе. Как указывалось в вышеупомянутом Совместном коммюнике по итогам 48-й американо-южнокорейской встречи, стороны «разделяют понимание важности трехстороннего сотрудничества в оборонной сфере между США, Республикой Корея и Японией перед лицом северокорейской ядерной и ракетной угрозы»[228]. По такой же «треугольной» модели Тихоокеанское командование выстраивает свое военное сотрудничество в формате США — Япония — Австралия и США — Япония — Индия[229].
К числу традиционных американских союзников в регионе относится Австралия. Австралия направила свои воинские контингенты в Афганистан и Ирак; вооруженные силы этой страны интенсивно отрабатывают взаимодействие с Тихоокеанским командованием на стратегическом и оперативном уровнях.
В соответствии с соглашением между Канберрой и Вашингтоном американские морские пехотинцы размещаются в настоящее время на военно-морской базе в Дарвине. И если первоначально численность контингента Корпуса морской пехоты США ограничивалась 250 солдатами и офицерами, то в ходе третьей ротации на базе в Дарвине было размещено уже 1177 морских пехотинцев. Четвертая ротация начинается в апреле 2016 г. Австралия остается одним из крупнейших покупателей американских систем вооружений, включая такие новейшие системы, как истребители-бомбардировщики пятого поколения F-35, патрульные самолеты противолодочной обороны P-8 «Посейдон», военно-транспортные самолеты С-17 «Глоубмастер», палубные истребители EA-18G «Гроулер», БПЛА «Глобал Хоук» и вертолеты МН-60R. США и Австралия активизируют сотрудничество в таких сферах, как борьба с терроризмом, космическими и киберугрозами, в формировании интегрированной противовоздушной обороны и укреплении регионального потенциала[230].
В соответствии с американо-филиппинским Договором о взаимной обороне Тихоокеанское командование совместно с Государственным департаментом, Министерством юстиции США и агентством USAID оказывает большую помощь правительству Филиппин в противостоянии террористической угрозе. На территории страны действует Объединенная тактическая группа сил спецназначения США, задача которой — поддержка филиппинских военных, которые проводят контрпартизанские операции на территории Южного Минданао и архипелага Сулу против исламских радикалов. Американцы предоставили три катера Береговой охраны США в распоряжении филиппинских ВМС[231].
Официальный Вашингтон рассматривает Таиланд в качестве важного американского партнера и союзника в Юго-Восточной Азии. Таиланд направлял свои суда для борьбы с пиратством в Аденском заливе; таиландские военные участвуют в миротворческой операции в Дарфуре. Американские военные дают высокую оценку тем возможностям, которые открывает использование таиландских военных объектов. Таиланд активно участвует в выдвинутой министром обороны США Э. Картером
