Вера в дурной запах евреев пережила средние века. В XVII в. архиепископ Палермский писал из Алжира, что все евреи воняют козлом, как и их жилища, даже у самых богатых[629]. Изобретение незадолго до этого их единоверцем мыла ничего не изменило.
С новой волной антисемитизма в конце XIX в. воскрес и миф о запахе евреев. Антисемитская газета «Силуэт» в Константине писала об алжирских евреях, что потомки козла источают запах своих предков. 21 марта 1890 г. в прусском парламенте стоял вопрос о еврейских запахах[630]. Не мог не подхватить эту тему и Дрюмон. Он считал, что евреи распознают друг друга по запаху, а еврейки, чтобы скрыть его, обильно поливаются духами[631]. Создатель «Франс Жюив» разделял мнение, некогда высказанное писателем Банаццини, который в своем «Трактате о ремесленниках» объяснял запах евреев неумеренным потреблением козлиного и гусиного мяса. На антисемитском митинге 26 октября 1901 г. Дрюмон заявил: «В синагоге в день Киппур был бы нужен бочонок дезодоранта»[632]. Доктор Сельтикус с готовностью поддержал знаменитого полемиста, утверждая, что даже богатые евреи, несмотря на ванны и одеколоны, от рождения пахнут чем-то прогорклым[633]. Другой памфлетист писал, что длинные одежды евреев из плотной ткани предназначены для того, чтобы не давать распространяться запаху: они как стеклянный колокол, которым накрывают пахучий сыр.
Специфический запах евреев вошел даже в церковное обучение. В 1898 г. в Лилле был создан антисемитский союз, объединивший в основном учащихся католического факультета: адвокат Ван Эсланд специализировался там на лекциях о форме носа и запахе евреев[634]. Правда, один антисемит того времени говорил, что в одном случае запах еврея перестает быть отвратительным — это запах влюбленной еврейки; однако ее аромат притягивает, как те ядовитые цветы, что лишают рассудка[635].
Арабы не отставали от христиан, приписывая евреям тошнотворный запах. В 1887 г. раввины Феса направили в Нью-Йорк жалобу: новый губернатор запретил иудеям покупать цветы, считая, что их аромат несовместим с евреями. Среди мусульман давно ходила шутка: если наши молитвы не дают дождя, пусть помолятся евреи. Господь, чтобы долго не терпеть их запахи, пошлет дождь[636].
С расцветом гитлеризма зловоние евреев стало навязчивой идеей у арийцев. 16 февраля 1930 г., когда еврей Пауль Леви покончил с собой, выбросившись из окна, журнал «Штюрмер» написал по поводу этой смерти, что бедняга не вынес своего собственного запаха. Сам Адольф Гитлер всячески поддерживал мифы о запахе евреев. Он терпеть не мог одеколоны и лосьоны, никогда ими не пользовался, чтобы не подумали, будто он, как еврей, скрывает собственный запах. Когда его спрашивали, почему евреи враждебны нации, он отвечал: «Потому что они пахнут иначе»[637]. В речи, произнесенной в Мюнхене 29 ноября 1939 г., он заявил: «Расовый инстинкт всегда мешал арийцам соединяться с евреями. Но сегодня, с распространением моды на духи, каждый может пахнуть, как все, стирается различие между расами. На это и рассчитывают евреи»[638].
Нацисты искали «еврейским испарениям» научное объяснение. Немецкий антрополог А.Гюнтер предложил метод химического анализа. С 1928 г. он ходил в кошерные рестораны и нашел запахи посетителей весьма специфическими[639]. Доктор Монтандон, который в то время преподавал в Институте антропологии в Париже, писал, что сальные железы, придающие определенный запах подмышкам и лобку, более многочисленны у евреек[640]. Он также считал, что потовые железы евреев обладают особым химизмом и, «возможно, запах евреев связан с негроидными корнями этой расы»[641].
Для многих антисемитов запах еврея подобен запаху негра, а один из них даже писал: «… чтобы хорошо узнать еврея, нужно узнать негра… это всего лишь плохо побеленный чернокожий»[642]. 15 декабря 1942 г. в амфитеатре Мишле в Сорбонне профессор Лабру в своей вступительной лекции в присутствии ректора Гиделя категорически утверждал: «Евреи обладают специфическим запахом, который выдает их древние негроидные корни»[643].
Миф о запахе евреев стал излюбленным мотивом антисемитской пропаганды во время оккупации. На выставке «Еврей и Франция» в Берлинском дворце юные посетители получали по американскому доллару; на оборотной стороне монеты было выбито: «Деньги не пахнут, но пахнет еврей»[644].
Немецкие солдаты, имевшие дело в лагерях с заключенными, принадлежащими к «низшей расе», которых содержали в животных условиях, естественно, убеждались в правоте легенд о зловонии евреев. А последние сомнения развеивал широко демонстрировавшийся фильм «Еврей Зюсс»: по замыслу режиссера, когда Зюсс приходит просить руки любимой девушки у ее отца, тот рывком открывает окно, «чтобы в комнате не смердело евреем»[645].
