– Но Надежда Сергеевна, я должен сначала вызвать Профессора Левединского, он ведь личный врач товарища Сталина а также об изменении маршрута должен знать Менжинский.
-Скажи ему Коба, обратилась к Сталину Надежда Аллилуева. Никогда раньше она к нему так не обращалась при людях. И тут раздался скрипучий совершенно чужой голос, который Паукер отказывался узнавать.
-Выполняй Паукер, Син Мавпи! Зло бросил в его сторону Сталин с ударением в его имени на втором слоге.
Вылетевший из комнаты Паукер, был одновременно в состоянии бешенства и паники, с хозяином явно что-то было не так, Сталин часто был суров и мог иногда ругнуться по грузински, но сейчас он использовал слова самого Паукера, когда-то рассказавшем ему анекдот, в котором хохол обзывает еврея-ростовщика именно такими словами. Сын обезьяны, вот как назвал Сталин своего самого верного и преданного сотрудника, причём назвал по украински, специально чтобы унизить. Раздосадованный и обиженный Паукер приказал готовить машину но не стал обьявлять общую тревогу и докладывать об изменении маршрута движения.
В «поликлинику» Сталин прибыл только с обычным своим экскортом из 12 сотрудников ОГПУ во главе с Паукером. Сотрудники охраны вождя работали профессионально, ини быстро проверили двор, все здание и заняли позиции на всех этажах и подьездных путях. Паукер лично проверил порядок расстановки постов, все комнаты и кабинеты здания, отсутствие личного оружия и правильность оформления документов всех сотрудников клиники и только после этого разрешил проводить Сталина на прием к «профессору». Все вроде было в порядке но Карл Владимирович не находил себе места от беспокойства, мало того что хозяин намеренно оскорбил его, хотя может быть это было проявление болезни, так еще и эта «поликлиника» не внушала ему доверия. Паукер заметил обилие иностранной аппаратуры и приборов, некоторые из которых были совершенно необычного вида, сотрудники также вызывали у Паукера подозрения, хотя документы у всех были в порядке, классовое чутье подсказывало ему некую буржуазность в их поведении, небыло у них в глазах страха, и особой радости и обожания на лицах тоже небыло, особенно подозрительным выглядел профессор, как он представился Александр Федорович Ходжаев, высокий худощавый мужчина примерно 40 лет с седыми волосами, видимо из татар. Паукер для себя решил от хозяина не отходить и держать кобуру открытой. При малейшем подозрении на неправильное лечение я вмешаюсь, успокаивал себя Паукер, ну не нравиться мне этот старорежимный доктор, он чем-то напоминает ненавистных австрийских офицеров из далекого прошлого.
В кабинет к «профессору» Ходжаеву Сталина ввела Надежда Сергеевна, Паукер и два охранника находились за его спиной. Хотя Алекс и готовил себя к тому, что Коба будет небольшого роста, с изрытым оспинами лицом и врядли будет напоминать самого себя на портретах, но действительность оказалась еще более удручающая. Алекс сразу обратил внимание на походку и осанку Сталина, он сутулился и странно подволакивал обе ноги, левое плечо было ниже правого видимо из-за атрофии мышц и вообще встретив этого человека на улице Алекс врядли бы узнал в нем отца народов СССР. Однако ни один мускул не дрогнул на лице доктора Ходжаева, он радушно улыбаясь сказал:
-Здравствуйте товарищ Сталин, Надежда Сергеевна, товарищи. Четко обозначив иерархию и приоритеты Алекс указал на два удобных кресла перед его письменным столом и пригласил своих гостей присаживаться. – Меня зовут Александр Федорович Ходжаев и я профессор хирургии и нейрофизиологии а также заведующий этой специализированной поликлиникой при МосСовете. Чем я могу вам быть полезен?
Сталин продолжал хранить молчание, поэтому Паукер начал давать указания: –Профессор вы должны осмотреть товарища Сталина и … Но закончить фразу он не успел. Надежда Сергеевна резко повернулась и гневным голосом приказала ему и охране выйти и подождать за дверью.
– Но Надежда Сергеевна, я всегда оставался в комнате во время медицинских осмотров товарища Сталина, ведь я отвечаю за безопасность!
– Коба он опять не выполняет твои указания! Вновь обратилась к мужу Надежда Сергеевна. Паукер похолодел от напряжения, липкий страх начал растекаться в области живота начальника Сталинской охраны, ну немогла Аллилуева так разговаривать с товарищем Сталиным, тем более при посторонних. Почему молчит хозяин, что же происходит?
