Я невольно пошевелил плечами и выпрямился, с удовольствием чувствуя, что у меня и рост, и осанка, да и вообще я орел, если не слишком присматриваться.
Герцог на миг встретил мой взгляд, я внутренне содрогнулся: орлиный взор, гордая осанка, исполненные достоинства движения и свободный шаг человека, который вовсе не считает себя ущербным.
Я помедлил и тоже слегка поклонился, но только чуть-чуть, как младший старшему. Он остановился, холодно и с некоторой брезгливостью оглядывая меня и мою поношенную одежду, бросил беглый взгляд на Пса. В костюме из самого дорогого сукна, украшенного золотым шитьем и множеством драгоценный камней, он выглядит сановником из времен Екатерины Второй. Лицо уже холеное, сытое, хотя видны два шрама на скуле и подбородке, напоминая, что это все-таки рыцарь, хоть и на покое.
– Это вы, – спросил он с некоторым сомнением, – граф Валленштейн?
Я ответил с легким поклоном:
– Имею честь им быть.
Он с прежним сомнением оглядел меня с головы до ног.
– Мне приходилось с вами на турнирах скрещивать копья… Признаюсь, вы непревзойденный боец. Я не слишком щепетилен в вопросах веры, но то, что вы не стареете, настораживает и наталкивает на мысль…
Я торопливо прервал:
– Никаких сделок с дьяволом, дорогой граф! Вы встречались на турнирах с моим отцом.
Он вскинул брови, долго всматривался в меня.
– Да, – сказал он наконец, – теперь вижу отличия. Вы даже несколько крупнее. Герцогу Валленштейну повезло с таким сыном. Я вижу, вы странствуете один?
– Нет, конечно, – ответил я. – Со мной мой меч, конь и верный пес. Разве настоящему рыцарю кто-то нужен еще?
Тень неудовольствия мелькнула по его лицу. Сам наверняка даже в туалет ходит с толпой слуг, оруженосцев, конюхов и помощников.
– Я слышал, – проговорил он в сомнении, – у вас была стычка в городе… И не одна?.. И что-то там про побоище в некоем саду?
Я отмахнулся:
– Какая стычка? Просто разогнал пьяный сброд, загородивший дорогу. Не помню, дважды или трижды. Благородные рыцари не запоминают такие мелочи. А в саду… Ну, там было побито немало пьяной черни. Думаю, за дело.
На его лице проступило нечто вроде легкого удовлетворения:
– Похоже, вы из земель, где простолюдины знают свое место. Прошу вас, граф, пройдемте в мой кабинет.
Он сделал приглашающий жест, я ответил легким поклоном, опять так же, как младший старшему, он мне не господин. Мы прошли в небольшой зал, Пес шел снова со мной у левой ноги, невозмутимый и не делающий лишнего движения, словно вышколенный дворецкий. Я с порога с удовольствием окинул шкафы с рядами толстенных томов. На массивном столе раскрытая книга размером с подушку, толстые страницы похожи на волны, еще два фолианта ждут своей очереди на краю стола, блестя медными и бронзовыми переплетами.
Граф проследил, как Пес вошел и сразу же лег у стола, повернулся ко мне.
– Уверен, – проговорил он, – почему-то уверен, что вы читать обучены…
– Есть такой грех, – согласился я. – Любил читать.
– А сейчас?
Я развел руками:
– Когда?..
Он не уловил в моем голосе сожаления, но не объяснять же, что нынешняя литература не очень меня устраивает по ряду параметров, пусть думает, что я рвусь махать мечом и топтать конем простой люд, забывший о почтении к знатным господам.
– А я вот на старости лет пристрастился, – сказал он таким тоном, как если бы Сатана горделиво сознавался в своих грехах. – Очень уж любопытственно узнавать, как некогда сражались и побеждали великие полководцы…
– Вы только о полководцах читаете? – спросил я.
Он удивился:
– А о чем же еще? Все остальное тлен, чепуха и заблуждения. Да и вообще… Есть книги, которые лучше вообще не брать в руки. А где о великих сражениях древности, всегда безопасны.
– Вы говорите о книгах магов, на которые наложены заклятия?
– Не только, сэр Ричард, не только. К примеру, великий Бутоттила, его еще называют Последним Хозяином Гор, ухитрился стать еще и великим государем. Так вот он, будучи магом, написал несколько книг, которые…
Он скривился, словно у него отчаянно болят зубы, я пришел на помощь:
– Оказались чем-то вредны?
Он кивнул:
– Книги Бутоттилы погубили немало магов. Сперва тех, кто их отыскал, потом все более знающих. Наконец их передали в Верховный Клан Магов, который объединяет их…
– В самом деле?
– Должен объединять, – поправился он нехотя и скривился еще сильнее. – Сами понимаете, маги тоже – люди. К сожалению. И каждый сперва себе. А потом уж… Да и то охотнее подставит ножку сопернику, ведь в их деле соперник – всякий. Но в некоторых случаях, как вот с книгами Бутоттилы, пришлось поделиться информацией… После того как погибли шесть магов, которые пытались прочесть заклятия в книге Последнего Хозяина Гор, эти книги король Ульрих изъял и передал в клан. Там все и началось…
– Разгадали? – спросил я жадно.
Он покачал головой:
– Погибли двое Высших магов, пока кто-то не высказал идею, что поверх наложено еще одно заклятие… К примеру, читающий должен либо пальцы скрестить, либо сидеть босым, либо держать ноги в тазике с водой… Словом, не предугадать, что нужно сделать до того, как раскрывать книгу. Просто раньше с такой предосторожностью не встречались, вот и гибли самые нетерпеливые…
– А нельзя как-то снять те заклятия?
Он развел руками:
– Увы, маги прошлого были намного сильнее. Не берусь судить, за счет чего, но – сильнее. Не знаю, чего недостает нынешним. Но отныне такие книги, во избежание соблазна, надлежит сжигать не раскрывая. Сейчас модно осуждать церковь и посмеиваться над ее наивностью, но в чем-то она права: все, что идет из прошлого, – лучше сжечь.
Издали донесся густой звук медного гонга. Граф с усилием поднялся.
– Обед. На этот раз пренебрежем этикетом насчет переодевания… хотя, честно говоря, моя супруга на этот счет придерживается строгих принципов, из-за чего и воюем постоянно. Как видите, сейчас я годен только на такие сражения…
Он явно кокетничал, если и староват для поединков на турнирах, но вполне мог бы руководить армиями в масштабных битвах. Я поклонился и последовал за ним, весь из себя в почтении к старшим и вообще само благонравие.
Пес снова красиво и чинно пошел слева, удивляя даже меня вдруг проснувшейся воспитанностью.
Глава 4
У входа в столовую встретила нас высокая, очень красивая женщина с прямой спиной и строгими серыми глазами. Из-за ее безукоризненной аристократичности я не сразу понял, что она очень молода: слишком царственное лицо, осанка, манеры…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
