его кто-то недавно трогал. Внутри него ничего особенного не обнаружилось: штаны, рубашки и прочая нательная одежда. Верхняя, как и положено, висела на стенах вместе с оружием, а также шаманскими приблудами, вроде пучков травы, огромного бубна и ритуального одеяния с яркой вышивкой и бахромой.
Неожиданно зашуршал войлок, а в юрте сразу стало свежее — это охранники сняли полог, укрывавший дымник — то самое центральное отверстие в крыше для выхода дыма.
— Спасибо! — крикнула им благодарная Рената.
Ей было действительно приятно, ведь она не просила о помощи.
Благодаря открытому дымнику она смогла разжечь очаг, в котором лежали дрова, поджидая хозяина, что значительно улучшило освещение. Факел она затушила, взяв в руки свечу — так гораздо удобней и меньше риска спалить всё к чертям собачьим.
Побродив вдоль стен, попаданка решила поподробней осмотреть ритуальный наряд — уж больно он был забавный. Яркий, несмотря на слой пыли, с кучей металлических бляшек, длинной бахромой и затейливым орнаментом.
— Интересно, где у него головной убор? — будучи опытной путешественницей, Рената прекрасно знала, что ни один уважающий себя шаман не будет проводить ритуал с непокрытой головой.
И принялась его искать. Обшарила все стены, сундуки, но ничего.
— Странно, — Рената почесала макушку и вновь окинула взглядом стены. Зацепилась за чучело странно растопыренного орла… подумала… и наконец-то догадалась: вот оно — ритуальное убранство!
Кое-как, стараясь не повредить, а то и того хуже — уронить, попаданка сняла его со стены. Тяжёлое! А уж запашок от него идёт… Впрочем, пахло не мертвечиной, а просто перьями, дымом и пылью.
— Опусти немедленно! — грозный окрик заставил Ренату вздрогнуть.
Будь она более слабонервной, точно бы уронила да попортила пёрышки, но нет, она отлично выспалась и падать в очередной обморок, да и просто поджимать хвост не собиралась. Лишь обернулась в сторону выхода, где стоял Бартагай в том же самом синем халате и гневно пыхтел. Казалось, поднажми он, и из ноздрей повалит дым.
— Почему? — она недоумённо вздёрнула бровь.
— Это священно! — патетично взмахнул руками шаман. — Ты — чужеземка, блудница, простая смертная не имеешь право даже заходить сюда! Кто тебе позволил? Ты должна была прийти к нам, шаманам, чтобы мы сопровождали тебя.
Мужика конкретно распирало. Лицо покраснело, усы с бородкой тряслись, а глаза стремились к европиоидному типу.
— Я работаю на результат, — как ни странно, но чем больше он ярился, тем спокойнее чувствовала себя Рената. Словно что-то глушило его ярость, не давало ей пробиться сквозь защитный кокон неизвестного происхождения. — Батыр-хан дал мне три дня, и я не собираюсь терять ни минуты этого времени!
Весь вид Бартагая говорил, что он сейчас её проклянёт. Потом лично свернёт голову, прирежет и поглумится над телом — настолько он оскорбился. Тут бы Ренате и конец настал, но он всё никак не мог определиться в очерёдности действий: сначала бить или проклинать?
И что ему не спалось в такую рань? Даже рассвет толком не наступил, а он уже поднялся и до Ренаты докопался?
— Ого! — взгляд попаданки упал на внутреннюю часть головного убора, а там… там обнаружилось два обручальных кольца, прикреплённых верёвочкой к основе[1].
То, что это не какой-то элемент убора, а именно брачные атрибуты, Рената чувствовала каким-то новым, внутренним чутьём. Спроси её, каким именно — не ответит. Сосредоточится, начнёт сомневаться и решит, что показалось.
— Что там? — Бартагай решительно двинулся в сторону нахалки, решив сначала бить.
Потому что для проклятия требовались травы и кости чёрного шакала, а их он, как назло, оставил в своей юрте. У Айтбая, кстати, все необходимые ингредиенты тоже имелись, но брать чужой инвентарь без личного разрешения хозяина запрещено кодексом степных шаманов!
— У него была возлюбленная! — мысль, мелькнувшая вчера, таки вернулась в буйную головушку — кольца притянули её обратно. — Надо найти эту девушку.
Бартагай даже растерялся от её уверенности. Да, он был взбешён, но чувствовал её правоту. Более того, не смог к ней приблизиться, словно его кто-то не пускал. Невидимый, неосязаемый, но сильный.
Сама Рената ничего не замечала. Шаман остановился? И хорошо. Почему? Не до этого — она на такой шикарный след напала!
Обогнув Бартагая, Рената двинулась в сторону выхода, где её ждали охранники.
— Ребят, мне бы сходить к кому-нибудь, кто хорошо знал вашего пропавшего шамана, — имя Айтбая она, хоть убей, не могла запомнить.
— Батыр-хан, — логично ответил один из воинов.
— Потом, хочу сначала с кем-нибудь попроще поговорить, — оглядевшись по сторонам, она обратила внимание, что некоторые степняки, несмотря на ранний час, уже вышли из юрт и принялись за обычные повседневные дела.
Кто-то за водой пошёл, кто-то дрова нёс для растопки очага, кто-то поспешил к животным — те тоже желали завтракать.
— Он мало с кем общался, предпочитал говорить с ветрами и духами, — охранник сдвинул шапку на затылок и вытер пот со лба — умаялся с дымником.
И тут открылось его ухо. Рассечённое, врезавшееся в её память. И сразу как-то теплее что ли стало. Пусть он и посторонний кочевник, но человек явно не плохой.
— Не знаю, не знаю, для кого-то же он эти кольца приготовил, — Рената показала находку, чувствуя, что этот мужчина на начнёт на неё орать, словно его оскорбили. — Надо бы отрезать верёвку, чтобы не ходить везде с этой тушкой.
— Нельзя брать вещи, принадлежащие шаману, без его позволения! — похоже, Бартагай успел прийти в себя, последовать за Ренатой на выход и услышать крамольное предложение. — Верни на место!
— Нет, мне это понадобится, — Рената покрепче ухватилась за головной убор и пошла с ним в свою юрту.
Вдруг отберут?
Бартагай окончательно рассвирепел. Он выхватил длинный кривой нож и бросился в сторону нахалки.
— Нет! — тот самый стражник ловко поймал и вывернул его руку. — Батыр-хан приказал охранять её и не давать никому в