– Вооон от сюда! Взревел Сталин. Паукер даже незаметил как очутился за дверью вместе с двумя своими подручными, паника охватила верного Сталинца и бывшего парикмахера, никогда он не видел столько ненависти во взгляде хозяина, даже когда тот говорил о своих политических противниках таким его взгляд небыл, да что же произошло, продолжал спрашивать сам себя Паукер. Что же делать, кому дать знать, что с хозяином твориться что-то необычное, да еще эта Аллилуева как-будто совсем другой человек!
Судя по нестандартной реакции Сталина на препарат «ВМ» у него проблемы с проводимостью нейронов головного мозга, похоже на невростинию, думал Алекс, воля подавлена, но эмоциональная составляющая характера наоборот расторможена. Он напугал своего Паукера до усрачки, а человек в панике может совершить непредсказуемые поступки, так нужно его быстро нейтрализовать.
– Коба, вот шприц, вызови Паукера, только его одного, пусть подойдет к тебе как можно ближе, затем сделай ему иньекцию прямо через одежду. Как понял?
-Понял я, понял, господин следователь! Видимо у Сталина всплыли воспоминания о его криминальном прошлом и частые допросы царскими дознавателями. Но тем не менее, выполнил он все четко и правильно, Паукер нагнулся к вождю для получения секретных инструкций а получил укол в руку спецпрепаратом, уже через несколько минут он счастливый и довольный «благодарностью» хозяина раздавал инструкции своим подчиненным не мешать полному обследованию товарища Сталина и создать все необходимые условия для работы медперсонала клиники.
Отправив Надежду Сергеевну получать процедуры по поводу ее воспаления органов малого таза, Алекс рассматривал сидевшего пред ним человека, неужели вот этот маленький, щербатый мужичок и есть грозный правитель самой большой страны в мире, который должен был создать мощнейшую империю замешанную на крови русского народа и держать в страхе многие миллионы людей? Да было бы интересно с ним побеседовать подольше и узнать побольше о его внутреннем мире, думал Алекс, но к сожелению время нас поджимает и надо сосредоточиться только на решении ближайших задач. Учитывая нестандартную реакцию Сталина на препарат «ВМ» и осутствие возможностей для полной глубокой психокоррекции в условиях Московской базы, Алекс решил изменить процедуру его кодирования, он смешал мощнейший стимулятор и препарат «Благовест» и ввел в вену безучастно сидящему Сталину. Воздействие трех таких разных препаратов на обычного человека должно было вызвать смерть в течении 48-72 часов, но в данном случае Алекс надеялся достичь другого эффекта, с одной стороны стимулятор должен будет повысить физиологическую активность всех органов и систем организма и улучшить субьективные ощущения реципиента, а сдругой стороны, препарат «Вольф Мессинг» в сочетании с «Благовестом» должны будут сбалансировать невростиничную нервную систему, сделать пациента внушаемым и несколько подавить его интеллект. Как самостоятельная личность Сталин был чрезвычайно опасен, поэтому доктор Ходжаев провел именно такое воздействие на его психику. Конечно сохранялся риск что терминальный эффект все же проявится, но вероятность того, что Сталин просто выйдет в отставку и будет тихим пенсионером была гораздо выше. В любом варианте мы выигрываем и это главное.
-Коба как ты себя чувствуешь? Спросил Алекс.
-Хорошо, господин следователь! Сталин все еще находился в угнетенном состоянии психики и продолжал называть доктора Ходжаева господином следователем. Несколько режет слух но для дела не помеха, думал Алекс.
-Расскажи, как ты понял твое задание.
-Я все понял, господин следователь, вместо статьи «Год большого перелома» я напечатую статью об усилении напряженности на международной арене и возможности новой интервенции буржуазных стран а так же необходимости консолидации власти в стране при угрозе войны. Все материалы пленума ЦК должны будут быть заменены на новые в связи с изменившейся международной обстановкой, использовать пример войны на КВЖД, усиление военной активности Японии на Дальнем Востоке, разрыв дипломатических отношений с Англией и так далее.
-Замечательно Коба, значит так, вот твоя приветственная речь участникам пленума, в ней отражены все те вопросы, которые мы с тобой обсуждали а так же обоснована необходимость создаваемых военных советов и возвращение к истинно ленинским принципам экономического развития. Твой друг Бухарин полностью поддержит все твои предложения, никакого противостояния не будет, а затем передай слово представителям военных Ионе Якиру. Так напутствовал Алекс своего пациента и Сталин внимал ему как прилежный ученик.