Миф о специфическом запахе евреев поддерживался в СССР. Одна студентка-еврейка хотела эмигрировать с мужем в Израиль; проректор медицинского института, где она училась, сказал, убеждая ее остаться: «Я знаю девушку, которая вышла замуж за еврея, она говорит, что все евреи воняют всегда и повсюду; Израиль — зловонная страна»[646].
МИФ О ЗАРАЗНЫХ БОЛЕЗНЯХ ЕВРЕЕВ
Давно живет на свете и миф о том, что евреи передают заразные болезни. Еще в древности считали, что они страдают многочисленными кожными заболеваниями; так, например, у Моисея якобы был лишай. Греческие и римские авторы неоднократно намекали на эти болезни и считали, что именно боязнь их лежит в основе запрета на свинину[647]. Тело у евреев всегда было полностью закрыто длинной одеждой, что давало повод окружающим думать, будто они скрывают кожные болезни; поэтому их опасались как разносчиков. На евреев, изгнанных из Испании Филиппом III, в начале XVIII в. была возложена вина за появление сифилиса в Оверни[648]. Такое же обвинение выдвинул путешественник Леон Африканский: он считал, что сифилис появился в Испании еще до открытия Колумбом Америки; евреи, изгнанные в 1492 г., занесли его в Северную Африку, где его называли «испанской болезнью»[649]. Уже на пороге XX столетия, в 1896 г., еврейские дети были исключены из школ в Константине из опасения, что они могут быть разносчиками всевозможных болезней. Занятия евреев издавна были связаны с передвижениями: бродячие торговцы и т. п.; когда разражалась эпидемия, их легко было обвинить в переносе инфекции.
Вера в то, что арийские женщины заражаются спермой евреев при половых сношениях, всячески подогревалась гитлеровцами, но родилась она задолго до возникновения нацизма. В конце XIX в. в «Протоколах сионских мудрецов», которые считали ее подлинной, утверждалось, что даже если половые отношения между арийкой и евреем прекратились много лет назад, она все равно будет с этих пор рожать полуевреев. Венец Артур Динтер воспроизвел этот миф в своем завоевавшем огромную популярность романе «Прегрешение против крови». Эта книга посеяла панику среди ариек, когда-либо питавших слабость к сынам Израиля: ребенок героини, рожденный несколько лет спустя после ее связи с офицером-евреем, обладал ярко выраженными и даже окарикатуренными семитскими чертами.
«Дирижером» камланий против загрязнения расы стал Юлиус Штрейхер, прозванный «пожирателем евреев». Он обвинял их во введении сывороток и вакцин животного происхождения, загрязняющих германскую кровь, сваливая в одну кучу доктора Леви, ассистента Коха, открывшего бациллу, названную его именем, сифилидологов Эрлиха и Вассермана, — все они были евреями[650]. В 1935 г. в новогоднем номере своего журнала Штрейхер заявил, что и сперма евреев заражает арийских женщин: одного соития с евреем было, по его словам, достаточно, чтобы все дети у женщины рождались уродливыми, слабыми и болезненными.
Гитлер был одним из самых верных читателей Штрейхера, чьи идеи о заражении спермой были подхвачены нацистами и во многом послужили основой Нюрнбергских законов расовой чистоты. В октябре 1938 г. министерство юстиции Третьего рейха постановило, что, даже будучи за границей, немка не должна нарушать законы расовой чистоты[651], в противном случае она рискует вернуться на родину навеки оскверненной и производить неполноценное потомство. У Гитлера же загрязнение расы стало поистине навязчивой идеей; он неоднократно возвращается к ней в книге «Майн Кампф»: «Еврей оскверняет девушку своей кровью, он отравляет чужую кровь и бережет свою» и т. д. и т. п.
МИФ О ПОХОТЛИВОСТИ ЕВРЕЕВ
Чтобы сильнее разжечь ненависть к евреям, антисемиты часто прибегали к мифу об их безудержной похотливости. Рисунки и статуэтки средневековья часто изображают еврея, присосавшегося к сосцам свиньи. Даже в XIX в. нашелся карикатурист, нарисовавший еврея в этой унизительной позе[652]; а задолго до него другой, в Баварии, изобразил еврея, приносящего клятву на свиной коже[653]. До 1870 г. Гужено де Муссо в книге, предисловие к которой написал директор Иностранных миссий и которую сам Папа благословил за смелость, утверждал, что Каббала, символами которой являются фаллос и змея, предписывала сынам Израиля эротические оргии[654]. Другой антисемит того же времени писал, что, согласно Талмуду, «еврей, оскорбивший не-еврейскую женщину, не заслуживает наказания, ибо причинил зло всего лишь кобыле»[655]. Действительно, по утверждению знаменитого раввина Бехаи бен Герсона и даже Маймонида, прелюбодействующий еврей, даже женатый, не совершает греха, если он блудит с христианкой. Говорили даже, что «Зохар» учит его приносить в жертву девственность христианки в утеху Господу[656].
